Яна Черненькая – Тайная жизнь Джейн. Враги (страница 47)

– Вам не следует идти на турнир, – сказала девушка, обращаясь к Дику. – Кто-то хотел вас убить.

– …И вы спасли мне жизнь, – произнес молодой человек, с тревогой глядя на спутницу. – А теперь вам нужно не домой, а к врачу… Вы совсем меня не слышите?

– Слышу, но с этим я разберусь сама. Идите домой, Ричард. Не волнуйтесь обо мне. Это пустяковая царапина. Видите, кровь уже не идет. У меня есть знакомый доктор. Я вызову его утром.

– Еще не хватало, – возмутился Дик. – У меня тоже есть знакомый врач. И сейчас мы пойдем к нему. А если вы попробуете сопротивляться, я возьму вас на руки и отнесу. Это не так далеко отсюда.

– И что случится потом? – вздохнула девушка, пытаясь придумать, как отправить Ричарда восвояси. Ей не улыбалось доверять себя постороннему эскулапу. – Ваш знакомый увидит мою рану и поставит в известность полицию. И мы привлечем к себе ненужное внимание. Нет. Поверьте, я прекрасно переживу эту ночь.

– Тогда я останусь с вами. – Дик и не думал сдаваться.

– Вы собирались на турнир, – напомнила ему Джейн.

– Уже не собираюсь, – отмахнулся от нее Ричард. – Пойдемте.

– А как же ваша репутация в «Малыше»?

Ее не услышали. Подхватив девушку на руки, Дик распахнул ногой дверь парадного и понес Джейн домой.

Глава 27

Цена сомнения

Как она узнала про грозящую опасность? Откуда в этом слабом хрупком теле взялось столько сил, чтобы сбить Ричарда с ног? Почему вместо того, чтобы упасть в обморок, завизжать или хотя бы спрятаться, Джейн с невероятной скоростью бросилась к убийце? Каким образом ей удалось уклониться от второй пули? Дик видел, как девушка шагнула в сторону за мгновение до того, как прогрохотал очередной выстрел и разбилось чье-то окно. Разве может человек быть таким быстрым? Разве может женщина оказаться такой смелой?

Ричард ничего не понимал. Он только и успел, что подняться на ноги, а все уже было кончено. На рукаве Джейн расплывалось темное пятно, но она почти не обращала внимания на ранение, хладнокровно просчитывая ситуацию и принимая взвешенные решения.

Дик смог собраться с мыслями лишь около дверей дома, в котором жила эта непостижимая женщина. Она настаивала, чтобы Ричард ушел, но кем бы он был, если бы послушался? Он поднял Джейн на руки и отнес домой.

– У вас здесь есть бинты? – спросил Дик, поставив девушку на ноги.

– Нет, – ответила она, проходя в квартиру и зажигая светоч касанием руки. – Сейчас найду что-нибудь подходящее.

Скрывшись ненадолго в спальне, Джейн вскоре появилась с чистой простыней.

– Порвите на полосы, – велела она Ричарду. – Пуля лишь немного задела плечо. Нужно промыть рану и перебинтовать.

Пока молодой человек выполнял ее задание, девушка поставила воду греться.

Несмотря на крайнюю бледность, Джейн вела себя спокойно и уверенно, будто это было далеко не первым ее ранением. Дик снова и снова задавал себе вопрос, что происходит, но не находил на него ответа. Когда приготовления завершились, Джейн велела Ричарду отвернуться.

– Дальше я все сделаю сама, а вы… Право же, вам лучше уйти.

– И не подумаю, – упрямо возразил Дик. – Видели бы вы свое лицо. А если вы сознание потеряете? Нет уж, я либо помогу вам, либо лично отвезу к врачу. С полицией мы все уладим. В конце концов, это на нас напали, а не мы затеяли пальбу без причины. Не переживайте, я скажу, что стрелял сам, защищаясь. Все равно никто не поверит в вашу причастность. Или, еще проще, отвезу вас к дяде. Он судья. Если он вызовет к себе врача, никто и не подумает задавать вопросы.

– Ричард, – девушка сердито сверкнула глазами, – сейчас вы старательно создаете мне новые и новые проблемы. Вы верно сказали, я спасла вам жизнь, так отблагодарите тем, что не спорьте! Хотите помогать – помогайте. Расстегните платье для начала, – приказала она, поворачиваясь спиной к Дику.

Джейн словно задалась целью разрушить абсолютно все представления Ричарда о женщинах. Никакого смущения. Никакой робости. Короткие команды. Четкие указания. Совсем не женское поведение.

Послушно расстегивая пуговицы, Дик задумался о том, соответствует ли реальности его представление о возрасте девушки. Ему казалось, что под густой вуалью прячется его сверстница. Но, скажите на милость, может ли девица не старше двадцати двух, хорошо, пусть даже двадцати пяти лет, даже вдова, вести себя подобным образом? Впрочем, наверняка дело совсем не в возрасте. Вдова или нет, двадцать лет или все пятьдесят… Да кто же она в самом деле такая?

Наконец платье разошлось в стороны, обнажив плечи и нежную кожу, не знавшую загара. Нижняя сорочка целомудренно скрывала спину, но и того, что она обнажала, хватило, чтобы заставить Дика замереть от странной, почти мучительной нежности. Он едва удержался от того, чтобы коснуться губами тонкой шеи, такой беззащитной и трогательно-хрупкой. Ему до умопомрачения хотелось покрыть поцелуями эти плечи, шепча сумасбродные признания и клятвы… А в голове билась лишь одна мысль: эта женщина должна принадлежать ему. Только ему. И к черту Джеймса! Что бы ни связывало Джейн с графом и какие бы несчастья ни сделали ее такой, какая она есть… это не имеет значения.

Увезти бы ее куда-нибудь подальше. Может, в Гайд-Вилль, где у родителей свой дом, или на море. Забрать Джейн у мира, причинившего ей столько боли… Иногда Дику казалось, что он чувствует отголоски этой боли так, словно она принадлежит и ему тоже. И так раздражала проклятая вуаль… Боже, как же хотелось снять с Джейн ее чертову шляпку! Ричард уже жалел о том, что выполнил просьбу девушки там, на улице. Джейн сама избавилась от вуали, и он мог увидеть ее лицо, не нарушая данного слова. Но в тот момент Дик был слишком поражен случившимся. Сглупил. Растерялся.

Прикосновение к плечу девушки обожгло руку, пронзило все тело мучительным желанием, совершенно неуместным в сложившихся обстоятельствах. Ричарду даже показалось, что у него начался жар.

– Что-то случилось? – спросила Джейн и, не дождавшись ответа, попросила: – Теперь помогите мне вытащить руку. А лучше возьмите в секретере ножницы и разрежьте рукав. Только осторожней снимайте, ткань уже пристала к ране. Будет больно… Там, в буфете, стоит виски. Откройте и принесите. Вам приходилось обрабатывать огнестрельные раны?

– Нет, – признался Дик.

– Тогда просто принесите все, помогите вытащить руку и можете идти. Дальше я справлюсь сама.

– Я не могу оставить вас…

– Ричард! – Девушка резко поднялась и чуть не упала, хорошо, Дик успел подхватить ее под руку. – Вы думаете, что помогаете мне, а на деле создаете проблемы! Вы не представляете, как сейчас душно под вуалью, но я, простите, не готова показывать вам свое лицо! Выключить свет? Но как тогда обрабатывать рану?

От резкого движения платье соскользнуло ниже, открыв небольшую, но очень красивую грудь Джейн, которую почти не скрывала тонкая нижняя сорочка. В своем порыве она этого даже не заметила… в отличие от Дика. Эта женщина была настоящим искушением, сама того не желая. Еще немного, и Ричард схватил бы ее на руки и унес на кровать, забыв и о том, что она ранена, и о приличиях, о которых давно уже не приходилось говорить.

– Если вы думаете, что я каменный, то глубоко ошибаетесь, – глухо произнес он, с трудом заставляя себя отвернуться.

Испуганный вздох показал, что девушка наконец-то заметила проблему.

– Простите… Я… Ричард, вам лучше уйти.

Дик повернулся. Джейн придерживала платье.

– Это все… не приведет ни к чему хорошему. Ни вас, ни меня, – сказала она. – Нам не следует больше видеться. Добраться до заказчика вам поможет Джеймс, а я закончила свое дело.

– Вы хотите сказать, что мы больше не увидимся? – Дик почувствовал себя так, будто на голову вылили ведро ледяной воды.

– Так будет лучше.

– Для кого?

– Для вас… и для меня.

– Вы так и не снимете вуаль? Не скажете мне, откуда вы? Не оставите адреса, чтобы я мог писать вам письма? Не дадите ни единого шанса…

– Зачем? Мы с вами знакомы всего несколько дней… – Джейн подтянула платье здоровой рукой. – Знакомы… Вряд ли это можно назвать даже знакомством. У меня нет причин доверять вам, а проиграть я могу все, всю свою жизнь, все то, что имею сейчас.

– А если… – Дик глубоко вздохнул, решаясь. «Когда понял, что только рядом с ней я могу становиться самим собой», – пронеслись в голове слова дяди. – А если я скажу, что через полгода, по истечении траура, хочу просить вашей руки? – выпалил он, удивляясь самому себе.

– Вот так, вслепую? Не зная, леди ли я на самом деле, была ли замужем, есть ли у меня состояние…

– Да!.. Если это единственный шанс вас удержать! – Ричард не чувствовал той уверенности, с какой говорил, и, наверное, девушка это поняла.

– Уходите! – В голосе Джейн звенели близкие слезы. – Ну же! Хватит меня мучить! Зайдете завтра, если так волнуетесь. А сегодня оставьте меня. Дайте отдохнуть! И не вздумайте дежурить у дверей! Дайте слово, что отправитесь домой!

Тупик. Это был полный и безнадежный тупик.

– Джейн…

– Ричард! Прошу вас… Уйдите!

Дику пришлось отступить, но он еще довольно долго стоял перед запертой дверью. Ошеломленный. Растерянный.

События последнего времени окончательно выбили почву у него из-под ног. Гибель Анны. Примирение с Джеймсом. Джейн… Не успевал он осознать одно, тут же появлялось другое. Все происходило так стремительно, что не укладывалось в голове, сбивало с толку. А Джейн… Ричард до сих пор не мог понять свои чувства к этой девушке. Желание? Да, его было много. Так много, что бешено стучало сердце и темнело в глазах. Но не только… И все же совсем не так описывал любовь сэр Артур. «Рядом с ней мне нравилось улыбаться…» Рядом с Джейн Ричарду приходилось не улыбаться, а постоянно удивляться – каждому жесту, каждому поступку, каждой реакции. Он за всю жизнь не удивлялся столько, сколько за эти несколько дней знакомства. Загадочная девушка перевернула и растоптала все представления Дика о женщинах из хороших семей, ухитрившись притом остаться истинной леди, в чем сомневаться по-прежнему не приходилось. Причудливое сочетание неженской силы, ума и отваги с женской хрупкостью, беззащитностью и ранимостью. Невероятное сочетание несочетаемого.