Йана Бориз – 12 табуреток. Непридуманные истории о тех, кто не погашает кредиты (страница 38)

Зачем я это пишу? Сама не знаю. Я должна благодарить всех тех, кто взял кредит на свадьбу и потом годами со скрипом его отдавал. А почему должна быть благодарна? Да потому что большинство наших кредитов выдано на свадьбы. Соответственно, и большая часть доходов получена от этих любителей красивой жизни. Можно сказать, что мы поженили половину Алматинской области. Ведь расчётливый бизнесмен и свои, и наши деньги считает, возьмёт крупную сумму и старается поскорее её погасить, а вот эти самые, свадебные, они самые долгие и вкусные. Только вот жалко неразумных…

Не так давно в офис пришла женщина с двумя крепкими парнями, которые на поверку оказались охранниками. Охраняли же сии хлопчики не нашу посетительницу и не от наших сотрудников (Боже упаси!), а кафе, в котором многоуважаемая мадам отпраздновала свадьбу своего отпрыска. Очаровательная леди заказала банкет, но имевшихся в наличии денег у неё хватило лишь на предоплату. Что делать? Другая бы засуетилась, побежала по кредитным организациям брать займы или кинулась бы занимать у друзей-товарок – одним словом, заметалась бы в поисках денежек, разбрызгивая волнение и тревоги. Зачем это? Только зря портить свою нервную систему, рассудила наша героиня.

Всем известно, что гости приходят на свадьбу не только с целью попить-повеселиться, но и для того, чтобы подарить ценные свадебные подарки. Эти самые подарки следует приносить в форме конвертов с купюрами отечественного и особенно импортного производства. Заботливая мать резонно рассудила, что гости пожалуют не с пустыми руками, и хозяйка банкета сумеет из призового фонда закрыть счёт перед рестораном. Однако гости неожиданно подвели организаторов торжества. То ли подарки были не очень ценными, то ли не в конвертах, то ли у молодожёнов были свои перспективные взгляды на эту важнейшую часть мероприятия, но собранных денег на оплату счёта не хватило. Теперь охранники водят любительницу пышных торжеств по банкам и микрофинансовым организациям, требуя оформить кредит и рассчитаться.

Конечно же, мы привыкли к тому, что люди берут кредит на свадьбу, но обычно это происходит ДО запланированного мероприятия. А тут такой интересный случай: кредит на проведение банкета хотят получить после проведения этого самого банкета. Неудивительно, что эпизод запомнился всем работникам. Тем более, что это ещё не все детали свадебной вакханалии. Очень интересно узнать, как именно разворачивалась драма по закрытию счёта, но, к сожалению, эту тайну участники фестиваля хранят на уровне государственной. Доподлинно лишь известно, что оригиналы правоустанавливающих документов на хозяйкину квартиру теперь находятся в руках владельца кафе. Так что не думайте, пожалуйста, что ресторанный бизнес – это безобидное дело. Именно квартиру и предлагают принять в качестве обеспечения по кредиту. Но предлагает не сама гостеприимная мать семейства, а сопровождающие её охранники. Дама же отнюдь не горит желанием получить кредит под своё жилье. То ли её кредитная история подкачала, то ли ей не нравится эскорт, но кредитчики один за другим отказывают весёлой компании. И наша контора не стала исключением: уж больно недобрый взгляд у сопровождающих ребят.

Надеюсь, что всё у них закончится хорошо – или, по крайней мере, как-нибудь закончится. А мне пока на ум приходит вывод, сформулированный великим Остапом Ибрагимовичем: утром деньги – вечером стулья!

***

Литературные герои учат жертвовать во имя любви, а модные коучи призывают ставить во главу угла свои личные интересы. Я разделяю точку зрения последних, но со мной не согласен Тимур К., которого судьба и понимание своего отцовского долга привели к менеджеру микрофинансовой организации в поисках кредита. Удивительный родитель мечтал погрузиться в пучину долгов, лишь бы позволить своим многочисленным, но отнюдь не богатым родственникам вдоволь поесть, а главное – попить.

Тимур был счастливым отцом невесты. На момент нашего знакомства он выглядел совсем нестарым, подтянутым, как и полагается отставному сотруднику МВД. Виски тронуты благородной сединой, костюм хоть и недорогой, но аккуратный и сидит идеально.

Именно тяга к костюмам сразу выдаёт выходца из пролетариата. Гегемоны ставят знак равенства между костюмом и значимостью персонажа. А пресловутая прослойка не придаёт такого значения отжившей атрибутике, полная понимания собственной значимости хоть в костюме, хоть в трусах. Но если уж интеллигент решает надеть костюм, то он должен быть состряпан не криворукими подпольными узбекскими портнихами, что сразу заметно искушённому глазу, и убавляет значимость облачённого в сей наряд на 10-15 пунктов, а то и на все 50.

Но Тимур этого не знал, поэтому костюм был именно а la «подпольный цех Пьера Кардена». Зато, повторимся, сидел на фигуре весьма и весьма сносно. Не то что на некоторых пренебрегающих фитнесом: костюм дорогущий, «Бриони» или «Патрик Хелман», а на животе не застёгивается.

Возможно, тяга к соблюдению дресс-кода у достойного джентльмена возникла из-за привычки долгие годы носить милицейскую форму. В любом случае, руки, выступавшие из манжет светло-зелёной рубашки, были молодые, не уставшие, с гибкими суставами и аккуратно подпиленными чистыми ногтями. Руки хорошо сочетались и с костюмом, и с осанкой. Светло-серые глаза на гладко выбритом лице горели огнём, но искр не разбрасывали, что обличало в их хозяине человека решительного, но не наделённого фантазией или юмором. Никаких особых примет не было: ни украшающих, ни замечательно уродующих физиономию. Если бы нужно было подбирать массовку к экранизации Оруэлла «1984», наш герой прекрасно бы для этого подошёл; тем более, что он уже давно прохлаждался на милицейской пенсии и не планировал в ближайшее время что-либо менять в своей карьере.

Если вы думаете, что Тимур был альфонсом и жил на содержании дражайшей половины, это не так. Подруга дней его суровых тоже не считала нужным трудиться, так как произвела на свет и вырастила трёх замечательных детей, двое из которых уже завершили свой путь на стезе образования и были вполне пригодны для трудовой деятельности. Вот так и сложился бюджет семьи – из пенсии отца и заработка двух дочерей.

Заботливый папаша пришёл в МФО, гонимый треволнениями и собственной супругой. Как вам уже известно, Тимур был счастливым отцом не одной, а двух дочерей подвенечного возраста, которые по воле счастливого случая одновременно засобирались замуж. Благоверная настаивала на достойном пиршестве, которое, увы, было не по карману отставному полковнику милиции Делать одну свадьбу, а вторую отдать замуж по-скромному было бы несправедливо. Отказаться от обоих пышных торжеств и вовсе не приходило в голову: а зачем тогда растили дочерей-красавиц на зависть соседям и злобным менеджерицам микрофинансовых организаций? Поэтому, была не была, решили отпраздновать обе гулянки, а потом уж как Бог пошлёт. Вернее, Бог здесь ни при чём, расчёт шёл на богатые подношения родни, как это и принято у местного народонаселения.

Честно сказать, кредитчики не приветствуют тех, кто пирует за наш счёт, то есть берёт займы на банкеты. Но что делать? Нельзя же отказать клиенту по причине того, что он глупо планирует свой бюджет?

В качестве обеспечения приняли домик семьи, а больше у них ничего и не было.

Домик был так себе, скорее халупа, но в неплохом районе. Место действительно красивое – предгорье Кок-Тобе, очаровательный холм за Восточной объездной магистралью, откуда открывался вид на восточную часть прекрасной Алма-Аты, не загрязнённую дымным выхлопом, не застроенную пиками высоток. Небольшие коттеджи в окружении пышных садов соседствовали с участком Тимура и его команды, но, в отличие от знаменитого тёзки, наши герои не прикладывали особых усилий для его преобразования и процветания. Экстерьер был неоднократно и неуклюже подлатан, но настроение портил не столько внешний облик жилища, сколько прилегающий приусадебный участок: ни одной клумбы или хотя бы грядки, ни одного приличного кусочка газона – лишь вытоптанный грунт и кучи мусора в разных неподходящих углах. Видимо, отставной милиционер когда-то собирался приводить жильё в порядок: однажды приобрёл горстку бруса, в другой раз – несколько мешков цемента, которые потом лежали посередине двора и тосковали в забвении. К забору были прислонены девственно новые и чистые грабли – единственный правильный предмет на участке, не поржавевший и не покосившийся, и они диссонировали с хлипким заборчиком и шмыгающим от ветра шифером на крыше сарайчика. Зачем-то перед крыльцом стояло детское корытце. Возможно, его забыли здесь после купания младенца, и оно простояло так лет пятнадцать-двадцать. Может быть, собрались завести кур, но после установки корыта для их поилки внезапно передумали.

При обозрении интерьера напрашивалась формулировка «слепила из того, что было»: все двери разномастные, все окна разнокалиберные, в разных комнатах индивидуальное напольное покрытие, иногда – по два вида линолеума в одной комнате. Печальная стиральная машинка почему-то скучала в спальне. Почему? Как она подсоединена к коммуникациям? Обои нестарые, но наклеены кем-то явно спешившим и точно не мастером, о чём говорили «декоративные» складки на бумаге в самых неподходящих местах.