Яна Белова – Сны Великого Моря. Алаутар (страница 32)

Света нисколько не удивилась, узнав, что Тальника является действующим капитаном торгового судна. Любопытная Арикарда сразу набросилась на нее с расспросами о ее ремесле. Дамард рассказал в подробностях о вчерашнем путешествии по тропе снов, упомянув об опасном оружие смертных Внутреннего Поля и о том насколько оно бесполезно при попытке остановить Ветер, Огонь и Море. Светлана предпочитала слушать, а не говорить, пила фруктово-цветочный настой, считающийся тут чаем, ела чудесные оранжевые хрустящие булочки с нежнейшим сладковатым сыром, наслаждаясь тихим шорохом дождя, ароматом мокрой молодой листвы и спокойствием в собственной душе.

Разговор незаметно свернул к предстоящему визиту в «торговый городок» Ламор, так калатари называли небольшое поселение по ту сторону гор, куда прибывали и где квартировали ведьмацкие караваны. Именно там заключались все торговые сделки, туда доставлялся товар, там же проходили турниры. В саму Ламораду ведьмаков приглашали в единичных исключительных случаях и по особому распоряжению правителей города. Ведьмаков, прибывавших в Ламораду морем, отправляли в Ламор сразу после высадки на берег под конвоем или они не сходили на берег вовсе.

В сезон торговли торговый городок Ламор увеличивался в десятки раз, но зимой там оставалось не больше трех-пяти тысяч калатари, охранявших внешние границы благодатных земель и деревни в округе.

Услышав, что гости хотят сопровождать их, правители Ламорады с радостью согласились включить их в официальный состав своего эскорта.

– Все же я не понимаю, почему за все время, пока я жила в доме Кадъераина, ни он, ни Орвира не сказали мне, что они дружны с вами, – в очередной раз сокрушенно вздохнула Арикарда, – Если разобраться, они так мало рассказали мне о своей жизни. Неужели я внушаю такое недоверие?!

– Дело не в недоверии, – улыбнулась Эланор, – Просто Кадъераин – ведьмак. Я уже говорила, мир ведьмаков весьма суров.

– А знаете, что действительно удивляет лично меня? – вдруг проговорила Света, все также задумчиво глядя сквозь пелену дождя в бесконечную серо-синюю морскую даль, – Почему этот маг полнолуния так ополчился на тех, в ком течет кровь Алаутара, причем взрослых, сильных, тех, кто потенциально способен за себя постоять и пренебрег самыми простыми и удобными для него вариантами? Что он хочет? Силы? Арикарда была беспомощна, ее силой завладеть было легче, чем получить ее от вас, господин Вительдиальк. А дочь Кадъераина вовсе ребенок…

На нее уставилось сразу пять пар удивленных глаз.

– Возможно он не знал ни обо мне, ни о Карин, – предположила Арикарда.

– Но знал о Малике и, возможно, об Аромадъёре? – парировал Дамард.

Арикарда пожала плечами.

– Возможно он просто не знает, что магический потенциал в любом возрасте одинаков, просто дети не умеют им пользоваться, а утрата контакта с магией не тождественна потери магической силы как таковой. И ему казалось, что Карин и Арикарда не имеют достаточной для него силы, – предположила Эланор.

– Или он не мог до нас добраться, – предположила Арикарда.

– В твоем случае понятно почему. Твоя магия – Огонь, – буркнул Дамард, – Насколько я понимаю, господин Кадъераин и госпожа Орвира тоже владеют магией огня, потому они тоже в безопасности. Магу полнолуния нечего противопоставить огненному потенциалу.

Вительдиальк и Эланор украдкой переглянулись, Дамард моментально понял, что только что обнаружил свое знание их частной семейной истории.

– Простите, – он даже слегка покраснел.

– Ну… мы собираемся переселиться в Алаутар. Наши тайны в любом случае перестали бы быть тайнами, – философски заключил Вительдиальк, – Возможно, лишь для меня что-то навсегда останется тайной…

Эланор подлила Дамарду чаю.

– Не переживай, дорогой мой, мы не в обиде.

Глядя на Дамарда в упор, Арикарда выразительно постучала по лбу.

– И все же, что не так с девочкой? Она ведь не огонь…

Вновь повисло молчание. Каждый подумал об одном и том же – семью Кадъераина следовало предупредить о грозящей опасности.

– Я свяжусь с ним, – заявила Эланор, поднимаясь из-за стола, – я ненадолго…

Тальника внимательно прислушивающаяся к разговору, также высказала предположение:

– Возможно, если мы поймем, чем Карин отличается от папы и моей сестры, будет ясно, почему она неинтересна этому паршивцу.

– Она ребенок, она маг с потенциалом силы жизни, она… – с готовностью поддержала ее идею Арикарда.

– Она самый лакомый для него кусок, – продолжил за нее Дамард, – Магия полнолуния происходит из магии силы жизни. Маг полнолуния или действительно безумен или просто идиот…

– Или он уроженец Внутреннего Поля и не знает таких элементарных для вас вещей, как то, что детский потенциал равен взрослому в базе и что магия жизни для него куда более удобоварима, чем магия взрослого сильного мага Воды, – хмыкнула Света.

– И вновь все сидящие за столом дружно уставились на нее.

– Но этот маг полнолуния как-то связан с Алаутаром, родители в этом уверены, – вновь заговорил Дамард, спустя почти две минуты.

– А как же быть со мной? Сам же говорил, я похожа на аркельда, я воплощение Зари, то есть я тоже связана с Алаутаром, хоть родилась и всю жизнь прожила во Внутреннем Поле…

– Так ты джин, – фыркнула Арикарда, но поймав гневный взгляд Дамарда, почти испуганно закрыла рот двумя руками.

– Кто я? – не поняла Света.

– Я потом тебе объясню, когда пойму, как это может быть возможно, – вздохнул Дамард.

– Прости, я не должна была тебе говорить, – смущенно забормотала его сестра, – ты нетипичный джин, но ты несомненно воплощение стихии в смертном теле не от рождения. Стихия воплотилась в тебе после…

– Вы рассказывали мне о джинах, – вспомнила Света, – но вы же говорили, они помнят жизнь прошлого тела, а я то не помню…

– Поэтому я и говорю, что ты нетипичный джин.

– А почему тогда я могу быть им?

– Потому что родителям об этом сказал Волрклар, а он знает точно, – вздохнул Дамард, взяв ее за руку, – Ты – это в любом случае Ты, а учитывая, что ты помнишь себя в детстве, вообще не понятно, чем ты отличаешься от аркельда, стихия воплотилась в тебе в раннем детстве и не обнаруживала себя, до тех пор, пока мы с тобой не встретились. Значит, так было суждено, ты в некотором смысле возвращаешься домой, потому что твой дух родом из Алаутара.

– Офигеть… – только и смогла выговорить Светлана.

Услышанное ее хоть и удивило, но вовсе не испугало. Она будто всегда это знала и теперь просто получила подтверждение своим интуитивным догадкам, как бы бредово это не казалось со стороны и особенно с точки зрения типичного аборигена Внутреннего Поля.

– А маг полнолуния не может быт джином вроде меня? – все же спросила она.

– Тогда бы ему не нужна была бы чужая сила, свою бы не знал куда девать, – хмыкнула Арикарда, – Джины – это смертные воплощения стихий, а он просто маг с ограниченным потенциалом, поэтому и ворует чужую силу или, вернее, пытается ее воровать…

– Я так крута? – усмехнулась Света.

– Ты даже не представляешь насколько, это и удивительно, – засмеялся Дамард.

Тальника и Вительдиальк настояли, чтобы им объяснили, кто такие джины. Алаутарцы с удовольствием удовлетворили их любопытство.

– История Алаутара насчитывает 10 джинов, четверо живы по сей день и вполне довольны своей жизнью. Валавитар – самый древний из них, но он здоров и крепок, хоть внешне и выглядит как аркельд преклонных лет. Он дважды собирался умереть, но в последний момент передумывал.

– А почему он хотел умереть? – удивилась Тальника.

– Он пережил пять своих жен и всех внуков. Он не знакомится и не общается теперь со своими потомками, чтобы не испытывать более горечи утраты.

– Какой ужас! – всплеснула руками вернувшаяся к столу Эланор.

– Ни один джин не умер от старости, все сами выбрали себе смерть. Кто-то выбрал не проснуться, о смерти других написано много легенд, но достоверными их назвать нельзя. Волрклар говорил, что во всех случаях кроме одного духи стихий по договоренности со смертными просто оставляли их тела доживать свой естественный срок и возвращались к своим истокам. А один джин сиганул в жерло вулкана сразу после гибели жены и дочери во время землетрясения. Это тоже было много тысячелетий назад..

– А госпожа Марина и господа Кэрсо-Лас и Гаитоэрант тоже джины? – осторожно спросила Тальника.

– Нет, они Стихии Изначального мира, они бессмертны вообще, – возразила Арикарда, – я спрашивала Гаитоэранта об этом же, мне тоже показалось, что он джин. Он убедил меня, что это ошибка. Он не может утонуть, сгореть, отравиться или остановить сердце своего тела – тело просто оболочка, оно неуязвимо, пока его дух внутри. Он может лишь придти в свои пределы и выпихнуть тело во Внутреннее Поле, оставшись изначальным огнем, а если он покинет тело вне своих пределов – мир постигнет катастрофа. Он обещал не делать так.

Тальника зябко поежилась, Вительдиальк поспешил сменить тему, спросив, как дела у Кадъераина.

– У них все в порядке и как всегда, – успокоила его Эланор, – Кадъераин думает также, как мы, он позаботился о защите Карин. Возможно, именно поэтому она недосягаема для злобного мага полнолуния.

На веранду вышел слуга в компании молодого, явно робеющего калатари, одетого также как Тальника, которая с улыбкой поднялась ему навстречу.