Ян Валетов – Чужие сны (страница 65)

— Ты прости, Денис, — прогудел Илья с высоты своего роста, — но я Карину Александровну не брошу. И Мишу… Я в семье не чужой. Тем более что ты… В общем, помирать надо с музыкой! Я с вами. Самолет так самолет! Я вот, свой помповик прихватил!

— Что мы собираемся делать? — Мишка посмотрел на ружье в руках Муромца и повернулся к Давыдову. — Это что, папа? Это то, о чем ты мне рассказывал, да?

Давыдов кивнул.

— И иначе никак?

Давыдов виновато улыбнулся:

— Я не знаю, как иначе, сынок. Это… — он поискал сравнение, и тут же его нашел. — Это как писать книгу без синопсиса. События ведут неизвестно куда, герои спорят, а ты при них как стенографистка — просто записываешь.

— Речь уже не мальчика, но еще и не демиурга, — сказала Карина. — С таким настроением ты мир не спасешь. Ты, дорогой мой, никогда стенографисткой не был! И лично мне больше нравятся книги, которые ты писал без синопсиса, на вдохновении. Считай, что ты возвращаешься к истокам.

— Ребенку налить? — спросил Новицкий, доставая фляжку. — Ну что вы так на меня смотрите? Я вам не домашний психиатр! Как самолет угонять — он взрослый, а как пятьдесят коньячку — так нельзя? Почему нельзя, я вас спрашиваю?

Глава 17

Бирюзовый пикап и серая прокатная мышка-машинка с маломощным мотором — не самый лучший транспорт для преступной группы. Хотя хорошее планирование позволяет сделать из известного материала если не «рошеновскую» конфетку, то, во всяком случае, самодельный леденец.

Пилотов они «взяли» возле гостиницы.

Голландцы — ребята миролюбивые, и с помощью дробовика и доброго слова Кира упаковала их в кузов к Муромцу менее чем за пять минут. Вместе с чемоданами и без мобильных телефонов.

Оставалось прорваться на летное поле, что оказалась задачей не запредельно сложной, но требующей сообразительности, отваги, умеренного безрассудства и водительского мастерства. С помощью рекламного щита и чуда, Кирилл соорудил трамплин, и после непродолжительного энергичного пробега голубой гигант взлетел в воздух аки птица, преодолев забор с запасом в полметра по высоте.

Три тонны в полете всегда выглядят впечатляюще.

Во время приземления орали все, даже запертые в кузове голландцы визжали за компанию, казалось, что они перевернутся еще в полете, но при приземлении Илья удержал пикап на траектории. Машина тяжело ударила о землю всеми колесами, подвеска хрустнула, но выдержала, Муромец крякнул от напряжения и выскочил на аэродромное поле, крутя головой во все стороны, словно радаром.

— У нас буквально несколько минут, — выдохнул Кирилл, потирая ушибленное плечо. — Все целы? Все помнят, что и как надо делать?

Он оглянулся на заднее сиденье. Новицкий и Давыдов-младший всем своим видом показывали, что все помнят, все знают и ко всему готовы.

— Левее, — приказала Кира.

Муромец взял левее, и они покатились по бетонной дорожке, обгоняя кару, нагруженную багажом. Водитель кары мазнул по ним взглядом, но, судя по всему, ничего не понял.

Зато кто-то в главном терминале все понял правильно.

Вдалеке заорали сирены — и пара минут на все про все могло оказаться оптимистическим прогнозом.

— Вот он! Сюда!

Они вкатились в огромный ангар, где стояло несколько самолетов.

Огромный лайнер с гербом Украины на борту — до него было метров двести по прямой, и Илья погнал по прямой, игнорируя разметку. Возле огромной туши первого борта государства примостилась пара джетов олигархов победнее.

— Быстрее! — крикнула Кира, хотя Муромца не надо было подгонять. Секунда — и пикап уже тормозил у трапа.

— Наверх! Кира, вынимай голландцев!

Кирилл первый побежал вверх по ступеням.

— У меня одного создается впечатление, что мы что-то делаем не так? — спросил Новицкий, помогая Кире открыть багажник пикапа.

Голландцы оказались потрепанными, но целыми. Мишка даже помог им вытащить чемоданы.

— Люк блокирован! — Кирилл начал спускаться. — Там внутри кто-то есть!

Сирены звучали значительно ближе и отчетливее, чем минуту назад.

— Пробуем грузовой! — предложила Кира.

— Эй, ребята! Что вы тут делаете?

Голос принадлежал человеку средних лет, одетому в кожаную куртку «айрборн» с меховым воротником и джинсы. Он был седым, но по лицу определить его возраст оказалось не просто — от сорока и до шестидесяти. Подтянутый, спортивный, стройный, без следов лишнего веса.

Он еще не успел закрыть рот, как дробовик Киры смотрел ему в грудь.

— Стоять!

— Да стою я, стою. Могу даже руки поднять.

Он был спокоен, выбрит и совершенно трезв, то есть представлял собой абсолютную противоположность всем членам «преступной группировки».

— Вы собрались угнать президентский самолет? — спросил человек и рассмеялся, не получив ответа. — Сдуреть! Голливуд! Всегда мечтал! Ребята, да это единственный самолет в Борисполе, в который трудно проникнуть! Там сейчас дежурный экипаж в кабине, хрен вам откроют!

— Ты откуда знаешь? — спросил Муромец, держа обоих голландских пилотов за воротники — не дай бог сбегут.

— Летал, — сообщил мужчина. — И не раз. Это же туша, кит, а не самолет! Берите «Гольфстрим», он удобнее! Вот этот правый, он новее!

Кирилл наконец-то ссыпался по ступеням и подбежал к джету, который рядом с «боингом» выглядел воробей воробьем. Давыдов колебался, но выбор надо было делать немедленно.

Кира бросила быстрый взгляд на летное поле — к ним уже неслись машины.

— Я бы на вашем месте поторопился, — посоветовал мужчина. — Люк открывается кнопкой справа.

— Тут ключ, — сообщил Давыдов.

— Там открыто.

— Простите, — вмешался Новицкий, внимательно разглядывая обладателя кожаной куртки. — Я не ошибся… Или таки ошибся?

— Вот не могу сказать вам точно, — сказал мужчина весело. — Может быть да, а может быть и нет. Смотря кого вы имеете в виду.

Люк с шипением опустился, превратившись в трап, и Кирилл заглянул в салон джета.

— Никого.

— Естественно, никого, — улыбнулся незнакомец. — Это вам не борт номер раз, а частный самолет. Откуда там охрана? Как я понял, пилотами вы уже разжились?

Муромец поволок голландцев к «Гольфстриму».

— Миша, Алекс, — давайте внутрь! — приказала Кира и повернулась к советчику. — Кто вы, черт побери, такой?

— Ну, если вы меня сразу не узнали, то зачем хвастаться?

— Это что? Ваш самолет?

— А чей еще? Вы бы садились, мадам! Еще пара минут — и никто никуда не полетит.

— Вы помогаете нам угнать ваш собственный самолет?

— Судя по всему, вам очень надо. Вы же не террористы?

— Нет.

— Я вам верю, — сказал незнакомец. — А куда вы, если не секрет?

— Еще не знаем.

— Прекрасное полетное задание! Боюсь, что мне придется лететь с вами.

«Гольфстрим» запустил турбины и их свист на миг заглушил совсем близкий рев сирен.

— Зачем?

— Объясню внутри. Можно я опущу руки? А вы можете опустить свое ружье.