Янь Цзин – Заражение (страница 15)

Девушка глубоко вздохнула и вытерла слезы. Она решила больше ничего не объяснять. На смену прежней растерянности и уязвимости сейчас пришла некая внутренняя сила. Чэн Ю наблюдал за этой внезапной переменой: откуда у нее взялись силы? Медвежонок тоже стала для психотерапевта тайной, которую предстояло разгадать.

– По-моему, единственное, что Медвежонок сделала неправильно, – это то, что она влюбилась в такого труса, как ты. – Родители девушки теперь объединились и встали на сторону дочери, поддерживая ее.

В этот момент Чэн Ю улыбнулся: он наконец-то понял, откуда у Медвежонка такая бесстрашная сила любви. Она никогда не испытывала страха перед любовью и считала, что все близкие отношения, будь то дружба или любовь, подразумевают равенство в отдаче.

Чэн Ю чувствовал эту силу в ее сердце, и этой силе можно было только позавидовать.

– Современные родители слишком опекают своих детей, не так ли? В наше время родители не стали бы бить своего ребенка, если бы возникла такая ситуация.

Завуч подумал, что окончательно отстал от жизни, и, когда они с Медвежонком, ее родителями и матерью Фэн Юэ вышли из кабинета, тихо продолжая разговор, внутри остались только Чэн Ю и Фэн Юэ. Тогда психотерапевт наконец заговорил.

– Ты сказал, что твоя любимая сказка – «Снежная королева»: «И тогда Герда заплакала; горячие слезы ее упали ему на грудь, проникли в сердце, растопили ледяную кору, растопили осколок» [20], – тихонько процитировал Чэн Ю. – Замерзшее сердце наконец растаяло. Возможно, эта история действительно очень сказочная. Люди часто переоценивают силу своей любви и увлекаются загадочными людьми-айсбергами, а потом обнаруживают, что как мотыльки летят на огонь, идут на верную гибель в ледяное пламя, которое замораживает заживо.

С этими словами психотерапевт легко и непринужденно встал.

– Фэн Юэ, ты вот-вот потеряешь ее и все еще наблюдаешь за своим сердцем, за всеми своими эмоциями? Должно быть, тебе очень трудно реагировать на любую близость, я прав? Умом ты понимаешь, что тебе следует делать, ты пытаешься создать образ порядочного человека, но в действительности твое сердце не способно ответить на слишком сложные чувства. Ты знаешь эту свою особенность, не так ли? Твое сердце будто покрылось льдом, и твоя мама тоже не хочет, чтобы ты заводил отношения, потому что она тоже беспокоится о тебе и совершенно не понимает, что такое любовь.

– Я не понимаю, о чем вы, – холодно ответил Фэн Юэ. Это были его первые слова с тех пор, как он вошел в кабинет.

– Я думаю, что ты очень обеспокоен этим вопросом, своей неспособностью чувствовать эмоции других людей и сопереживать им, поэтому ты и выбрал Медвежонка. Я не могу сейчас сказать точно, использовал ли ты ее, или тебя привлекло ее доброе, полное любви сердце и ты хотел согреться его теплом. Ты попытался построить с ней отношения, но вскоре понял, что эта связь не помогла тебе найти ответы, и ты решил порвать с ней, а во всех отношениях стал доминировать… Фэн Юэ, ты просто эгоист, – сказал Чэн Ю.

Фэн Юэ помолчал немного и наконец спросил:

– Как вы это поняли?

– Видишь ли, когда щенку нужны витамины, он идет жевать траву. Так и у каждого из нас есть история, которую хочется послушать, когда не хватает энергии. Пусть у тебя нет любимой песни, но эта сказка раскрывает твои внутренние тайны, то, каким человеком ты хочешь быть и что откликается в твоем сердце.

– Ты сказал, что любишь сказку «Снежная королева», – продолжал Чэн Ю. – И ты похож на мальчика, чье сердце заледенело, ты ждешь, что кто-то спасет тебя. Но тебе страшно, ты боишься, что та, которая придет, не сможет тебя спасти. И еще ты боишься, что она бросит тебя, узнав о тебе все, поэтому ты притворяешься холодным. Это своего рода самозащита. Но тебе не стоит волноваться, ведь она и так расстанется с тобой, – сказал Чэн Ю. – У нее будет своя полноценная жизнь. А ты так и останешься в своем ледяном коконе.

В этот момент Фэн Юэ сорвался с места и выбежал из кабинета, как будто что-то осознал. Он побежал по коридору и увидел Медвежонка в окружении взрослых.

Фэн Юэ все бежал и бежал. С детства он ощущал себя не таким, как другие люди. И что бы ни случалось в его жизни, даже смерть родного человека, он не мог пролить ни слезинки и не мог почувствовать то, что называлось радостью.

Все в его мозгу было логично и упорядоченно, он легко мог следовать голосу разума, но знал, что родился не таким, как все. Он изо всех сил пытался замаскироваться, стать обычным, но смог вызубрить лишь поверхностные правила этикета, но глубокие искренние связи с окружающими были ему неведомы.

В этот момент подростку показалось, что в его сердце ворвалось чувство тревоги и пустоты – что это было? Может быть, страх?

Он догнал их и, глядя на Медвежонка, смотрящую на него с удивлением, ее маму с папой, Фэн Юэ наконец заговорил:

– Это я добивался внимания Медвежонка.

Он смог произнести только эту фразу, а что сказать дальше, он не знал. Подросток с неловким видом нервно сминал уголок рубашки, с тревогой ожидая, что произойдет дальше. Хладнокровного и безразличного ко всему Фэн Юэ больше не существовало.

Медвежонок сначала удивилась, а потом улыбнулась. Но она больше не могла ничего ему ответить: Фэн Юэ был похож на загадочный айсберг, и ее интерес к такому айсбергу мог обернуться последствиями, с которыми она могла бы и не справиться.

– Учитель Чэн был прав. То, что он сказал мне, когда я пришла к нему, оказалось правдой, – горько улыбнулась Медвежонок. – Спасибо тебе, Фэн Юэ, ты очень многое во мне изменил.

В тот день, когда девушка впервые пришла на консультацию к Чэн Ю, психотерапевт действительно все предсказал и верно рассудил, просто она не хотела этого слушать и понимать. Она не могла ни отказаться от помощи доброй Лин, ни убедить себя не прилагать больше усилий.

Медвежонок вспомнила слова Чэн Ю, которые он сказал в тот день, и глубоко вздохнула.

– Но, Фэн Юэ, мы все еще можем быть друзьями. Нас связывают воспоминания, которые ты мне подарил. – Девушке хотелось заплакать, но она сдержалась и увидела, что и глаза Фэн Юэ тоже наполнились слезами.

Лед, сковавший его сердце, начал таять. Возможно, в тот момент, когда семья Медвежонка сплотилась перед лицом трудностей, Фэн Юэ испытал такое безусловное чувство, его заворожили эти эмоции, и он медленно наблюдал, как лед в его сердце покрывается сетью трещин.

– Останься, останься со мной, Медвежонок! Никто никогда больше не будет рядом со мной, никто больше не станет с такой безоговорочной любовью относиться ко мне, как ты… Я был неправ, и я прошу у тебя прощения, хорошо? Останься со мной, моя милая Медвежонок! – Его привычного холодного и невозмутимо красивого образа больше не было, и Фэн Юэ снова превратился в ребенка.

Медвежонок с состраданием посмотрела на него, потом встала на цыпочки, осторожно коснулась пальцами его макушки и сказала:

– Фэн Юэ, это не любовь, это просто страх потерять того, кто рядом с тобой. То, что я пытаюсь вернуть, тоже не любовь, потому что это заставляет меня чувствовать, что я недостаточно хороша для тебя. То, за что я боролась, – не любовь, потому что я получила ее, изменив себя. Фэн Юэ, как же я хотела согреть твое сердце, но ценой тому стало то, что я медленно теряла себя. Все, что я делала раньше, было сконцентрировано вокруг тебя.

– Нет, я просто боюсь. Боюсь. Ты знаешь, что я совсем другой, как будто из другого мира, что я не могу испытывать те же эмоции, что и все остальные, я не хочу оставаться в своем футляре до конца жизни. Рядом с тобой я хочу выйти наружу. Я не смогу забыть те мгновения, когда ты была рядом со мной, когда стояла в двух метрах, но так близко, что я слышал биение твоего сердца. Останься со мной, Медвежонок! – безудержно рыдал Фэн Юэ, крепко вцепившись в руку девушки, которая по-прежнему лежала на его макушке.

Отец Медвежонка собирался что-то сказать, но ее мать осекла его:

– Помолчи, дорогой! Послушай мальчика!

– Я никогда не смогу победить в международной математической олимпиаде, – спокойно сказала девушка.

– Просто будь собой, – нетерпеливо сказала Фэн Юэ.

– И я не смогу изобрести робота, – с горечью сказала Медвежонок.

– Мне все равно, просто будь собой.

– Я не умею готовить, и, вообще-то, мне не нравится одеваться как леди, я люблю носить свитер с медвежатами, – сказала девушка.

– Просто будь собой! – с нетерпением воскликнул Фэн Юэ. – Не нужно становиться кем-то другим!

Улыбка на лице Медвежонка становилась все шире, и вот уже превратилась улыбку до ушей, и девушка с радостью взяла молодого человека за руку. Теперь она наконец-то прикоснулась к настоящему Фэн Юэ. Когда отец девушки хотел сказать что-то еще, мать снова ему не позволила:

– Ш-ш-ш, дорогой, не мешай!

В это время к ним подошла мама Фэн Юэ и, не дожидаясь, пока отреагируют родители девушки, взяла маму Медвежонка за руку и сказала:

– Здравствуйте, сваты!

Она была обычной матерью, переживавшей за своего сына, и теперь наконец-то вздохнула с облегчением. Вместо того чтобы растить сына-заучку, она предпочла, чтобы сын наслаждался обычным человеческим счастьем.

Чэн Ю хлопнул себя по лбу: этот мир поистине необыкновенный! Каждый день происходит множество самых неожиданных вещей! И многие из них радостные, разве не так?