Ян Сундуков – Отпуск в «Июле» (страница 8)

– А-а… вас разве не проинструктировали про чудеса и странности?

– Какие ещё чудеса и странности? – Анфиса даже встала с дивана.

– Вот эти. – Лидия указала рукой в сторону окна.

Матвей и Анфиса повернулись и замерли. Анфиса даже рот раскрыла от удивления. Под стук колёс поезд набирал высоту, оставляя землю внизу и устремляясь в наполненное звёздами небо.

Лидии потребовалось довольно много времени, приличное количество отменного алкоголя и море обаяния, чтобы убедить супругов Филиных в том, что они: не умерли, не рехнулись, не спят, не находятся под веществами… А также в том, что они сами подписали договор, где чёрным по белому написано, что «будут чудеса, странные происшествия и неожиданные встречи».

А тем временем паровоз по призрачным рельсам нёс их сквозь сияющее всеми цветами космическое пространство. Разноцветные яркие звёзды подмигивали им, туманности искрились, а озорные кометы цеплялись к поеду, как рыбы прилипалы… с большими огненными хвостами. Железная дорога, если можно было так назвать полупрозрачные, светящиеся голубоватым светом шпалы и рельсы, уходящие вдаль, изгибалась дугой и вела прямиком в огромную чёрную дыру, гостеприимно маячившую впереди и улыбающуюся всем горизонтом событий.

– Я-я… когда подписывала, – довольно сбивчиво объясняла Анфиса, – имела в виду… Не знаю, что я имела ввиду, но точно не это! Я, конечно, ожидала чудес, но вот чтобы так!..

– Как говорил классик: «Ваши ожидания – это ваши проблемы», – задумчиво сказал Матвей, не отрывая взгляда от окна. – Чертовски красиво! А там вакуум или что-то другое?

– Думаю, что-то другое, – ответила Лидия.

Она встала, подошла и открыла одно из окон. Вагон немедленно наполнился какими-то странными запахами и звуками. И то и другое было ни на что на похоже. Во всяком случае, ни Анфиса, ни Матвей ни с чем подобным никогда не сталкивались. Лидия закрыла окно и уселась на место.

– Итак, теперь, когда мы во всём разобрались, можем спокойно продолжать путешествие. – Она улыбнулась: – Мы с вами остановились на сундуке. Я обещала его открыть и посмотреть, что он нам предложит.

Она вновь поднялась и подошла к сундуку. Тот затаился, ожидая от девушки дальнейших действий. Лидия наклонилась и осторожно подняла крышку. Некоторое время она задумчиво смотрела внутрь.

– И что там? – не удержалась Анфиса.

– Честно говоря, я не знаю, – ответила Лидия. – Я проходила ускоренный курс владения гаджетами, готовясь к встрече с вами, но такого там точно не было.

Она извлекла из сундука довольно большой и, судя по всему, тяжёлый предмет.

– Это бобинный магнитофон, – немедленно сообщил Матвей. – Но к нему нет плёнки, только пустая бобина.

– Во как! – Лидия пристроила аппарат на стол. – И, насколько я знаю, он играет музыку.

– Точно, – подтвердила Анфиса. – Но нужна специальная плёнка, так он бесполезен.

– Интересно. – Лидия рассматривала магнитофон. – Васька! Чего сидишь? Лезь в сундук – ищи плёнку.

– Хорошо, мяу, – сказал кот и скрылся в недрах сундука.

Матвей и Анфиса некоторое время смотрели ему вслед.

– Конечно, – начал Матвей, – удивляться чему-либо, после того как посмотрел за окно, довольно странно. Но всё же. Это ведь кот сказал? Не ты?

– Конечно не я. – Лидия улыбнулась.

– А у вас все коты разговаривают? – спросила Анфиса.

– Нет, Василий уникален. Мы с ним познакомились при довольно странных обстоятельствах, впрочем, сейчас это неважно. Что-то он долго. – Лидия озабоченно посмотрела на сундук.

– А ты сама откуда? – полюбопытствовал Матвей. – Явно ведь не оттуда, откуда мы.

– Тут я не могу вам ответить, не велено. – Девушка виновато улыбнулась. – Но то, что не из вашего мира, это точно. И предвидя ваш следующий вопрос… Да, миров много. А вот и Вася!

Кот действительно появился из сундука. В зубах он держал картонную коробку для бобины. На ней не было никаких надписей, и она была чёрного цвета.

– Вот, мяу, – сказал он, после того как Лидия взяла коробку, и выпрыгнул из сундука, который немедленно и очень зловеще захлопнул крышку.

– Итак, – Лидия достала бобину, – кто знает, что с этим делать?

Некоторое время ушло на то, чтобы Матвей и Анфиса разобрались, куда и что надо просунуть. Однако когда они это сделали, выяснилось, что у аппарата нет сетевого шнура, да и в вагоне 220 вольт нигде не наблюдались.

– Всё. – Матвей улыбнулся. – Питания нет – не включится.

– Я ему не включусь! Куда надо нажимать? – Лидия была настроена крайне серьёзно.

– Вот. – Анфиса нажала на кнопку – и всё заработало.

Несколько мгновений бобины крутились, передавая плёнку с одной на другую, а потом заиграла Highway Star.

– Ничего себе! – Матвей посмотрел на Лидию. – Ты знаешь Deep Purple?

– Я? Нет, – ответила девушка. – Но знает сундук, и очевидно, что знаешь ты.

– Конечно, знаю. Моя любимая группа.

– Я тебе уже говорила. – Лидия покосилась на сундук. – Ты ему понравился. Считай это комплиментом в свой адрес.

– А я?! – спросила Анфиса.

– Что ты? – не поняла Лидия.

– Я ему понравилась?

– Нет.

– Нет?..

– Не расстраивайся. Я ему тоже не нравлюсь. Он этот… как его… социопат. То есть не социопат, а этот… сексист. Хотя и социопат тоже. Я путаюсь немного в вашей терминологии. Женщин он только терпит, воспринимая их как предмет мебели и неизбежное зло, навязанное ему Дедом. Деда он слушается. Собственно, только его он и слушается, возможно… даже боится. Вот такая история.

– А ходить он может? – спросил Матвей.

Лидия некоторое время задумчиво смотрела на сундук.

– Я такого никогда за ним не наблюдала. Но, честно говоря… – Она отвернулась от сундука: – Я не могу этого исключать.

– Ладно, бог с ним, с сундуком. – Анфиса села поудобнее. – А куда мы всё-таки едем?

– Едете вы туда, куда и планировали. Ничего не поменялось. Ваш отпуск в «Июле», безусловно, состоится. Ну а пока, как насчёт немного перекусить? – спросила Лидия.

Возражений не последовало, и Лидия принялась накрывать на стол. Анфиса вызвалась ей помогать, и Матвей остался наедине с Василием. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

– Послушай, старик, – не выдержал Матвей, – я никогда не разговаривал с котами. То есть, конечно, я-то с ними разговаривал, а вот они со мной – нет.

– Так часто бывает, мяу. Большинство котов не могут ответить на языке двуногих, мяу. Но бывают исключения, вроде меня, мяу.

Некоторое время Матвей размышлял над услышанным.

– Послушай, Василий, правильно ли я тебя понял? Ты говоришь, что они не могут ответить. Не хочешь ли ты сказать, что все коты, с которыми я общался, меня понимали?

– В большинстве своём – да, мяу. Бывают лентяи, которые ничему не учатся, мяу. Но любой, уважающий себя кот понимает язык двуногих, мяу.

Матвей откинулся на спинку кресла и посмотрел в свой бокал, который к этому времени уже почти опустел.

– Пожалуй, надо пересмотреть свои взаимоотношения с кошками, – задумчиво сказал он.

– Хорошее решение, мяу, – поддержал его Василий.

Магнитофон тем временем закончил играть альбом Machine Head и замолчал. Чёрная дыра за окном становилась всё ближе, и Матвею начало казаться, что паровоз как будто движется всё быстрее и быстрее.

– Пошли есть! – отвлекла его от мыслей о физике паровозов в космическом пространстве Анфиса.

Местному буфету мог бы позавидовать любой пятизвёздочный отель. Тут было всё, включая чёрную икру, водку… и все остальные второстепенные блюда и закуски.

– Ничего себе. – Матвей задумчиво обвёл взглядом стол, на котором женщины организовали банкет. – Мы должны всё это съесть? – спросил он улыбнувшись.

– Возможно, не всё, – заметила Лидия, – но большую часть.

Обнаружив в себе зверский аппетит, разыгравшийся на нервной почве невероятных невероятностей, происходящих с ними, супруги Филины и примкнувшие к ним Лидия и Василий приступили к трапезе.