Ян Сундуков – Неделя Высокой Моды (страница 2)

Бедствия «Летучего Форпостца» начались в момент прохода через портал. Очень сложный манёвр, особенно на таком большом судне. Умные существа придумали Правила воздушного прохождения порталов. Нормальные существа понимали, что в таких случаях лучше действовать по правилам, но ведь всегда же найдутся те, о ком капитан думал исключительно в идиоматических выражениях. Он понимал, что будет трудно, понимал, что портальные службы Второго и Первого миров не выгребут, но он даже не предполагал, что в Известной Вселенной проживает такое количество идиотов. Его судно должно было проходить первым. Естественно портал был не слишком велик, и шли они очень медленно, зато скоростные частные яхты в полном составе решили…

Прямо перед носом баржи в портал ринулась яхта, расписанная в цвета попугая-аллергика. На её палубе музыканты из мальчиковой эльфийской группы пилили какой-то жуткий поп рифф. Под их аккомпанемент полуголые девицы прыгали вокруг мачты, и во все стороны летели пустые бутылки. Капитану чудом удалось не врезаться в них. Но это было только начало… Со всех сторон в портал понеслись суда всех мыслимых и не мыслимых видов. Они были небольшие, ну как минимум в сравнении с баржей, и с точки зрения их хозяев должны были проскочить. Вот только масса и инерция «Летучего Форпостца» как бы намекали на то, что проскочить может и не удастся. Тем не менее экипажу удалось сделать невозможное. Они никого не уронили, и даже почти ничего не поломали, кроме нескольких мачт, одного воздушного руля, двух бушпритов и разбитого в щепки винтажного воздушного плота. Экипаж последнего в лице двух эльфов, одетых во что-то настолько модное и яркое, что капитан чуть не заработал конъюнктивит, удалось спасти. Когда их подняли на борт, и капитан высказался… в том смысле… в общем-то, он высказался во всех смыслах… На что эльф, бывший явно за старшего, резонно заметил:

– Духи с этим плотом. Мы же едем купить себе сапожки от Арно Дерматини. Их выпустят всего двести пар. Четыре года назад нам удалось выиграть в лотерею возможность подать заявку и мерки на две из них. Это грандиозно! Сам маэстро будет их представлять. И поговаривают, что в каждую пару, в уникальном месте, будет вшит его автограф. Это просто восторг!!! А плот… у нас дома таких ещё два, я вообще коллекционирую летательные средства. Вы, капитан, большой молодец. Так управляетесь с этой посудиной. Вот, возьмите. – Он извлёк из карманы карточку, выкрашенную в Абсолютный Чёрный, на которой была надпись золотыми буквами «ПРИГЛАШЕНИЕ».

– Что это? – прохрипел капитан.

– Это приглашение на приём в честь открытия Модной недели, – пояснил второй эльф.

– Приглашение, разумеется, на две персоны. Буду рад вас там увидеть, – добавил первый эльф.

– Угу.

Гном рассеянно кивнул, и его мысли, как и он сам, умчались на мостик.

С мостика стало очевидно, что, как капитан и предполагал, прохождением портала дело не закончилось. Теперь нужно было зайти в порт и пришвартоваться. А там уже были все те, кто проскочил, а также те, кто успел их обогнать по дороге от портала до причала.

Десант из гостей обрушился на Небесный Форпост, как снежная буря. Такую не так давно удалось организовать башне погодного волшебства. Даже то обстоятельство, что на дворе было тёплое время года, магов-погодников не остановило. Однако, по мнению жителей Форпоста, буря вела себя значительно лучше нахлынувших гостей. Город, конечно, готовился и даже в некотором смысле ждал этого события, но всё как-то с самого начала пошло наперекосяк. Гостей оказалось слишком много, и их надо было где-то разместить… «Коллективное» сознание жителей Небесного Форпоста вполне спокойно относится к приезжим, пока эти приезжие не начинают оказываться повсюду и не превращают парки города в палаточные лагеря. С этим надо было что-то делать. А ведь помимо гостей были ещё и главные действующие лица Модной недели. Они заняли самые лучшие гостиницы, рестораны и все основные городские площади, на которых возвели свои подиумы. Горожане немедленно окрестили эти строения эшафотами.

У Ректора Магического университета было два кабинета: один – малый, точнее сказать обычный, в котором всё обычно и происходило, и второй – большой, которым пользовались в особо торжественных, особо печальных, или случаях, когда всё совсем плохо.

Маги сидели и молчали. Большой кабинет, и без того мрачный от их присутствия, стал похож на склеп с древними застывшими статуями. Над большим овальным столом крутился шар размером с шар для игры в бильярд, только окрашен он был в семь переливающихся цветов. Это, разумеется, была проекция того, что крутилось над местом, где ранее стоял ведьмовской котёл.

– Итак. – Ректор поднялся и, опершись руками о столешницу, навис над всеми. – Ваши предложения, коллеги. Что мы будем с этим делать?

– А оно само не может рассосаться… – то ли спросил, то ли предположил архимаг Иливарий, заведующий кафедрой магической геометрии.

– Может, – ответил Ректор таким тоном, что собравшиеся маги заёрзали. – Только сперва она вырастет и поглотит весь наш мир, а возможно и все прочие.

– С какой скоростью она растёт? – Архимаг Игнатий По, заведующий кафедрой некромантии, оторвался от каких-то расчётов.

Ректор мрачно посмотрел в сторону, где у стены сидели трое экспериментаторов. Под «дружелюбным» взглядом Ректора они как-то съёжились и попытались слиться с окружающим их ландшафтом, а именно со стеной кабинета, украшенной гобеленом о, безусловно, героических, но никому неизвестных, деяниях магов прошлого.

– Ну?! – Ректор повысил голос.

Маг-теоретик сорвался с места и, подбежав к Игнатию По, протянул ему листок с данными. Архимаг немедленно погрузился в его изучение.

– Ситуация ещё осложняется началом Модной недели, – негромко заметила архимаг Феодора, заведующая кафедрой ритуалов.

– Несильно осложняется, – возразил Игнатий По, не отрываясь от своих вычислений. – Если мы в течение семи дней не придумаем, что с ней делать, будет неважно, была здесь Модная неделя или нет.

– Всё так плохо? – спросил Ректор.

– Ну это оптимистичный прогноз, – уточнил Игнатий.

– В смысле оптимистичный? – Архимаг Паратти, декан факультета ингредиентологии и растениеведения, повернулась к нему.

– Оптимистичный в том смысле, что через семь дней она уничтожит только город. На мир ей потребуется больше времени. Впрочем, возможно, по мере укрупнения процессы в ней будут идти быстрее и, соответственно, начнёт возрастать и скорость поглощения. Опять же я не уверен, что, поглощая, она уничтожает. Возможно, переводит в другое состояние… или какой-либо иной план, – развёрнуто пояснил Игнатий.

– А что это наш декан факультета энергий отмалчивается? – Моралес, декан факультета тёмного волшебства, посмотрел на него с улыбкой голодающего лиоплевродона. – Это же вроде ваша разработка?.. Ускоритель… Открытие элементарных магических элементов… Прорыв в области сложных энергий… Вы нам всё это обещали! А смастерили… какую-то радужную дыру, поглоти её тьма!

Архимаг Септемий прокашлялся.

– Мы работаем.

– И как долго вы планируете работать? – полюбопытствовал Ректор. – А то у нас тут как бы вырисовывается маленький апокалипсис, не считая уже происходящего в виде Модной недели, провались она в Доронат.

– Ректор. – Септемий поднялся. – Утверждение уважаемого мной Игнатия По абсолютно умозрительны. Нет никаких доказательств того, что это явление, а я подчёркиваю, это – явление, чем-либо нам угрожает…

– Вы хотите сказать, что растущий сам по себе шар, на секундочку, неизвестного нам происхождения, это как…

– Я имею в виду, – в свою очередь перебил Игнатия Септемий, – что нет подтверждения её опасности! Да, она растёт, и мы с этим разбираемся. В конце концов, с чего вы решили, что она поглотит наш город, а затем и мир? Может она просто взорвётся при достижении критической массы и уничтожит ми… р… – Он запнулся и замолчал.

Маги молча смотрели на Септемия.

Первый показ, открывающий всю Модную неделю, устроители планировали с особым тщанием. Показ должен был задать тон всем последующим мероприятиям, поэтому зрители были вправе ожидать чего-то грандиозного. Местом показа выбрали площадь Старого кладбища, и все сидячие, стоячие и прочие места были, разумеется, распроданы. Правда, получилось так, что местных жителей здесь оказалось подавляющее меньшинство, но тем не менее они были. Некоторые, как например Зелёный Джо, не по своей воле. Он сидел во втором ряду и диковато озирался. Справа от него сидела его супруга Лиза. На всякий случай она нежно держала мужа под руку.

– Послушай, Лиза, – зашептал Зелёный Джо, повернувшись к жене, – если парни меня здесь увидят…

– Ничего не будет, – промурлыкала Лиза. – Вон, в первом ряду сидит Пабло Эскариэль, а там… – продолжила она, махнув рукой в направлении третьего ряда, – расположились Кира с Корой и их мама… с бабулей. Так что твои парни тоже здесь.

– Нет, – возразил Джо, – как раз моих парней тут нет. Тут даже Билли Мясника нет.

– Билли в музее, – ответила Лиза, – точнее на выставке. В честь Модной недели привезли выставку художественных произведений из всех двенадцати миров. А ты ведь знаешь, как Билли любит искусство.

– Но…

– Сиди! Кстати, на выставку мы тоже сходим.