Ян Ларри – Том 2. Храбрый Тилли (страница 62)
Профессор засмеялся.
— Не нравится? — спросил он. — Напрасно! Вот посмотришь, как они завтра будут действовать. Не хуже пироксилиновых шашек.
Он вытряхнул комочки из корзины, разделил их на две кучки. Придвинув маленькую кучку Вале, профессор сказал:
— Возьми-ка, Валя, вот это и пойдем!
Нагруженные бомбами, профессор и Валя вышли из пещеры.
— Разбрасывай свои бомбы вокруг пещеры! — услышал голос профессора.
Глава шестнадцатая
— Хлоп! Хлоп!
Ребята вскочили с примятых, разворошенных постелей. Протирая глаза, они испуганно осмотрелись.
— Карик, что это?
— Не знаю.
— Может быть, это наши батареи палят?
В пещере по-прежнему мерцал голубой свет. Темные своды висели низко над головой. В углу, вдоль стен, рядами стояли толстые белые бочки.
— Хлоп! Хлоп! Хлоп! — трещали за стеной взрывы.
Иван Гермогенович приподнялся со своего волосяного матраца, широко зевнул и, вытирая заспанные глаза кулаками, пробормотал:
— Ага!.. Действуют… Работает моя артиллерия…
Иван Гермогенович, а следом за ним и ребята подошли к баррикаде, загораживавшей выход из пещеры.
Сквозь щели между камнями просвечивал утренний свет, площадка перед пещерой ослепительно сверкала на солнце желтым соком. Лужи пролитого меда блестели, как жидкое золото. В стороне валялась опрокинутая на бок белая бочка.
Путешественники даже зажмурились от яркого света.
— Хороший будет денек! — сказал профессор, рассматривая чистое, точно вымытое, голубое небо.
— Зато мух сколько будет! — вздохнула Валя. — Еще даже больше, чем вчера.
— Это ничего! — успокоил Валю Иван Гермогенович и, весело потирая руки, сказал: — Скоро их станет меньше! Значительно меньше…
— Почему меньше?
— А разве ты не слышишь, как хлопают мои бомбы? — с удивлением спросил Иван Гермогенович.
— Слышу, — сказала Валя, — но мухи, кажется, совсем не боятся ваших бомб. Вон бомбы рвутся среди мух, а мухам хоть бы что.
— Погоди немножко! — спокойно погладил бороду Иван Гермогенович. — Не торопись! Мухи от моих бомб не сразу погибают. После того как в муху попадет осколок, она еще поползает-поползает часиков пять-шесть, а потом очень интересно начнет умирать. О, на это стоит посмотреть!
— А эти мухи уже раненые?
— Несомненно! — с уверенностью ответил Иван Гермогенович. — Ведь перепалка идет, если я не ошибаюсь, с самого рассвета.
Валя вытащила из баррикады камень и, прильнув к образовавшейся амбразуре, стала разглядывать площадку.
По камням бродили огромные мохнатые мухи. Они подходили к медовой луже, погружали хоботки в мед, толкали друг друга. Одна из них, толстая, с белым брюхом, села на опрокинутую бочку. Бочка качнулась. Муха испуганно взлетела и закружилась, рассматривая бочку сверху огромными выпуклыми глазами. Потом осторожно опустилась и села рядом с бочкой.
И вдруг она приподнялась и зашаталась, точно пьяная. Ноги ее подогнулись. Она упала на землю, повозила по песку отяжелевшей головой и замерла. Только ее растопыренные крылья еще слегка шевелились.
— Есть одна! — закричал Карик.
— Это еще не все! — сказал Иван Гермогенович. — Подождите, то ли еще с ней будет.
Через некоторое время профессор и ребята опять подошли к баррикаде.
На площадке перед пещерой валялось уже несколько мух. Одни из них были еще живы — шевелились, другие лежали, растопырив крылья, уткнувшись головой в песок. Они были покрыты чем-то белым, точно инеем, а у мухи, которая лежала возле бочки, вырос из брюха длинный, тонкий хлыст с круглой шляпкой на конце.
— Что это у нее? — спросила Валя. — На гриб похоже.
— Да это и есть грибок эмпуза.
Вдруг шляпка грибка отвалилась и упала на землю.
— Новая эмпуза созрела! — сказал Иван Гермогенович.
— Какое смешное слово — эмпуза! — фыркнула Валя.
— Разве смешное? А вот мне оно никогда не казалось смешным. С эмпузой я давно вожусь. Это мой старый знакомым. Грибок-паразит… Один из полезнейших для человека грибков… Он убивает мух. Вот эта новая эмпуза, которая упала сейчас на землю, разорвется, как только к ней подойдет поближе муха, и осыплет ее осколками-семенами; семена прорастут, убьют муху и выбросят на погибель другим мухам новую бомбу-грибок.
— А если мухи не подойдут?
— Тогда эмпуза не разорвется!
— Ну, а если не муха подойдет, а пчела, — разорвется эмпуза или нет?
— Нет, не разорвется.
— Значит, в пчел они не стреляют, эти эмпузы?
— Эти нет. Но у пчелы есть тоже свой грибок-паразит. Он попадает в соты и портит их. Ну, конечно, такие грибки не полезны, а даже очень-очень вредны.
Хлоп! — треснуло что-то на площадке.
Профессор высунул голову и сказал:
— Еще пяток мух готов! Скоро и они протянут ноги.
И, действительно, вскоре вся площадка покрылась мушиными трупами.
Путь к озеру был свободен.
После обеда Иван Гермогенович решил сходить на берег посмотреть свой славный «Карабус». На месте ли он? Не сорвало ли его ветром? Не повалило ли на бок?
Он собрал ворох паутинных веревок, взвалил его на плечи и, сунув за пояс острый камень, направился к выходу.
— Ну, Валя, пошли! Ты, надеюсь, поможешь мне?
— Конечно, помогу, если только…
— Если только — что?..
— Если на площадке мух больше нет.
— Нет и не будет, — ответил Иван Гермогенович.
— А новые? Не прилетят?
— Ни в коем случае. А если даже и прилетят, то погибнут тотчас же. Ведь наша площадка теперь минирована эмпузой.
Успокоенная Валя двинулась к выходу.
— А я? — вскочил с матраца Карик.
— А ты лежи. Поправляйся! Мы сегодня без тебя справимся.