Ян Ларри – Том 2. Храбрый Тилли (страница 44)

Они сматывали с себя кольца паутины, бережно укладывая их бухтами рядом с собой.

— Торопитесь! Торопитесь, друзья мои! — подгонял ребят Иван Гермогенович. — Эта зверюга, что притащила нас сюда, скоро вернется назад, и тогда мы пропали.

— У нас уже все готово! — крикнула Валя.

— Прекрасно! Попробуйте теперь свить толстые веревки.

— А как это делается?

— Очень просто! Вот так! — И профессор показал, как нужно свивать веревки.

Помогая друг другу, путешественники поспешно вили из паутинных нитей веревки, а из веревок толстый канат.

Наконец все было готово для спуска.

Иван Гермогенович собрал весь канат в кучу, обмотал один его конец вокруг острого выступа кувшина, а весь остальной ворох сбросил пинком ноги вниз.

Тяжелая бухта скользнула между ветвей и помчалась вниз, разматываясь на лету в длинный узловатый канат.

Конец каната повис над нижней веткой сосны.

— Первой спускается Валя! — распорядился Иван Гермогенович.

— Почему я?

— Не время теперь спорить! — нахмурился профессор.

— Ну, ладно, ладно, — поспешно сказала Валя, — полезу первая, только не сердитесь, пожалуйста!

Она храбро ухватилась за канат и быстро заскользила вниз.

— Счастливого пути, — махнул рукой Иван Гермогенович. — Когда спустишься, придержи конец.

— При-дер-жу-у! — крикнула Валя, скользя по канату.

Профессор и Карик наклонились и молча следили, как спускается их маленький товарищ.

— Не тру-усь! — закричал Карик.

— И не думаю даже! — донесся снизу слабый голосок Вали.

Она спокойно скользила по канату от узла к узлу и уже добралась до середины его. Но тут внезапно подул ветер.

Валю стало раскачивать, точно маятник. Она судорожно вцепилась в узел каната и, подняв голову вверх, растерянно искала глазами профессора.

— Спускайся! — закричали разом профессор и Карик.

Ветер раскачивал канат все сильнее. Валя описывала широкие круги над пропастью.

— Спускайся!

Валя зажмурилась и опять заскользила по канату от узла к узлу. Наконец ее ноги коснулись чего-то твердого. Это была нижняя ветка сосны, которая оказалась еще шире и значительно толще верхних ветвей. Валя могла по ней прогуливаться так же свободно, как гуляют люди по широкому проспекту.

— Долезла! — крикнула Валя, взглянув вверх.

Высоко над ее головой висел неуклюжий кувшин.

На краю его сидели Иван Гермогенович и Карик и что-то кричали.

Валя прислушалась.

— Придержи веревку! — кричал Карик сверху.

Валя схватила веревку за конец. Веревка дрогнула, натянулась. Карик, а за ним профессор быстро спустились вниз и стали рядом с Валей.

— Отсюда до земли не так уж далеко! — сказал Иван Гермогенович, поглядывая вниз. — Давайте-ка посмотрим, в какой стороне наш маяк.

Он поглядел направо, налево и вдруг закричал:

— Вон он!

— Где? Где? — спросили Карик и Валя, вытянув шеи.

Сквозь заросли сосновых игол путешественники увидели на далеком горизонте шест с красным флагом.

Но как далеко он был теперь! Он казался совсем крохотным, — такими бывают флажки на игрушечных пароходах.

Валя, прищурив глаза, посмотрела на маяк, на Карика, на профессора и тяжело вздохнула.

— Нам теперь не дойти до него! — сказала она. — За год не дойти. Мы такие маленькие, а он так далеко.

— Н-да, — процедил сквозь зубы профессор, — пожалуй, придется шагать месяца два или три.

— Три месяца? Но ведь тогда наступит зима… Придется дом строить, — сказала Валя.

— Гм… Возможно… Однако что же мы здесь стоим? Идемте по ветке к стволу сосны.

Профессор осмотрелся еще раз и уверенно пошел вперед. Следом за ним побрели ребята.

Они карабкались по темно-красным буграм сосновой коры, прыгали через узкие, но глубокие расщелины.

Наконец путешественники дошли до отвесной стены.

Это был ствол.

Красно-коричневые глыбы коры громоздились одна над другой, между глыбами проходили глубокие ущелья. В некоторых местах эти ущелья густо заросли серым, седым кустарником.

— Отдохнем, друзья мои, — сказал Иван Гермогенович, присаживаясь. — А потом спустимся по стволу, как это делают муравьи.

Ребята взглянули вниз и невольно попятились.

— Страшно! — сказала Валя.

— И все-таки придется спускаться! — сказал Иван Гермогенович.

Валя прижалась к красной глыбе и замотала головой.

— Ничего, ничего, — утешал ее профессор, — на Кавказе и на Памире наши альпинисты взбираются на горы еще покруче. И спускаются, конечно, с них. А там разве такие подъемы и спуски? То и дело встречаются ледники, глетчеры. От ветра слезятся глаза. От холода замерзают слезы на щеках. Б-р-р-р… Подумать даже страшно. Ну, а по нашему деревянному Монблану не так уж и опасно спускаться.

— Ну, что ж, как-нибудь спустимся! — вздохнула грустно Валя.

— Конечно, спустимся, — отозвался Карик. — Ведь все равно другого пути на землю нет? Значит, нужно спускаться по стволу.

Профессор размотал остатки своего костюма, свил надежную веревку и протянул один конец ее Вале.

— Ты опять пойдешь первой, — сказал он. — Обмотай веревку вокруг пояса и держись за нее крепче. Следующим пойдет Карик. Я буду спускаться последним.

Иван Гермогенович сделал из веревки петлю и накинул ее на плечи Карика.

— Освободи руки. Та-ак.

Карик поднял руки, опустил петлю до пояса, затянул ее покрепче.

— Ну, вот и все, — сказал профессор.

Путешественники двинулись вниз.

Сначала спускали на веревке Валю. Она шарила внизу ногами, нащупывала выступ коры и кричала: