Ян Ларри – Том 2. Храбрый Тилли (страница 22)

— Я не понимаю, как вы узнали, где мы находимся.

— Расскажу и об этом, но не сейчас, — сказал профессор, хлопнув Валю по плечу. — Дорога у нас длинная. Идти придется долго. Успеем поговорить обо всем по пути домой. Вы расскажете мне, что видели и что узнали, а я расскажу, как нашел вас… Сейчас же вот что, друзья мои… По дороге к дому мы, возможно, потеряем друг друга, поэтому каждый из вас должен сам уметь найти дорогу домой… Идемте за мной… Прежде чем мы двинемся в путь, я должен вам рассказать кое-что.

— Но мы не хотим потеряться! — сказала Валя, хватая за руку Ивана Гермогеновича.

— Очень хорошо. И все-таки… На всякий случай… Мало ли что может случиться.

Профессор подхватил ребят под руки и быстрыми шагами поднялся на пригорок.

Ребята бежали по бокам славного старика вприпрыжку.

— Видите? — спросил профессор, протягивая руку.

Вдали над густыми зарослями травяных джунглей поднимался в небо, как высоченная труба, огромный столб. Наверху в синем воздухе развевалось огромное красное полотнище.

Столб стоял среди леса, но его можно было видеть так же хорошо, как одинокую сосну в степи.

— Это моя мачта! — сказал Иван Гермогенович. — Я поставил ее вместо маяка.

— Зачем?

— А вот слушай… Где бы мы с вами ни были, мы всегда сможем увидеть наш маяк. Стоит только взобраться на вершину травинки и…

— Понятно, понятно! — закричали ребята.

— Ну, остальное все очень просто… Внизу, около мачты, я оставил небольшой фанерный ящик. Он плотно закрыт со всех сторон, надежно защищен от дождей и солнца. А для того, чтобы мы могли попасть в него, я прорезал сбоку, в одной из стен ящика, небольшую дырочку.

— А зачем попасть?

— Когда мы доберемся до ящика, мы влезем в него и там найдем коробку с белым порошком… Это, друзья мои, увеличительный порошок… Достаточно каждому из нас проглотить пригоршню этого порошка, как мы снова превратимся в больших, настоящих людей. Понятно?

— Ой! — вырвалось невольно у Вали. — А вдруг кто-нибудь унесет ящик?

Профессор смутился. Он и сам уже думал об этом. Но стоило ли говорить сейчас ребятам про свои тревоги?

Погладив бороду, профессор сказал уверенно:

— Ерунда! Ну кому же понадобится старый фанерный ящик? Насколько мне известно, сюда, в эти края, вообще редко заходят люди. И… и вообще довольно болтать. Не будем терять понапрасну время. В дорогу, друзья мои! Вперед! Ну, выше головы! Руку, Карик! Руку, Валя!

— Куда же мы сейчас?

— Туда! — махнул рукой профессор. — Курс — на фанерный ящик.

Высоко подняв голову, Иван Гермогенович зашагал к лесу. Ребята шли за ним, о чем-то оживленно перешептываясь.

Профессор услышал:

— Скажи ты!

— Почему я? Скажи сама!

— В чем дело? — спросил Иван Гермогенович, останавливаясь.

— А как же теперь мы будем спать, как обедать, завтракать? — спросила Валя.

Иван Гермогенович пожал плечами.

— Какие пустяки! Мы будем спать, как спали наши предки. На деревьях, в шалашах, в пещерах. И, право, это куда интереснее, чем спать в душной комнате. Считайте, что мы переехали дачу. Устраивает это вас?

— А что мы будем есть?

— Ну, еды-то здесь сколько угодно. Можно обедать, ужинать и завтракать хоть по десяти раз в день.

— А вот мы, — сказала Валя, — когда хотели сегодня съесть одну ягоду, так нас ударил кто-то и сбросил в реку.

— Ударил? — удивился профессор.

— Ну да.

И Валя рассказала, как они пытались сорвать с дерева ягоду, да не долезли и свалились вниз, в бурную речку.

— Вы ели эти ягоды? — с тревогой спросил Иван Гермогенович.

— Нет! Мы не успели!

Профессор с облегченьем вздохнул.

— Ну, и хорошо сделали. Это были, по всей вероятности, ягоды ядовитой дафны, или, как чаще всего называют это растение, ягоды волчьего лыка.

— Но ведь мы не ели его.

— Не важно. Вы надышались ядовитыми испарениями дафны и поэтому потеряли сознание.

— Знаете, Иван Гермогенович, — решительно сказал Карик, — мы согласны ночевать на ветке и где угодно, только…

— Только что?

Карик глотнул слюну и сказал:

— Только мы ничего еще не ели со вчерашнего дня. И… и мы совсем не можем идти… Нам бы…

— Ну вот, ну вот, — засуетился профессор. — И как это я не догадался сразу… Конечно, мои друзья, конечно… Прежде чем двинуться в путь, мы с вами хорошенько закусим… Хотите молока?

— Настоящее молоко?

— М-м… Не совсем, конечно, настоящее, но все-таки молоко.

— Давайте! — протянул руку Карик.

— Только побольше! — сказала Валя.

— Идемте! — сказал профессор.

Задрав бороду вверх, Иван Гермогенович пошел вперед, разглядывая травяные деревья и что-то отыскивая глазами. Наконец он остановился под тенью травяного баобаба, у которого были такие большие листья, что на каждом из них вполне могла бы поместиться футбольная площадка, да еще остались бы места для зрителей.

— Вот! — протянул вверх руку профессор. — Здесь пасутся стада коров.

— Коровы на дереве?

— Н-да… Это у них, знаете ли, вроде альпийских пастбищ… Ну, кто же из вас полезет первым?

— А… а… а эти коровы не кусаются?

— Не кусаются и не бодаются. Ни зубов, ни рогов у них нет, друзья мои.

Карик и Валя разом бросились к дереву. За ними полез Иван Гермогенович.

Хватаясь за мягкие зеленые ветви, они карабкались, помогая друг другу, и скоро добрались до вершины могучего дерева.

Прямо перед ними сияли на солнце глянцевитые широкие листья, похожие больше всего на гладкие зеленые лужайки.

Путешественники вылезли на один из листьев и пошли по нему, ступая босыми ногами по мягкой, мясистой поверхности. Но, сделав всего лишь несколько шагов, ребята нерешительно остановились.

— В чем дело? — спросил профессор и тоже остановился.

Валя протянула дрожащий палец.

— Что это? — показала она на поверхность листа.