Ян Ларри – Необыкновенные приключения Карика и Вали (страница 37)

Страшилище вздрогнуло, будто ужаленное, выбросило вперед три пары ног и, быстро перебирая ногами, вывалилось из пещеры. Потом, волоча по земле изгибающееся, коленчатое тело, поползло к ручью.

Не успели ребята разглядеть его, как странное животное покатилось под откос и с глухим всплеском упало в воду. Быстрое течение подхватило его, и оно тотчас же скрылось в темноте.

– Вот ловко! – засмеялся Карик. – В следующий раз не полезет в чужую гостиницу.

– Ладно, ладно! – добродушно заворчал Иван Гермогенович. – Сейчас не будем разбирать, кто у кого захватил территорию. Он у нас или мы у него. Во всяком случае, судиться с нами он не станет.

– Как? – догадался Карик. – Значит, мы отняли у этого урода его собственную квартиру?

– То-то и есть! – сказал профессор. – Но раскаиваться теперь уже поздно, да и не стоит, пожалуй. . А теперь, друзья мои, давайте устраиваться на ночлег. Тащите ветки, листья, сучья. Складывайте все это около входа.

В темноте закипела работа.

Профессор и ребята подтаскивали к домику листья, корни и травяные стволы. Нелегкая это была работа.

Один лист пришлось тащить вдвоем. А какой-то влажный и толстый лепесток цветка они еле дотащили втроем.

Иван Гермогенович, видимо, торопился и, работая не покладая рук, все время поторапливал ребят:

– Ну, ну, скорее, скорее!. Валя, не лезь в воду! Карик, брось этот лист, все равно не поднимешь. . А ну-ка, помогите мне подтащить вот эти ветки!

Иван Гермогенович был доволен. Он боялся, что им придется провести ночь под открытым небом, и вдруг такое неожиданное счастье.

– Ах, друзья мои, – приговаривал Иван Гермогенович,

– нам удивительно везет сегодня. Наверное, как говорят англичане, мы родились с серебряной ложкой во рту.. Вот погодите, залезем под крышу, тогда сами увидите, какие мы счастливцы. .

– А наводнение? – спросил Карик. – Б-р-р... даже страшно вспомнить. Совсем оно не похоже на серебряную ложку.

– Наводнение?. Да, это, конечно, наши самые черные часы. Однако мы не утонули все-таки... И знаете, друзья мои, оно оказало нам немалую пользу.. В сущности, не будь наводнения, я даже не знаю, где бы мы ночевали сегодня и что случилось бы с нами в эту ночь. . Ведь это же наводнение выкинуло на берег ручейника с его домикомчехлом.

– Он даже не защищался! – сказала Валя. – Большой, а такой смирный.

– Кто? Это ручейник-то смирный? – Иван Гермогенович засмеялся.

– Ну, совсем уж не такой тихоня, – сказал он. – Под водой ручейник никому не дает спуску. Этот прожорливый хищник нападает на крошечных раков, на личинки насекомых, а нередко пожирает даже своих родичей.

– Такой разбойник?

– Самый настоящий разбойник. . А посмотрите, как выходит он на охоту. О, вооружен ручейник просто замечательно. Ведь он, каналья, закован, точно рыцарь большой дороги, в крепкую, непроницаемую броню. Да что рыцарь! Рыцари надевали только латы, шлемы и кольчугу, а этот господин таскает на себе целую крепость.

– Он, значит, сидит в ней, как в танке? – спросила Валя.

– Не совсем так, – сказал Иван Гермогенович, – потому что танкисты сами едут в танке, а ручейник таскает свой танк на себе.

Валя поглядела на каменную глыбу и покачала головой.

– Такая тяжесть, ой-ой-ой!

– Однако не у всех ручейников такие тяжелые дома, –

сказал Иван Гермогенович. – Там, где растут камыши и на дно падают кусочки сухого камыша, ручейники устраивают свое жилище внутри камышинок, а там, где дно песчаное или каменистое, они соединяют вместе камешки, ракушки, песчинки и строят из них свои дома-крепости.

Можно, впрочем, встретить домики ручейников, построенные из самых простых листиков, которые падают в воду.

– А почему у него два входа в домик: один большой, а другой маленький?

– Для того, – ответил Иван Гермогенович, – чтобы вода свободно проходила через весь домик.

– А зачем ей проходить?

– Как это зачем? – удивился профессор. – Ведь дом ручейника всегда полон воды. А если она не будет меняться, стены дома покроются плесенью, и крепость этого хищника возьмут штурмом миллионы разных бактерий. Для них стоячая вода – то же самое, что для нас с вами воздух.

– Но как вы ловко придумали прогнать его! – с восхищением сказал Карик.

– О, – скромно ответил Иван Гермогенович, – это не мое изобретение. Помню, в детстве мы, ребята, частенько добывали ручейников таким способом. Бывало, вставишь соломинку в черный ход, а ручейник уже выглядывает из парадного. Шевельнешь слегка – и он уже падает на ладонь.

– Зачем? – с удивлением спросил Карик.

– А мы ловили рыбу на ручейника! – ответил профессор. – Как насадка – это очень ценное существо.

– Рыбу? – переспросил Карик. Он даже подпрыгнул. –

И хорошо клюет на него?

Профессор засмеялся:

– Да ты не рыболов ли? Ишь как загорелся весь.

– Ого! – замахал руками Карик. – Рыба... Да я могу хоть целый месяц просидеть с удочкой. .

– И как? Удачно ловишь?

– Нет, – честно сознался Карик. – Мне почему-то не везет.

– Вот как! Ну, тогда я скажу тебе: почаще лови на личинку ручейника. Лучшей насадки на крючок, чем эта самая личинка, нет и не было.

– Надо попробовать.

– А как же он теперь, этот ручейник. . без чехла? –

спросила Валя. – Пропадет?

– Не пропадет! – беспечно сказал Иван Гермогенович.

– Пока мы разговариваем, он, наверное, уже полдомика себе построил. . Да ты не бойся. Он не погибнет. . Вырастет, а потом превратится в летающее насекомое.

– Он? В летающее?

– Ну да, – сказал Иван Гермогенович, волоча по земле тяжелый лепесток. – Превратится в насекомое, очень похожее на ночную бабочку. . Впрочем, ручейник – мастер не только летать. Он неплохо бегает и по земле, и по воде.

А когда наступает время откладывать яички, он спускается под воду и здесь прикрепляет свою икру-яички к водяным растениям.

Иван Гермогенович окинул взглядом гору веток, листьев, лепестков, которые они натаскали во время разговора, и сказал:

– Ну хватит. А то мы так завалили вход, что нам самим в пещеру не пробраться.. Залезайте!

Карик и Валя долго просить себя не заставили. Они перескочили через кучу веток и осторожно вошли в полутемный, низкий коридор.

В самом конце еле-еле заметно светилась узкая щель.

Ребята шли в темноте, ощупывая стены руками. Ноги ступали будто по мягкому, нежному ковру.

Такими же мягкими, шелковистыми были и стены.

Карик поднял руку, пощупал потолок.

– И тут мягко! – удивился он.

Ребята дошли до конца коридора и остановились перед круглой дырой. Холодный ветер дунул по ногам.

– Эту форточку надо закрыть! – сказал Карик. – Мама не велела на сквозняке сидеть.

Карик вернулся, принес мягкий лепесток, скомкал его и крепко забил лепестком отверстие.

– Теперь не дует, – сказала Валя, – но зато стало очень темно. Идем обратно.