Ян Ирбес – Поход вглубь себя (страница 3)

– А мне в целом родной Оленегорск напоминает, такие же равнины. – ответил ей Сергей.

– Вы же не очень далеко от нас? – Уточнила Алла, дуя на ложку.

– Да, но мне кажется это повсеместная история. Я был в некоторых районах Краснодарского края и мне очень импонировали маленькие городки в низинах. Если палатку ставить внизу, то вокруг горы и ничего не видно кроме них. А по утрам смотришь как облака цепляются за вершины. А если взобраться на гору, то вид совершенно другой. Словно ты остался один в этом мире и теперь он весь твой. Бескрайнее чистое небо, вода до горизонта и все это под пение птиц и насекомых. Красота!

– Карелия никогда не была равниной! Это мы с вами в Рускеале не побывали! Вот там горы! Ну точнее, наверное, ущелье, но все-таки! Очень глубокий каньон остался после выработки мрамора, а на дне теперь озеро из грунтовых вод. Красиво и величественно, особенно по вечерам, когда включают подсветку. Напоминает что-то футуристическое. Вот там точно не равнина. Я много ходил в походы по Карелии в разных местах и точно могу сказать, что мы не равнина! Горы и ущелья у нас очень даже распространены. – Семен говорил жарко и с внутренним трепетом, отставим миску от себя подальше, а мы слушали. Слушали завороженно, потому что от него вдруг потянуло силой.

– Помню в школе мы ходили в поход и случайно свернули где-то не там. – Семен продолжил свой рассказ, но переключился на другую историю. – Маршрут был проверенный, а в конце нас ждало озеро, которое в народе называли восьмерка или бесконечность за его форму. Озеро в целом популярное, хотя до ближайшей деревни от него было десять километров по прямой. Там мы провели два дня, а потом двинулись таким же проверенным маршрутом назад, но как-то так случилось, что потерялись. А пока разбирались с картами, наш друг Алексей отошел в кустики и случайно обнаружил ущелье глубиной, наверное, метров двадцать и длинной метров сто пятьдесят – двести, не меньше, а на дне этого ущелья был маленький родник. Мы еще смеялись долго что Леша так решил извиниться и исправить свою оплошность. Он у нас отвечал за воду на обратном пути и когда снимали лагерь забыл ее набрать, а то, что осталось в рюкзаках было теплое и меньше двух литров на всех, что для тринадцати человек на поход в тридцать километров было чрезвычайно мало. Да и горы я в том походе видел. Конечно, они ни в какое сравнение не идут с Мурманскими сопками и горами Кавказа, но все-таки это были горки высотой метров тридцать – тридцать пять. Особенно это завораживает, когда идешь по густому лесу и болоту. Фактически по равнине, а потом бац и посреди леса такая горка. Словно рукотворная. Мы их называли прыщами по детской наивности.

Темнело быстро, хотя вроде как Семен и обещал белые ночи как Петербурге, но костер пока что успешно разгонял от нас тьму. Мы поужинали, не отходя далеко от костра, болтая и обсуждая, красоту природы, свои прошлые походы и последние пройденные пороги. Когда мы подошли к ним в районе шести часов вечера, то не сразу услышали звук падающей воды, по виду она падала с высоты двух метров, большое нагромождение камней и поток, ставший стремительным, но при этом сильно сузившимся словно горловина песочных часов. Страшно стало всем, как оказалось даже Семену, хотя он и говорил, что он бывалый и даже потомственный байдарочник. Поэтому плюнув на гордость мы спешились на берег и протащили мокрые байдарки на себе.

– Странно, я не помню этих порогов. Такое ощущение как будто мы двигаемся в обратную сторону к каскаду Рускеальских водопадов. – это прозвучало странно.

– Семен, ты же говорил, что знаешь маршрут… – спросил Влад, положив тарелку на землю и встав.

– Знаю, ну точнее, как…ребята рассказывали, но про пороги они ничего не говорили.

– Так, а с этого места поподробнее Сема, пожалуйста. – видно было что Влад сжал кулаки.

– Ну в общем. Я в детстве ходил по этому маршруту с родителями. Я вам уже говорил они у меня заядлые туристы и ну меня приобщили к этому с самого детства. Я даже, наверное, понимаю почему. Бабушек и дедушек у меня не было, а значит и оставить меня было не с кем. Отец об этом маршруте узнал от друга, а он от деда. Он на самом деле не такой популярный и известный. А потом мне друг с форума рассказал про него, и я вспомнил что в детстве проходил по нему. Это давно было, года два назад. Я как то разговаривал с отцом, но он не смог ничего вразумительного рассказать, наверное, в силу возраста и большого количества путешествий подзабыл. Вот я у друга и выведал карту маршрута, а потом создал тему на форуме, потому что было страшно в одного идти.

– То есть по факту мы сейчас двигаемся по неизвестному маршруту? – вклинилась Елизавета.

–Ну почему же, у меня же есть карта! И я в детстве по нему ходил.

– Да, только не помнишь ничего! – опять Влад.

– Ну карта то есть!

– Сема, в приличном обществе это называют обманом и бьют за такое морду! – поддержал беседу в любимой манере Виктор.

– Ребят, но карта!

– Давай-ка доставай и разворачивай свою карту и включай фонарик, будем смотреть куда ты нас ведешь. А то вдруг там по пути еще какие сюрпризы ожидаются? – Влад сам достал фонарик и сел на место, но пока что его не включал.

– Так она у меня это в телефоне, зачем фонарик?

– Сема ты дурак? А если сядет телефон? – Спросил Виктор.

– Так у меня пауэрбанк с собой на двадцать тысяч…

– Господи, Сема! Так погоди! В скольких ты походах уже был?

– Ну Вить, ну двадцать пять – тридцать, если считать походы с родителями в детстве.

– Так, а сколько ты сам водил?

– Ну, это первый…

– Оно и видно. Так, ребят нам не поздно назад развернутся?

– Зачем? – удивился Семен.

– Семен, таких порогов может быть еще уйма, а озеро, на которое ты нас ведешь может быть опасно для нашего типа байдарок, мы можем не вернуться назад, ты это понимаешь? Хрен с ним что ты погибнешь, но у тебя на совести еще будет восемь душ, устраивает такой ответ? – Вклинился Влад с серьезным лицом в их перепалку.

– Так нас обратно на точке будут ждать только через четыре дня, чтобы байдарки забрать…

– Ничего страшного, можно и четыре дня безопасно в лесу пожить. Река там рядом, рыба скорей всего есть. С голоду не помрем. Карту говорю доставай и показывай. Ребят у кого интернет или связь есть? – Влад достал телефон и посмотрел на монитор, потом на нас, все поочередно отрицательно мотали головой. – Надеюсь все остальные здесь опытные туристы и загрузили по крайней мере оффлайн карты?

– У меня бумажная есть по району – тут уже улыбнулся я.

– Отлично, хоть кто-то готовился!

Сгрудившись вокруг Семена, Влада и меня мы всей толпой изучали и обсуждали карту на экране мобильного и сверялись с картой бумажной.

– Откуда такая подробная топографическая карта нарисовалась? – спросил Влад у меня.

– Дружу с МЧС, частенько пригождается.

– Хорошая дружба, нужная.

Сгрудившись над картой и экраном телефона Семена, мы сверяли данные, пытаясь скорректировать маршрут на основе воспоминаний.

– Так, ага, вот здесь водопад и пороги были? Вроде, да. Странно ни на одной карте они не значатся. Что за чертовщина?

– Может недавно возникли?

– Семен, когда твой друг с форума тут был последний раз?

– В прошлом году.

– Ну тогда как скажи мне мог возникнуть этот порог? Наводнения за прошлый и этот год сильные были?

– Не знаю, вроде бы нет.

– Ну тогда и не мог. У кого-нибудь работает Глонасс или ДжиПиЭс? – Влад осмотрел присутствующих, все отрицательно помотали головой.

– Тогда смотрим от отправной точки по всем рекам и пытаемся определить на какой из них есть пороги.

Спустя двадцать минут подробного изучения карт стало понятно, что ни на одной из рек нет похожих порогов.

– Чертовщина какая-то. Так не бывает.

– Может забыли нанести?

– Возможно, но тогда и твои друзья с форума те еще… забыли рассказать. А на картах МЧС, которые насколько я знаю, делаются с вертолетов методом аэрофотосъемки они просто обязаны присутствовать, но их тоже нет.

– Порог не слишком сложный, могли просто не придать значения.

– Для кого как…

– Тоже, верно. Ладно, пока что остановимся на этой версии, потому что версия, что мы потерялись и двигаемся в неправильном направлении, мне не нравится. Будем мыслить позитивно.

– Мы двигаемся на восток.

– Что?

– На восток Влад, я смотрел по компасу. Озеро от точки старта на востоке.

– Ну хоть это радует, а еще то, что у тебя есть компас. Не все потеряно в тебе еще.

– На этом предлагаю считать конфликт исчерпанным, но если выйдем не туда или не к тому острову, то по возвращении предлагаю Семена утопить к чертовой матери. – Влад решил видимо через попытку пошутить смягчить конфликт на ночь глядя.

– А может… сразу? – снова вклинился Виктор.

– Почему, Вить?

– Влад, ну чего ты как маленький? Карта есть, мы опытные. Даже если заплутаем обратно сможем выйти. Да и к тому же еды же больше останется!

– А его рюкзак ты понесешь? – С хитрым прищуром спросил Влад. Смеялись все, даже Семен.

Палатка была общая и большая, рассчитанная на двенадцать персон, что было дико и непривычно для людей индивидуалистов, привыкших спать в одиночестве, или только с близкими людьми. Но экономя вес выбирать не приходилось, да и странно бы было если бы все спали в одной палатке, а ты исключительно из эстетических и эгоистичных соображений рядом в отдельной персональной палатке рядом с основным лагерем. При этом, конечно, можно было бы ссылаться на свои индивидуальные и личные особенности, под благовидным предлогом сохранения общего комфорта. Например, рассказать полу правдоподобную байку о том, как ты громко храпишь, или слишком активно ворочаешься во сне. Но общий походный дух был бы непоправимо нарушен. Ощущение как будто ты в коммунальной квартире. Хотя нет, даже не так. Да и откуда я мог знать о коммуналках? Тут, наверное, больше ребята из Питера были в курсе. Нет. Тут как раз как будто ты едешь в плацкарте и вокруг тебя восемь незнакомых людей. Один читает, твое храпят почти в унисон, кто-то за стенкой шуршит оберткой от шоколадки, кто-то разговаривает, а кто-то молчит. Не хватало только стука колес. Но этот звук с лихвой заменял тихий и размеренный шелест воды о берег. Влад с Елизаветой состегнули свои спальники вместе. У них даже спальники были одной фирмы, так что они легко сделали сдвоенный спальник. Если бы не форум и новые знакомые для одноразового похода, то можно было подумать, что они давно вместе. Иногда странно наблюдать такие метаморфозы особенно когда в замкнутом сообществе формируется пара из абсолютно разных людей, словно их притягивает друг к другу. Вспомнился глупый слоган из старой рекламы, которую в девяностые так часто крутили по ТВ: они такие разные, но все-таки они вместе. Глядя на них, возникало неудержимое желание развить с Анной ту симпатию, что образовалась, между нами, еще в поезде, но я понимал, что это больше утопия. Во-первых, я был в отношениях, пусть даже и планировал разорвать их по возвращении. Во-вторых, я знал, что такие отношения чаще всего временные, а я не стремился к походным романам. Ну и в-третьих, я знал, что в замкнутых сообществах люди стараются выбирать максимально симпатичного человека из имеющихся. Если же поместить выбранного человека в более широкое сообщество, то не факт, что вы повторите свой выбор. Данную симпатию нужно было развивать уже на большой земле, что скорей всего невозможно ввиду того, что сейчас я ее не форсировал. А это обычно ведет к естественной женской обиде. С этими мыслями я и уснул.