Ян Ирбес – Декорации к спектаклю. Дневник мертвеца. (страница 5)
- Да, представь, что я тебе вот это вот всё рассказала и ещё добавила подробностей, которые ты мне не рассказывала, но знаешь, потому что это твоя ситуация, а не моя.
-Кэт, я сейчас окончательно запутаюсь!
-Ну в общем! Просто представь, что все подробности — это про меня и вся ситуация на самом деле происходит со мной, а не с тобой. Что бы ты подумала, чтобы сказала?
-То есть завтра с детьми в аквапарк едешь ты?
- Кира! Ну не смешно! Я же серьёзно пытаюсь помочь!
- Ладно, прости! Так. Значит, это всё происходит с тобой. Ну, наверное, что муж твой ходит налево.
- Ну вот видишь!
- Нет, прости, стоп! Так не пойдёт. Я на эту ситуацию накладываю и тебя в том числе. Всю твою жизнь и всё, что ты уже пережила с Вадимами и Максами твоими. Прости, не получится, не могу я так.
- Ладно, проехали! Нет так нет. Но учти, я пыталась тебе помочь, и если он действительно тебе изменяет, потом не говори, что я тебе не говорила!
Одиннадцать тридцать, давно уже закончилась вторая бутылка вина, и мы выпили уже половину от третьей бутылки. В голове шумело, но не сильно – так, лёгкий и приятный бриз. Главное было — не вставать – и это правило мы прекрасно знали, не в первый раз на родео. Собственно, кухня у Кэт и была сердцем её обители. Не столько кухня, сколько гостиная – место для тотального расслабления. Мягкие бежевые и кофейные тона, удобные кресла оливкового цвета вокруг столика, поглощающие ваше тело вместе с тревогами дня. И каждое кресло было дополнено лёгким пледом, если вдруг вас захватит неодолимое желание забраться в него с ногами и укутаться, чтобы почувствовать себя в тепле и комфорте. Даже маленький встроенный винный шкафчик и тот был в доступности – достаточно было протянуть руку. Он же выполнял роль мини-тумбочки. Ну и, конечно, свечи, повсюду были бесконечные всевозможные свечи всех цветов и размеров. Ароматические, фигурные, интерьерные. И даже в канделябрах в стиле хай-тек, расставленных в творческом беспорядке, но очень органично вписывающихся в интерьер. Единственно, что мне всегда не нравилось это тяжёлые шторы в тон креслам. Не из-за цвета, нет. Просто я никогда не любила шторы, считая их рассадником пыли и бактерий. Нежное и слегка терпкое вино с ярким фруктовым послевкусием дополняло вечер и расслабляло разум и чувства.
- Кэт, а у тебя проблемы с памятью бывают?
- В каком смысле? После встреч с тобой? Иногда да. Наутро сухость во рту и провалы в памяти — мои постоянные спутники. Ну и с возрастом по утрам кряхтеть стала чаще.
- Да я не про то!
- Да? А про что ты?
- Ну так словно… ну я не знаю – словно смотришь на фотографию и не помнишь, где она сделана, и кто на ней вообще. Потом вроде как появляются проблески воспоминаний, но такие смутные, отдалённые. Словно там и не было каких-то памятных и приятных моментов. Просто фото, обычное фото момента, которое даже в памяти ничем памятным не стало. Ещё и думаешь-сомневаешься: зачем его сохранили? Может выкинуть или удалить?
- Дорогая моя, ну, мне кажется, ты ещё слишком молода для деменции, а амнезия на пустом месте не возникает обычно. Мы с тобой не так часто пьём, чтобы это как-то могло повлиять. В аварии не попадала? Новые лекарства не принимаешь? Каких-то потрясений в последнее время не было? – на каждое предположение я отрицательно мотала головой. – Ну тогда не знаю!
- Слушай, а ты откуда так много знаешь про вот эти вот все симптомы? Забросила бульварные романы и переключилась на медицинскую энциклопедию?
- Так я это, того… помнишь, я тебе рассказывала, что пошла к психологу на приём? В общем, спустя пять или шесть сеансов я переспала со своим психологом, а он оказался клиническим!
- Та-а-ак! Давай подробности!
- Ну а какие подробности? Мы повстречались-то с ним всего месяц, ну и разбежались. И в итоге у меня теперь ни психолога, ни мужика! Зато вот, как выясняется, остались кой-какие познания.
- Что, не выдержал давления твоего внутреннего и внешнего мира?
- Кира!
- Нет, ну а что? Что я не так сказала?
- Всё так. Просто ну не знаю, обидно как-то!
- Ты что обижаешься сама на себя, а на меня дуешься за то, что я тебе вслух выразила то, что ты и так без меня знаешь?!
- Ну…получается, что так! – мы обе рассмеялась так, что расплескали вино из бокалов по кухонному столу. Радовало, что диван кожаный и на одежду не попало, а стол можно быстро вытереть, не особо отвлекаясь от разговора.
- Знаешь, единственное, что я очень хорошо запомнила про эти все амнезии, а их там штук десять точно это синдром Корсакова.
- Ха! Есть у меня клиент Корсаков – вечно забывает даты консультаций и мучает ассистентку, уточняя иногда одно и то же по пять раз за день! «А сколько у нас консультаций на этой неделе? А во сколько у нас сегодня консультация? А точно ничего не изменилось?!» Так и что там?
- Ну, в общем, как ты понимаешь деталей я не запомнила, не до этого было, но это что-то связанное с недостатком витамина какого-то на фоне диеты или даже алкоголизма.
- Кэт, ну почему я не удивлена? Что же ещё ты могла запомнить кроме этого?!
- Так! Давай за этого твоего Корсакова, кем бы он там ни был! Мы стукнулись бокалами с приятным звоном и отпили вина.
- Так что там с твоей амнезией?
- Ты точно не будешь смеяться?
- Кира, ну ты же меня знаешь!
- Знаю, поэтому и спрашиваю.
- Не буду, клянусь! – руки подняты в жесте «сдаюсь». Хорошо, что в текущем состоянии она не перевернула бокал с остатками вина на себя.
- Ну, в общем, у меня словно провалы в памяти. Мы как будто жили разные жизни с Алексом. Например, он вспоминает о том, как мы с ним провели замечательное лето на Майорке и как там было здорово. Предлагает повторить это всё ещё раз, а я… я просто не помню этого. Нет, я прекрасно помню то лето, даже наверное в мельчайших деталях, но словно Алекс был с кем-то на Майорке, а я с детьми отдыхала на даче. А он… ну не знаю, вроде как в командировке был длительной тогда.
- Так может так и было, а он просто заврался сейчас? Перепутал тебя и любовницу? – она замолчала, наткнувшись на мой тяжёлый взгляд. – я поняла! Молчу! Но выглядит, точнее, звучит более убедительно, чем твоя амнезия.
- Это не всё. Точное в данном случае это было самым показательным моментом. Я предложила пойти и посмотреть вместе фото с того отпуска. Не придумала ничего лучше.
-Ну?
-Были. В том то и дело, что были мы на этой грёбаной Майорке. Вместе. Ещё и, как назло, даты проставлены на всех фото – не придерёшься. Практически стопроцентное мать его алиби.
-Кира, ты меня пугаешь. И что дальше?
-Да ничего, собственно. Просто это неединичный случай по всем признакам — это можно объединить в серию. Симптомы похожи: я теряю ключи, забываю какие-то моменты, ставлю машину не там, где обычно.
- В этом ничего необычного. Ну подумаешь! Замоталась на работе, просто забыла, устала в конце концов!
- Ты не поняла. Я ставлю машину, где обычно, а утром она припаркована в совершенно другом месте.
- Нет, это ерунда какая-то. Так не бывает! Может Алекс или даже дети над тобой решили пошутить?
- Зачем? У шутки должна быть закономерная концовка – итоговый результат, после которого все смеются, и понимают, что это была шутка. А тут, мне кажется, мои родные просто скоро станут смеяться надо мной. Я же как старая бабка, которая потеряла и ищет вчерашний день, ещё и на родных срывается, что переложили мои вещи куда-нибудь в другое место. Да и ладно бы это было один раз, так нет же!
- Диссоциативная амнезия! – Кэт резко выпрямилась в кресле и уставилась на меня.
- Что, прости?
- Я вспомнила, как это называется! Диссоциативная амнезия. Это когда ты помнишь все основные моменты и не теряешь приобретённые навыки, но при этом забываешь какие-то моменты и вещи из личной жизни.
- Вот теперь уже ты меня пугаешь, Кэт! Опять твой психолог?
- Да наверное. Просто всплыло из памяти. Как будто в кроссворде наткнулась на знакомое описание и вот теперь вспомнила загаданное слово.
- Так и что делать?
- Ну, во-первых, радоваться, что мы поставили тебе диагноз, и значит, стоит за это выпить ведь по сути, полдела сделано!
- Так хорошо. Ну выпили мы, а дальше что?
- А дальше, как я пойдёшь по врачам, пройдёшь диагностику, сдашь анализы и выпишут тебе какие-нибудь приятненькие таблеточки, а может, и не очень приятные. Тут уж прости я не врач. А пока будешь ходить по обследованиям, может где и подцепишь какого-нибудь симпатичного врача или даже нейрохирурга! Это же так романтично! Мужчина в халате с это фигней на шее! За рабочим столом, м-м-м-м – снова мой тяжёлый взгляд из-под бровей – Всё-всё! Поняла, умолкаю!
- Значит, думаешь, что это болезни и мне нужно идти в клинику?
- Ну а какие у тебя ещё варианты? Хочешь дождаться момента, когда будет уже окончательно поздно? Не вспомнишь детей или даже мужа? Или увидишь звонок от меня и подумаешь: чёрт, кто это мне тут названивает?!
-М-да, не хотелось бы.
Какое-то время мы в полном молчании продолжали наслаждаться вином, переваривая и обдумывая всё сказанное.
- Ладно, Кэт, согласна. Постараюсь в ближайшее время заняться этим вопросом, чтобы не забыть тебя.
- Вот и отлично! Не затягивай, а то я начинаю переживать за тебя.
Я тоже переживаю. Неспокойно как-то от всего этого. Места себе не нахожу. Знаешь, я даже для своего внутреннего мира нашла название – суд совести, ну или, например, внутренний суд. Только у меня всегда получалась быть только обвиняемым. Словно ты накосячила в жизни так, что адвокат тебе просто не положен. И вот прокурор вместе с судьёй прямо отчитывают тебя. За всё. За все прегрешения, за лишнюю булочку или мороженое, за то, что в воскресенье спала до обеда или что плюнула и не стала заниматься домашними делами в субботу, посвятив её всю здоровому эгоизму и себе любимой. Но со временем я поняла, что не вывожу такие заседания без своего личного адвоката. И стала сама своим адвокатом, отстаивая в каждом заседание свои права.