Ян Бек – Парк прошлого (страница 19)

Глава Скотленд-Ярда молчал.

— Итак, сэр? — Хадсона, как обычно, взбесило, что никто здесь никуда не торопился, как будто операция развивалась в другом, замедленном времени… Да так оно, собственно, и было.

— Итак? — повторил Лестрейд, не желая обнаружить в голосе ни нарастающее волнение, ни внезапный холодок и ужас в сердце. — Мне кажется, вы правы в своих предположениях. Вы правильно сделали, что немедленно привезли фотографии мне. Эти снимки все меняют. Наверняка мальчик объявлен в розыск, повсюду развешаны плакаты с его изображением. Если мы сумеем его отыскать, ему же только лучше. А если местные его поймают первыми, то мы его вытащим и поможем. Он конечно же не убийца. Все понятно, виноваты эти вот подонки, что толкутся рядом с ним. Я намереваюсь разделаться с этими оборванцами раз и навсегда, как только представится случай. Мне понадобятся помощники, такие, которым я смогу полностью доверять. Мне нужно, чтоб они работали под прикрытием, прямо здесь, в «Прошлом», начиная сегодня же. Все это слишком серьезно. Нужен тот, кто сойдет за местного, кто выглядит под стать этому городу. — Он улыбнулся Хадсону. — Вас я, Хадсон, на сей раз избавлю, радуйтесь.

Хадсон чуть слышно вздохнул с облегчением.

— Вы улетите обратно следующим же рейсом; если поторопитесь в порт, как раз минут через двадцать дирижабль отправляется. Будете связываться с Хватполом по почте, а если понадобится — займетесь расследованием.

После того как Хадсон удалился, инспектор заговорил:

— Итак, сержант Хватпол, я даже не в силах выразить, насколько секретным только что сделалось это дело. Я тут был с самого основания «Парка», можно даже сказать, присутствовал при его зачатии. Абель Баксоленд — мой личный друг, так же как и наш несчастный похищенный, Люций Браун. Абель придумал, как сохранить всю пикантность старого Лондона. И ему это удалось, быть может, даже слишком хорошо. Только посмотрите вокруг! Тут живут миллионы, есть среди них и богатые, но в основном бедняки. Прошлое превратилось в новый мир, это место не только дарит возможности новому классу предпринимателей, но еще и позволяет возвращаться старинным призракам, вроде нашего приятеля Фантома.

— Он как будто сверхъестественное существо! — подхватил Хватпол.

— Может, так оно и есть. — Главный инспектор улыбнулся. — Как ни странно, он не просто обыкновенный преступник. После первых своих таинственных исчезновений и дерзких преступлений Фантом занял особое место в мифологии «Прошлого». Но и у него есть ахиллесова пята. Мне о нем известно больше, чем можно рассказать вам сейчас. Он испытывает сильное влечение к некой юной девушке, ощущает с ней тесную связь, которая была разрушена когда-то в прошлом. Фантом ищет эту девушку, желает ее получить превыше всего и не остановится ни перед чем, чтобы ее найти. История девушки — это совсем другое досье. Вот этот убитый — ее опекун, еще один важный и давний сотрудник корпорации «Баксоленд». Теперь его тело, скорее всего, запрятано где-то на маршруте нелегальной экскурсии на убийство, поскольку на месте преступления его не бросили. Вам необходимо найти труп и установить его личность. А девушка… Со времени ее исчезновения Корпорация превыше всего и всегда, на самом высоком уровне, желала ее безопасного возвращения. Мы обязаны найти ее прежде Фантома. Теперь же к этому списку разыскиваемых мне следует добавить мистера Люция Брауна и его сына, Калеба; они в нашем деле будут играть ключевую роль. Ничто не должно помешать нам их отыскать. Насколько мне известно, к Фантому следует подступать с величайшими предосторожностями.

Лестрейд подошел к тяжелому железному сейфу, прикрученному к полу внутри гардеробного шкафа в его кабинете. Глава Скотленд-Ярда набрал комбинацию, распахнул тяжелую дверцу и вытащил какую-то папку и несколько конвертов. Один конверт засунул в папку и принес к столу.

— Прочитаете досье, тут полная информация, строго не для посторонних, понятно? Читайте между строк, потом отправляйтесь на поиски Люция с сыном. — Главный инспектор пожал Хватполу руку на прощание. — Дело важное, не подведите меня, сержант Хватпол!

После того как Хватпол, прихватив досье, отправился к себе на съемную квартиру, Лестрейд приготовился к еще одной встрече, сильно не похожей на предыдущую, — к ночному, более сложному и требовательному свиданию.

ГЛАВА 21

Псалтырь толкнул тяжелые двери «Лайонс» (панели с вытравленным по стеклу рисунком задребезжали) и вместе с Калебом оказался в мире тепла и сытных запахов: жареного бекона, сосисок, картошки, бараньих отбивных, пива, черного кофе и влажных шерстяных пальто. На новоприбывших обрушился целый шквал звуков: жир скворчит, тарелки звенят; гости, разнаряженные по случаю Хэллоуина, заказывают громко, разговаривают оживленно; оглушительно хохочут Зеваки и местные обитатели «Парка». Туда-сюда порхают проворные официантки в черных униформах с белыми чепцами и фартучками.

Едва Псалтырь и Калеб прошли вдоль вешалок из гнутого дерева, как путь им преградила официантка.

— Сюда нельзя, уходите!

Она осмотрела обоих мальчишек с ног до головы. Псалтырь тут же возразил:

— Все нормально, я вот с этим юным джентльменом. Он меня угощает, вы же видите, он — почтенный Зритель, это карнавальный костюм. Посмотрите-посмотрите, так и есть!

Официантка взглянула на Псалтыря в обносках, недоверчиво покачала головой и перевела взгляд на бледного и испуганного юношу с копной темных волос и ярко-синими глазами. Женщина оценила нарядное пальто и добротную обувь. Вдобавок Псалтырь показал ей несколько серебряных монет, и официантка неохотно отступила в сторону, но тут же возмутилась, едва гости попытались пройти мимо нее:

— Что за манеры, юноша! Головные уборы в помещении долой!

Она сорвала кепку с головы Псалтыря и с отвращением сунула ему в руки, словно какого-то дохлого зверька. Воришка добродушно улыбнулся, послушно вцепился в кепку обеими руками и пошел к столику у окна. Здесь он галантно отодвинул стул для своего бледного спутника, кивком пригласил того садиться, а сам с ухмылкой пробурчал:

— Корова старая.

Затем Псалтырь и сам уселся, вытянул ноги, покопался в карманах пальто и откуда-то из бездонных глубин вытащил недавно купленную сигару. Раскурил, выдохнул облачко душного, пряного дыма и чуть не поперхнулся. Откашлялся, осклабился и подмигнул Калебу.

— К роскоши не приучен!

Тот лишь молча смотрел на него. Лицо у Калеба было самое обыкновенное; ничего запоминающегося, если бы не глаза — сине-зеленые, как море. Совсем как… Как у кого? Но главное, что теперь, оказавшись в нежданном и суматошном тепле ресторана, этот растерянный мальчик выглядел так, как будто остро нуждался в помощи. А еще — как человек, с которым Псалтырь мог бы сдружиться.

Надо будет поскорее отвести его к мистеру Лейтону.

— Я с самого рассвета на ногах, вынюхивал тут кое-что, — сообщил Псалтырь. — Точнее, пытался вынюхивать для босса. — Он предпринял еще одну торжественную попытку выдохнуть облако дыма. — Практически не ел с утра… Да и ты, судя по всему, тоже.

К столу подошла молоденькая официантка, достала блокнот из кармашка фартука, вынула из-за уха огрызок карандаша и приготовилась записывать заказ.

— Что ж, мисс… — учтиво начал Псалтырь, наслаждаясь моментом и своей сигарой. — Я хотел бы заказать два специальных хэллоуинских предложения, двойную порцию мясной нарезки, одну большущую свиную отбивную, жареный бекон, колбаски, картофельное пюре с тыквой, грибочки покрупнее да получше, добавьте жареной картошки… две порции, и посолите хорошенько, и накладывайте доверху, пожалуйста, ведь я вам тут не Зевака, а местный!

Псалтырь довольно осклабился, а девушка подробно записала весь заказ в блокнот и с улыбкой повернулась к бледному молодому человеку.

— А! — вспомнил Псалтырь. — И еще большую кружку портера, да и ему тащите заодно!

— Благодарю вас. — Официантка кивнула Калебу и ушла, а тот смотрел как будто в пустоту.

— Знаешь, что? Я мог бы приударить за такой подавальщицей, только сейчас не стал. Кажется, ты ей нравишься. Может, тебе чего-нибудь и обломится, парень.

Карманник подождал реакции, но безуспешно.

Тогда Псалтырь снял свою кепку со спинки стула и принялся лениво крутить на пальце. В конце концов ему удалось выпустить изо рта дрожащее колечко дыма, которое повисло в воздухе над столом и постепенно растягивалось, пока совсем не развеялось в воздухе. Калеб молча наблюдал. Псалтырь улыбнулся и повесил кепку обратно на стул.

— Ладно, — объявил он. — Быка за рога, начнем сначала. Скажи хоть, как тебя зовут, приятель?

— Калеб… Калеб Браун.

— Все понятно, — отозвался Псалтырь. — Родился после финансового краха, родители до смерти перепуганы, назад к истокам, все в религию, новые пуритане… видишь, я все про это знаю, не зря же меня самого так зовут.

Калеб кивнул, не вслушиваясь в слова Псалтыря. Официантка принесла две пенящиеся кружки пива. Карманник пододвинул одну кружку по белой скатерти на противоположный конец стола.

— Пить хочешь? — спросил он.

Калеб взял кружку обеими руками. Ледяное стекло обожгло вдруг пальцы колючим холодом.

— Раз уж мы об именах, — продолжил его новый знакомец, — меня зовут Псалтырь, а также Иафет-щипач. — Он опустил кружку на стол и жестом изобразил, как вытягивает что-то из кармана, а сам машинально озирался по сторонам, как бы кто не заметил его пантомимы. — Ага, Псалтырь — это я, и я в своем деле лучший, — тихо заявил он. — Меня тут многие знают. Тебе уже свезло, что попросил меня о помощи, да и мясом накормишь, приятель. Я ж в этом городе — как дома и весь к твоим услугам. Я хорошего не забываю!