Ян Бадевский – Шторм в сердце империи (страница 39)

Знаю-знаю.

Бродяга получше любого автоответчика.

Я просто сегодня наслаждаюсь солнечным днём и прекрасной погодой. Не хочу заниматься серьёзными делами. И уж тем более выслушивать всю эту ересь от персональных управляющих. Второго шанса от меня хрен дождёшься.

— Что с ценными бумагами?

— Всё доступно, — Джан улеглась на соседний шезлонг. — А ты почему на звонки не отвечаешь?

— В топку, — я зевнул. — Надо хоть иногда брать пример с местных. За всеми этими делами… жизнь пролетает незаметно.

— Ты говоришь, как старик, — нахмурилась Джан. — У нас всё ещё впереди. Род нужно укреплять.

— Ага-ага, — я зевнул и отложил газету на журнальный столик. — И чем я по-твоему занимался этой ночью? Укреплял и ещё раз укреплял!

Джан посмотрела на меня с подозрением.

— Ты хоть в Магдебурге никого не убил?

— Что ты! — искренне возмутился я. — Разве что убил веру одного типа в своё финансовое могущество и безнаказанность. Он настолько проникся моими идеями, что дал заднюю. Так что выводи к хренам все наши бабки из «Транскапитала» — мы больше с ними не работаем.

— Правильно, — согласилась Джан. — А что с ценными бумагами? Акциями, облигациями?

— Придётся забирать лично, — вздохнул я. — Знаешь, мне кажется, часть этого добра, голубые фишки, например, надо хранить у нас. До сейфов Бродяги враги точно не дотянутся. Остальное перенаправим нашим брокерам в Гонконг.

— Я бы распределила, — внесла предложение Джан. — Николай Филиппович подыскал ещё одного интересного брокера, на Мальте. Давай диверсифицировать.

— Давай, — не раздумывая, согласился я.

— Вот и отлично! — обрадовалась девушка. — Сгоняем сегодня в банк?

Повеяло подвохом.

Так-то оно понятно — двадцатый век на дворе. Все ценные бумаги хранятся в виде бумажных сертификатов чуть ли не под подушкой. Ладно, шучу. Богатенькие аристо понаделали сейфов с кодовыми замками, каббалистическими вставками и прочими магическими прибамбасами. Кое-кто доверяет банкам и брокерским конторам. А я вот не доверяю никому после истории с Ганзой.

— Только в банк? — решил я уточнить на всякий пожарный.

— Не совсем, — уклончиво ответила девушка. — Надо будет ещё в одно место заскочить. Или в два.

— Может, в три?

— Серёженька, — мягко проворковала морфистка, коснувшись моей руки. — Ты ведь сказал, что надо отдыхать и проникаться южным духом.

— Не совсем так…

— Но смысл я уловила верно?

— Вернее не бывает, — обречённо вздохнул я.

— Вот и чудесно! — засияла турчанка. — Собирайся, мы едем тратить наши деньги!

Как вы уже догадались, в усадьбу я вернулся ближе к вечеру.

Мы предусмотрительно поехали на «Танке» — я подозревал, что все покупки в багажник «Ирбиса» не влезут. И правильно подозревал — сбылись мои худшие опасения. На обратном пути свёртками и пакетами был забит не только багажник, но и часть заднего сиденья, из-за чего Федя был зажат со всех сторон. Первым делом мы, естественно, забрали ценные бумаги, упаковали в кейс с наборным барабанчиком и хитрой каббалистикой, а уж затем вздохнули с облегчением. Кейс был увесистым. Руководство банка страдало, пыталось нас уговорить остаться, предлагало новые персональные условия и всевозможные ништяки, но мы проявили твёрдость. Банк, который по просьбе твоего врага, может всё у тебя забрать, не заслуживает доверия. И точка.

Покинув владения Ганзы, мы предсказуемо отправились в экспедицию по торговым рядам. Забрали в ювелирной лавке какое-то дико дорогущее колье, потом ещё были платья, костюм-тройка Феди, на который толстяк взирал с немым ужасом, сшитая на заказ сумочка… А ещё мы посетили дельфинарий — Федя давно просил. После дельфинария отправились в ресторан корейской кухни, там неплохо перекусили и, уставшие, но в целом довольные, отправились домой. Федя сжимал в руках новёхонького робота с каббалистической батареей, продававшегося в отделе для одарённых. Робот, естественно, был знаменит — персонаж очередного кинобоевика, снятого во Франции. Из-за отсутствия Голливуда, Франция и Италия доминировали в сфере кинематографа, и достойную конкуренцию им могла составить только Россия.

С роботами здесь прикол.

Фантасты додумались до концепции мыслящих механизмов, но почему-то все эти ребята смахивали на големов. Никакого огнестрела, как вы понимаете. Все герои боевиков пользовались исключительно холодным оружием, а их мыслительные контуры «создавались» на артефактных заводах. Оно и понятно — попробуй расскажи народу про кибернетику… Вмиг окажешься в застенках Супремы.

По возвращении распределили своё имущество по сейфам.

Я уж совсем было решил закончить день на чиле, но тут выяснилось, что в имение приехал гость. А пропустили этого товарища, поскольку он был родственником одного из моих эсбэшников.

В общем, объявился Мамука Чемир.

И Ахмет, свободный от дежурства, попросил о встрече.

Я бы, наверное, принял старика у себя, но Ахмет сообщил, что они с батей ждут меня на набережной, в недавно открывшемся рестике. Вы же помните, что я задумался о туризме? Так вот, несколько гостевых домов уже принимали постояльцев, а ресторан их кормил, и очень неплохо по местным меркам. Управляющий, которого я назначил, головой отвечал за свежесть продуктов и качество приготовления.

Меня позвали на шашлыки.

Более того, Ахмет с гордостью заявил, что угощает.

— Сегодня без перчаток? — с хитринкой посмотрел на меня старый ясновидец. — Не боишься, что проникну в твои секретики?

— Не боюсь, — я придвинул к себе тарелку с мясом и соусницу с ткемали, куда заботливый повар нарубил свежую кинзу. — Во-первых, не думаю, что тебя остановят перчатки. Во-вторых, если ты проболтаешься о чем-нибудь моим врагам, сразу умрёшь.

Лицо Ахмета напряглось.

— Шутка! — я взял первый кусок, обмакнул в ткемали и начал есть. Вкуснотища. Прожевал и выдал: — Я вам обоим доверяю. И есть у меня мыслишка, что без разрешения ты, Мамука, в моё прошлое не полезешь.

— Не полезу, — признал старик. — Есть и у нас, ясновидцев, свой кодекс чести.

— Здорово, что приехал, — я искренне наслаждался вечером.

Мы сидели на открытой террасе, под тентом в бело-синюю полоску. Ветер трепал края тента, доносил умопомрачительные запахи от мангала. Кроме нас тут собралось ещё несколько человек — они были заняты собой, смеялись, пили вино, обсуждали завтрашнюю поездку к водопадам. Теперь, когда я разделался со своими врагами в РИ, можно было принимать туристов и особо не заморачиваться боевыми действиями. Внутри страны мне пока ничего не грозило. Наверное.

— Брат, я у тебя в неоплатном долгу, — тихо произнёс Мамука. — Сын у меня один, но балбес. А ты его вытащил из серьёзной переделки.

— Но-но, — я погрозил старику пальцем. — Ты мне ничего не должен. Сам знаешь, однажды меня здорово выручил. Теперь в расчёте.

— У отца есть небольшая просьба, — Ахмет бросил на Мамуку выразительный взгляд. — Если ты не против, конечно.

Над озером сгущались сумерки.

По периметру террасы вспыхнули гирлянды маленьких лампочек.

— Я слушаю.

— Знаешь, Серго, раньше я тебе говорил, что не готов связываться с аристо, — начал издалека ясновидец. — У меня были свои принципы, но они ни к чему хорошему не привели. Если не можешь защитить собственного сына… время пересматривать старые заморочки.

— Хоть убей, не пойму, к чему ты клонишь, — я потянулся за следующим куском шашлыка.

— Стар я мотаться по свету, — развил свою мысль ясновидец. — Хочу пожить с сыном. Внуков хочу увидеть. Большую семью. А жить в пустом доме, в который редко кто заглядывает…

— Приезжай и заселяйся, — просто ответил я. — Подберу вам что-нибудь.

— Серьёзно? — обрадовался Ахмет.

— Конечно, — я закинул в рот почерневшую помидорку, обжаренную на гриле. — Вы же семья. Живите, сколько хотите.

— Спасибо, брат, — проникновенно ответил Мамука. — И вот ещё что. Раз уж тебе нужны хорошие ясновидцы, я готов присягнуть на верность твоему Роду. Буду служить, пока жив. Ты этого стоишь.

Я замер с поднесённым ко рту мясом.

Прямо на моих глазах происходило нечто невероятное.

— Соглашайся, пока он не передумал, — шепнул Ахмет.

Расплывшись в широкой улыбке, я положил мясо на тарелку, вытер пальцы салфеткой и протянул ладонь старому ясновидцу.

— Ты принят, Чемир. Без вариантов.

Глава 24

Дождь, по своему обыкновению, заливал Фазис, когда я вернулся из Екатеринбурга. Нужно было проинспектировать строящийся завод, заглянуть в гости к Мещерскому и перекинуться парой слов с Антоном Плотниковым, который лично руководил строительством.