Ян Бадевский – Серп и меч на краю империи (страница 9)

Я пояснил:

— Правдивость твоих слов нужно проверить. На это уйдёт некоторое время. Если всё верно, и Раевские мне угрожают, я установлю за ними слежку. Постараюсь вычислить их дальнейшие ходы. Но, как ты сам понимаешь, я меньше всего хочу воевать с клановым аристократом. Возможно, тебя устроил бы расклад, при котором я убиваю Раевского, а Дом Медведя расправляется со мной и моими людьми. Ты стоишь в стороне и пожинаешь плоды. Но я склонен проявить осторожность в этом вопросе.

Прозвучало неприятно.

Я дал понять Апраксину, что не доверяю ему, хотя мы являемся номинальными родственниками. Продемонстрировал, что не собираюсь быть пешкой в чужой игре. Показал, что буду вести собственную политику.

— Что ж, — в голосе аристократа прозвучал холодок. — Не смею больше задерживать.

Мы пожали друг другу руки.

Оба при этом были в перчатках.

Выбравшись из полутёмного салона внедорожника, я почувствовал себя лучше. Никто не пытался прощупывать меня на ментальном уровне, но Апраксин производил впечатление непростого собеседника. Как говорится, с двойным дном. Я до сих пор не уверен, что истинная цель нашей встречи была озвучена честно.

«Урсус» уехал практически сразу.

Вот только до ворот «Господства» я дойти не успел.

Рядом из пустоты возник прыгун с незапоминающимся скучным лицом.

— Барон Иванов?

Я посмотрел на нового персонажа, морально настраиваясь на что угодно.

— Он самый. Что вам угодно?

— Послание для вас.

Курьер протянул очередной запечатанный конверт.

Я неохотно взял серый прямоугольник.

Словно мне всучили гремучую змею.

— Хорошего дня, — курьер молниеносно испарился.

— Да вы шутите! — вырвалось у меня после прочтения надписи на конверте. — Серьёзно?

Послание было отправлено герцогом Венедиктом Раевским.

Глава 6

Покидая «Господство», я задержался на крыльце, чтобы перекинуться парой слов с Новосильцевым. «Ирбис» уже подали, Джан сидела внутри и терпеливо дожидалась меня. Её подружки разъехались вместе со своими отцами, в сопровождении телохранителей.

— Я надеюсь, это не ваших рук дело, — произнёс я с добродушной улыбкой на лице. — Такой ход был бы… весьма опрометчивым для вашего Рода.

Новосильцев побледнел.

И процедил сквозь зубы:

— Договорённости соблюдаются.

— Что не может не радовать, — невинно улыбаюсь в ответ. — Да вы не переживайте. Я так, для профилактики предупредил. Во избежание.

Провожаемый неприязненным взглядом Новосильцева, я спустился с крыльца, забрал у лакея ключи от машины и сел за руль.

— Как там насчёт вояжа по магазинам? — промурлыкала Джан.

— Я не против, мне надо прикупить новый костюм и рубашку. Но примерно через два часа оставлю тебя и заскочу в одно интересное место.

— Ты серьёзно? — возмутилась девушка. — А мне что, на такси в гостиницу добираться?

— Я тебя заберу.

— И куда тебе так приспичило?

— Со мной хочет поговорить будущий враг.

В двух словах я изложил Джан историю со своим отцом, упомянул курьера и послание от Раевского. Джан внимательно слушала, её лицо мрачнело.

— Знаешь, Сергей, у тебя неоспоримый талант.

— Ты про мою харизму и обаяние?

— Я про способность наживать врагов на ровном месте.

Рассмеявшись, я вывел «Ирбис» за ворота дворянского клуба. По улице уже успела проехаться снегоуборочная машина — вдоль тротуаров были навалены бело-коричневые холмы.

— Вдруг он мне хочет отписать свою усадьбу. Или предложить сотрудничество, которое сделает Ивановых сказочно богатыми.

— Сам в это веришь?

— Нет.

— И я о том.

Несколько минут мы ехали молча.

Я направлялся к центру города, где были сосредоточены самые дорогие пассажи и представительства известных модных ателье. Там же, в одном из ресторанов, мне назначил встречу Венедикт Раевский.

— Мне не нравится интерес к нашему Роду со стороны Медведей, — честно призналась морфистка.

— Не только они нами интересуются.

— А кто ещё?

— Да толпа народу, — я притормозил на перекрёстке, честно повинуясь светофору. — Все эти ушлёпки из бывших Десяти Родов. Джонс. Разные личности из Союза. Чем сильнее и богаче мы становимся, тем сложнее будет отстаивать свои интересы.

Свернув на Тургеневский проспект, я встроился в длинную цепочку машин. Не пробка, но близко к тому. Через несколько сот метров пришлось свернуть на полосу для аристо, въезд на которую отслеживала хитрая каббалистика. Насколько я понял, камера фиксирует номер, и если он соответствует стандарту, пропускает машину. Если не соответствует — из дорожного полотна выдвигаются шипы.

Элитная трасса начала подниматься под углом вверх, и вскоре мы выехали на эстакаду, протянувшуюся среди высоток.

— Думала, у них есть исторический центр, — сказала Джан.

— Есть, — подтвердил я, вспоминая мыслекарту. — Но там узкие улочки и вечно всё забито припаркованными машинами. Клановый квартал отсутствует. Никаких консисторий.

— Могли бы и пешеходную зону сделать.

— Есть несколько закрытых улиц. Типа туристических.

Да, я хорошо подготовился.

Всегда изучаю города, прежде чем в них отправиться. Старая и очень полезная привычка.

— О чём ты будешь разговаривать с Раевским? — вдруг спросила Джан.

— Известно о чём, — ехать по идеальному «аристократическому» покрытию было сплошным удовольствием. Ни одной ямки, снега нет, сцепление прекрасное. Других тачек кот наплакал, и я разогнался по полной. Ах да, здесь нет и ограничений по скорости. — Как я преподнесу этому хмырю наши службы доставки вместе со всеми наработками. Что мне за это будет, и чего не будет.

— Разве тебя интересуют подобные разговоры?

— Ещё как.

Во-первых, врага нужно знать в лицо. Я хочу понаблюдать за герцогом, изучить его манеру общения и ход мыслей. Во-вторых, угрозы и предложения частично приоткрывают элементы стратегии противника. В-третьих, почему бы и нет? Любым войнам всегда предшествует дипломатия. Опять же, стоит проверить истинность слов недавно объявившегося папочки. Больше данных — качественнее анализ.

Минут через пятнадцать мы добрались до нужного района, который на всех картах фигурировал под названием Геннинский. С эстакады я давно съехал, влившись в обычное уличное движение. Новостройки постепенно сменились административными зданиями, представительствами торговых гильдий, банками и выставочными центрами. Затем пошли рестораны, торговые ряды и дорогие пассажи. Улицы сузились, скорость пришлось ограничить до сорока. Вскоре мы подкатили к Пассажу Солодовникова, который представлял собой часть обширной сети и принадлежал влиятельному московскому Роду.

Архитектуру торговых пассажей РИ даже близко нельзя сравнивать с советским модернизмом. Это вам не универмаги, а центры притяжения для аристо, купцов многочисленных торговых гильдий, промышленников и прочих «непростых» людей. Здесь роскошь в каждом сантиметре фасада, парковки платные, есть подземные уровни. Шикарные витрины, огромные вывески и логотипы известных брендов. Почти что ТЦ из моего прежнего мира, но гораздо пафоснее. Здесь вы не увидите низких цен, дешёвых продуктовых магазинов, народных забегаловок с фаст-фудом и кофе в бумажных стаканчиках. Всё чинно, благородно, изысканно.