Ян Бадевский – Серп и меч на краю империи (страница 45)

Демон назначил заместителя из числа приближённых к себе воинов и прибыл на совещание минут за десять до начала. По моему приглашению также пришли мастер Багус и Хасан. Из наших союзников прибыли все — виконт Невмержицкий, баронесса Ветберг, Евгений Базаров и Рустем Закарян.

— Что ж, господа, — я положил на стол, у которого мы собрались, извещение об объявлении войны. Бумагу мне с поклоном передал Багус. — Вот он, казус белли. По сути, напали на меня, а вам пришлось вступиться, за что премного благодарен. Сейчас речь пойдёт не о трофеях, поскольку войну мы ещё не выиграли. Речь о том, что делать дальше. Прошу высказываться, но кратко.

— Нападение на любой из союзных Родов равноценно нападению на весь союз, — пожал плечами Базаров. — Что тут говорить? Продолжаем войну. Надо организовать десант к имениям наших врагов.

— Правильно, — поддержал Невмержицкий. — Они не смогут отбить каждую усадьбу. Нам даже извещать их не нужно, чтобы атаковать.

— Вы ребята молодые, горячие, — покачал головой Закарян. — И совсем забываете, что такой рейд — палка о двух концах. Мы ослабим собственную оборону. А у нас при этом нет никаких гарантий, что в окрестностях не собираются новые вражеские отряды.

— Да откуда у них столько людей? — вспылил Базаров. — Я понимаю, девять фамилий. В том числе, графские. Но это же не клан, право слово!

— У них есть внешнее финансирование, — сказал я. — Так что они могут пригонять толпы наёмников.

Аристократы начали переглядываться.

Им не нравился такой расклад.

— Господин Закарян мудрые вещи говорит, — Хасан подкатился в своей коляске к нашему столу. — И к нему стоит прислушаться. Пока мы там крушим чужие усадьбы, можем лишиться своих.

Все посмотрели на меня.

— Господа, — я обвёл взглядом присутствующих. — Проявим благоразумие. Война объявлена мне, и я буду глубоко неправ, если потащу все наши силы за пределы Красной Поляны, чтобы завершить это безумие. Предлагаю разделиться. Я решу проблему своими методами, а ваша задача — обеспечить нашим владениям надлежащий уровень безопасности.

— Достойные слова, — одобрила баронесса. — Но что, если вы не справитесь?

— Я справлюсь. В этом можете не сомневаться.

Мы быстро распределили обязанности, и я отпустил всех, кроме Демона и мастера Багуса.

— Итак, — я отпил немного кофе из колпачка. Термос стоял рядом. — Всё это очень некстати, но надо бы дожать уродов.

— Мои гвардейцы выдвинутся в любой момент, — заверил Демон.

— Как вариант, — предложил мастер Багус, — перебросим в Россию убийц из клана Панджаитан. В течение ближайшего месяца наши враги начнут умирать по одному.

— Месяц — это слишком много, — покачал я головой. — Поступим иначе. Я наберу лучших диверсантов и пару-тройку одарённых стихийников. После чего мы сгоняем на Бродяге в гости… к разным людям. Мусаев тоже отправится с нами.

— Само собой, — хмыкнул Демон.

— Работать придётся быстро, — продолжил я, — чтобы сохранить эффект неожиданности.

— У них есть телепаты, — заметил Багус. — О поражении уже известно.

— Но это не поможет им быстро перебросить нужные силы к той или иной усадьбе, — я плотоядно усмехнулся. — Сейчас против них играет большой разброс. Кто-то сидит в центральных губерниях, кто-то на Урале, а кто-то и на западе, в Турове. Даже на цеппелинах такие расстояния за два часа не покрываются. На кого бы я ни напал, подмогу прислать не успеют.

— Логично, — согласился Лютый.

— У нас есть пленные, — напомнил Багус. — Мы можем получить от них больше информации.

— Времени слишком мало, — я покачал головой. — Чем быстрее я атакую, тем выше шансы на победу.

— А что с пленными аристо? — уточнил Демон.

Я задумался на несколько секунд.

План у меня был, но готов ли я заниматься этим прямо сейчас? Ответ — готов. Потому что некоторые фигуры можно вывести из партии, просто пообщавшись с ними. И оказав давление в нужном месте.

Дав Паше список тех, кто мне нужен для намечающегося рейда, отправляюсь к узникам.

Ну, все мы помним про молодого орла, который сидит в сырой темнице. За решёткой, ага. Люди, с которыми я хотел побеседовать, на орлов никак не тянули. А те помещения, что у меня имелись, не тянули на роль темницы. Ну, или какого-нибудь захудалого Азкабана, хе-хе. Кого-то загнали в ангар и приковали к трубам наручниками, кого-то запихнули в подвал, где положено стоять закаткам. Троицу аристократов, возглавлявших нападение, запихнули в один из гаражей, где стояли наши бронированные внедорожники. Тачку пришлось временно оттуда выкатить, а этих упырей приковать к верстакам или забросить в смотровую канаву. Приятного мало, но сами заслужили. И, конечно же, Матвеич любезно предоставил мне браслеты, блокирующие проявления сверхспособностей.

— Привет, мужики!

Гараж охраняли двое мехов из моей гвардии, причём в одном из пилотов, сделав фонарь прозрачным, я узнал Игоря Гриднева. Хорошо. Значит, Демон понимает важность тех, кого мы держим под стражей. Ещё несколько человек сидели у костра, разведённого в какой-то жестяной бочке, грелись и пили кофе. Надо бы их отпустить домой, но сейчас я не могу себе позволить такую роскошь.

В предрассветных сумерках было очень холодно.

— Здравия желаем, ваше благородие! — поспешили выпрямиться и встать по стойке «смирно» бойцы.

Пилоты мехов вытянули руки по швам, что выглядело устрашающе и комично одновременно.

Я кивнул.

Дескать, все свои.

— Что, сидят эти упыри?

— Сидят, вашбродие, — ответил мужик, в котором я безошибочно определил мету второго ранга.

— Проблем не создают?

— Никак нет, — ответил всё тот же боец.

— Добро, — я приблизился к гаражным воротам.

Один из бойцов нажал кнопку на пульте, и створка отъехала в сторону. Этот же солдат щёлкнул выключателем, заливая гараж ярко-жёлтым светом.

Я шагнул внутрь вместе с порывом ледяного ветра.

— Как ваше ничего? — створка за моей спиной вернулась на прежнее место с тихим жужжанием. — Апартаменты не очень комфортные, но уж не обессудьте, господа. Вы забыли о предварительном бронировании.

— Очень смешно, — проворчал барон Чернявский. — Вы нарушаете все конвенции, барон.

— Правда? — я отыскал в углу колченогую табуретку, придвинул её к яме, сел и начал пристально разглядывать своих собеседников. Все они выглядели побитыми, но не сломленными. Иначе и быть не могло, ведь ко мне явились не ссыкуны, а профессиональные воины. — Я это переживу. А вот переживёте ли вы сегодняшний день, зависит от вашего поведения.

Чернявский сидел в канаве и вынужден был смотреть на меня снизу вверх. Аммосов и Хрулевич-младший жались к верстакам. Причём, их развели в разные стороны, чтобы исключить возможность помощи друг другу.

— О ваших выходках непременно узнают, — Чернявский продолжал изображать уверенность и оптимизм. — Так что рекомендую побыстрее начать переговоры с нашими Родами о выкупе. И предоставить нам… более приличное жильё. Соответствующее нашему статусу.

— Ваш статус — кучка слабых мудаков, — сообщил я. — Причём, жизнь каждого из здесь присутствующих не стоит и гроша. Меня не интересует выкуп.

При этих словах брови Чернявского поползли вверх.

Мужчина в целом выглядел прилично. Воин, не крыса. Смелый, держится с достоинством. Неужели узы вассалитета настолько сильны, что такие люди не задумываются о будущем своего Рода? Впрочем, думать придётся. И быстро.

— Ты собираешься нас убить? — выкрикнул из своего угла Аммосов. — Тогда делай, что должен.

Я проигнорировал эту реплику.

И в упор посмотрел на Чернявского.

— План такой. Мои стряпчие составляют документы, вы их подписываете. Речь идёт о выходе из Союза Девяти Родов. А чтобы облегчить ваше положение, господин Хрулевич прямо сейчас разорвёт клятву вассалитета. И закрепит это соответствующим соглашением. После этого я отпускаю вашу троицу на все четыре стороны. Без выкупов и прочей фигни.

— Я должен отомстить за смерть отца! — вспылил юный граф.

— Трупы не мстят, — резонно заметил я, пригвоздив Хрулевича взглядом к верстаку. — Если ты не подпишешь, что велено, живым отсюда не выйдешь. Если не включишь мозг и не откажешься от вендетты в будущем — я буду ждать. Но искренне советую завязать с этой затеей. Потому что в следующий раз никаких договорённостей не будет. Вы просто ляжете в землю, господа.

— Что с репарациями? — вскинулся Аммосов.

— Подпишете бумаги — и выплаты будут щадящими, — ответил я. — Торговаться со мной бесполезно. На кону ваши жалкие жизни.

— Он перебьёт нас поодиночке, — голос Хрулевича-младшего дрогнул. — Мы подпишем эти бумажки — и за нас никто не вступится!

— А кто за вас вступится прямо сейчас? — вкрадчиво поинтересовался я. — Не будь идиотом, Хрулевич. Я мог бы вас прирезать, но мне надо ослабить своих врагов. И устранить грядущие проблемы. Вы получаете шанс. Более того, я готов дать слово аристократа, что не трону вас в будущем, если только на меня не будет совершено нападение. Да, ваша репутация рухнет под плинтус. Но это лучше, чем тотальное истребление всех, кто вам дорог.

Я, конечно, блефовал.

Вырезать женщин и детей — это не моё.