Ян Бадевский – Серп и меч на краю империи (страница 17)

Никогда ещё меня не пытались убить столь изощрённым способом. Или это новые технологии имперской почты? Телепортация посылок с закатками об любимой бабушки? Если она у меня, конечно, есть.

Кстати, я не знал, что прыгуны умеют синхронно телепортироваться с большими предметами.

В тусклом свете фонаря вычерчивался то ли сундук, то ли контейнер с серебристыми стенками. Контейнер отбрасывал густую чёрную тень.

Я прикинул, можно ли обойти эту штуку.

Не думаю, что мне приволокли взрывное устройство, но и всевозможных ловушек, сконструированных при помощи Знаков, тут хватает с избытком.

Делаю шаг в сторону.

И в этот момент ящик начинает распаковываться.

Гладкие поверхности испещряют многочисленные линии, они пересекаются под прямыми углами и начинают подсвечиваться рубиново-красным. Я всё это вижу благодаря усиленному зрению. Кубики выдвигаются из корпуса, накладываются друг на друга и сползают вниз. Ощущение такое, что невидимые детские руки решили разобрать конструктор.

Из недр ящика выдвигается нечто.

То ли каракатица, то ли парящий осьминог. Сегментированные щупальца извиваются, рассекают дождевые струи, царапают тротуарные плиты и аккуратно уложенные в ряды кубики. В голове монстра что-то щёлкает, два глаза вспыхивают фиолетовыми огоньками…

И эта штука разворачивается в мою сторону.

Гадство.

Кажется, вечер перестаёт быть томным.

Я снова врубаю проницаемость и останавливаюсь на полушаге. Сейчас у меня не так уж много вариантов. Ждать, наблюдать. И бежать, не разбирая дороги. Хрень, которую закинули в моё имение, здорово напоминает уменьшенную копию АРМ. Сильно уменьшенную. И всё же, существо умело левитировать, проявляло охотничьи повадки и было размером с добермана.

Кальмар поднялся чуть выше.

Из кончиков щупалец выдвинулись острые жала.

У меня окончательно пропали все сомнения. Тварь охотилась за мной. Кальмара настроили определённым образом, и другими обитателями Красной Поляны он не интересовался.

Прикидываю дистанцию до дома.

И понимаю, что не добегу.

Кальмар щёлкнул то ли челюстями, то ли выдвижными когтями, лихо перегруппировался, выдвинул вперёд часть отростков и метнулся ко мне.

Быстро.

Почти бесшумно.

Глава 11

Проницаемость — это всё, чем я располагал.

Но возникли подозрения, что этого может оказаться недостаточно.

Я резко сменил тактику и лишил материальности своего противника. Сам же шагнул в сторону, когда неведомая тварь промчалась мимо. Одно из щупалец успело меня «зацепить», но бесплотность твари сработала.

Кальмар резко притормозил.

Стало очевидно, что он левитирует, создавая под собой непонятные завихрения. Я заметил, что воздух между существом и его тенью как бы искажён — сквозь это пространство квадратики плит просматривались как в загустевшем киселе.

Тварь полностью игнорировала инерцию.

Начинаю отступать, пятясь спиной к дому. Понимаю, что тактика хреновая, но отворачиваться от врага нельзя — это может стоить жизни.

Кончики щупалец охотника начинают светиться.

Я вижу, как отростки кальмара извиваются, со свистом секут стылый горный воздух. Капли дождя срываются с корпуса существа на тротуар.

Рывок.

Снова делаю противника бесплотным, быстро разворачиваю корпус и одновременно отпрыгиваю в сторону. Чёрная лужа разлетается брызгами под рифлёными подошвами ботинок.

На сей раз получилось уклониться.

Механизм, или что это за хрень, летает быстро, но если выдержать дистанцию и не пропустить момент броска… В общем, мы поменялись местами. Тварь сориентировалась раньше, чем я рассчитывал, крутанулась вокруг собственной оси и хлестнула меня наотмашь отростком с выдвинутым шипом. В последний момент шип усилил свечение, и я понял, что непроницаемость меня не спасёт. Пригнулся, ушёл от выпада.

А в следующую секунду щупальце твари разделилось надвое и упало на мокрый тротуар.

Рядом мелькнула человеческая тень.

Серия быстрых взмахов — и кальмар начинает разваливаться на части. Летят искры, внутри биомеханического туловища что-то вспыхивает. Звуки отдалённо напоминают электрические разряды при коротком замыкании.

Воздух под извивающимся существом перестал сгущаться.

Тварь рухнула в лужу, конвульсивно дёргаясь.

Фигура, выпавшая из многомерности, была затянута в трофейный комбинезон, отжатый несколько недель назад у убийц сэра Иезекииля. По телосложению и манере двигаться я узнал Байта Мусаева, одного из своих прыгунов.

Справа и слева воздух сгустился.

Из дождя и теней соткались новые фигуры.

— Господин, с вами всё в порядке?

Я бросил взгляд на бьющуюся о тротуарные плиты тварь. Затем — на распавшиеся грани контейнера, использованного для доставки охотника.

Да, со мной всё в порядке.

А главное — моя служба безопасности вышла на качественно новый уровень. Тот самый уровень, что позволяет защищать меня даже в ситуациях, подобных сегодняшней.

Из-за угла ближайшего дома появился ещё один боец.

— Живой?

Я усмехнулся, глядя на улыбающегося Демона.

— Вашими стараниями.

— Благодари мастера Багуса, — ответил Лютый, неспешно приближаясь к распростёртой на земле твари. — И систему видеонаблюдения, которую мы поставили.

Приблизившись к охотнику, я остановился на безопасной дистанции.

Существо больше не дёргалось. Световые линии, когти на отростках, глаза — всё потухло. Перед нами лежала бесформенная груда то ли плоти, то ли синтетического её аналога. Из обрубков вытекала густая чёрная жижа. Перевожу взгляд на клинки в руках Мусаева.

— Что за оружие?

— Матвеич подшаманил, — ответил вместо подчинённого Демон. — Обычные мечи-бабочки, но с каббалистическими вставками.

Я протянул руку:

— Можно?

Мусаев передал мне один парный клинок.

Не обращая внимания на ливень, холод и порывистый ветер, я принялся за исследование клинка. Для этого пришлось отойти от мёртвого кальмара и встать поближе к фонарю. Тусклый свет не позволял рассмотреть всех деталей, но плотная гравировка из переплетённых цепочками Знаков вызывала невольное восхищение. Филигранная, не побоюсь этого слова, работа.

— Внутри ещё больше Знаков, — раздался за спиной голос Байта. — Не знаю, как Матвеич это делает, но он вгоняет Знаки прямо в сталь. На качестве не отражается.

Цокаю языком.

Гвардия начинает развиваться без моего участия.

— Паша, с меня премия. Для всех, кто здесь стоит.