Ян Бадевский – Семинарист (страница 9)
Инквизитор перечитывал список людей, с которыми должен был отправиться в Пустошь, когда приполз стальной почтальон.
Эти штуки — большая редкость.
Говорят, что технология досталась первым мойрам от самих Предтеч, когда те ещё жили на Земле, но в подобные байки отец Бронислав не верил.
Стена кабинета пошла рябью, вспучилась и выпустила из хаоса иных измерений стального червя, который незамедлительно превратился в ящик.
Почтовый ящик.
Бронислав отвлёкся от своего занятия, встал с кресла и подошёл к ящику. Открыл дверцу. Внутри предсказуемо лежало письмо. Обычный с виду конверт, вот только…
В поле «От кого» значилось:
ВЕЛИКИЙ ЧЕРТЁЖНИК
Такого с Брониславом прежде не случалось.
Никогда.
Черви не доставляли ему посланий от мойр. С другими отцами такое происходило, но раз в столетие. Кормчие предпочитали вести дела напрямую с протоинквизитором, общение с рядовыми карателями для них… Потеря времени, наверное. В том, что дни тайных земных правителей расписаны поминутно, отец Бронислав даже не сомневался.
Более того, не у всех был надлежащий допуск к информации о стальных почтальонах.
У Бронислава этот допуск имелся, ведь он носил рясу цвета чёрного янтаря.
Высшая ступень посвящения.
И вот он стоит перед почтовым ящиком и держит в руках письмо от человека, в существование которого до конца не верил. Просто относил Чертёжника к разряду полумифических личностей, которые нужны для поддержания легендариума. А выходит… никакая он не легенда.
Да что ж такое!
Бронислав вскрыл конверт и прочитал следующее:
Стоило Брониславу оторваться от чтения письма, как бумага рассыпалась голубой пылью. Обрывки вспыхнули призрачным огнём и перестали существовать задолго до падения на пол.
Ящик превратился в червя и уполз в стену.
Бронислав охренел настолько, что полминуты стоял посреди кабинета, переваривая идиотский приказ Кормчего. В том, что послание отправил Чертёжник, не было ни малейших сомнений. Никто другой не владеет искусством перемещения стальных почтальонов через многомерное пространство.
А потом до Бронислава дошло ещё кое-что.
Метнувшись к столу, он схватил трубку телефонного аппарата и набрал личный номер Никиты Домодедова, своего бессменного провидца на протяжении уже семи лет.
Длинные гудки тревожили душу.
Никита не отвечал.
Ударив по рычажку сброса, отец Бронислав вызвал диспетчера консистории.
— Соедините меня с орденом провидцев.
— Вам нужна приёмная… отец Бронислав? — уточнила девушка-диспетчер.
— Да.
— Переключаю.
Щелчок, длинные гудки.
— Приёмная ордена провидцев слушает.
— Мне нужно связаться с Никитой Домодедовым. Это срочно.
— Секундочку.
Голос принадлежал молодому сотруднику. Раньше с этим человеком Бронислав не разговаривал. Впрочем… нет ничего более изменчивого, чем функционеры нижнего звена в орденах.
— Бронислав, это ты?
— Я, — теперь на проводе висел брат Пётр, один из высших функционеров консистории. Начальник отдела, в котором работал Никита. — Что с Домодедовым?
На другом конце провода произошла заминка.
— Им занимаются тени, — вздохнул Пётр.
— ЧТООО⁈ — взревел Бронислав. — Какие ещё, к демонам, тени? У вас совсем крышу снесло?
— Не кипятись, Бронислав, — спокойно ответил Пётр. — Дело серьёзное. Никиту подозревают в связи с Неомантикой. Если обвинение правдиво, это будет означать… что он около трёх лет вёл двойную игру. И сливал неомантам детали наших операций.
Неомантика — одно из самых жёстких и опасных тайных обществ Земли. Инквизиторы регулярно уничтожают ковены неомантов, но искоренить всю эту еретическую организацию им не удалось. В последние годы Неомантика усилилась, обнаглела и начала вторгаться в расследования Супремы, воздействуя на неокрепшие умы братьев. Ключевое слово — неокрепшие. Никита ведь не мог…
Или мог?
И как он, отец Бронислав, лучший из лучших, просмотрел ростки отступничества у себя под носом?
Позор.
— Хочешь сказать, — уже спокойным голосом произнёс Бронислав, — что эти выродки завербовали моего провидца?
— И одного из лучших сотрудников нашего отдела, — вздохнул Пётр. — Поверь, я сам в шоке. Но ты же знаешь их методы. Никто не застрахован…
— Прямо никто, — проскрежетал Бронислав.
— Таких как ты единицы остались, — угрюмо возразил Пётр. — А Никита не выстоял. Сейчас с ним работают экзекуторы и дознаватели. И я не стану тебе врать, но… вина Никиты считается практически доказанной.
Его уже и братом не называют.
Никита Домодедов был странным провидцем. Любил, когда его называют по фамилии. Поддерживал тесные контакты с Родом. И это ему спускали с рук, ведь никто лучше этого одарённого не находил схроны отступников и не выслеживал беглецов по самым простым бытовым вещицам. Сколько успешных рейдов было организовано благодаря ему!
И вот теперь…
Ересь в рядах инквизиции.
Подобное случается всё чаще.
— Некстати, — буркнул отец Бронислав. — Как это невовремя!
— Ты же рейд собирал, — вспомнил Пётр. — В Пустошь?
— Да.
— Скажи спасибо, что не взял эту крысу с собой. Неизвестно, какие последствия нас бы настигли.
Бронеслав уже открыл было рот, чтобы спросить про свободных специалистов в отделе, но тут же вспомнил о роковом письме Кормчего и передумал.
— Замену подыскать? — участливо поинтересовался Пётр.