Ян Бадевский – Перемены на краю империи (страница 43)
Англосаксы настолько оборзели, что даже не попытались зайти в квартиру и помахать своими железками. Вместо этого уроды пригнали пирокинетика. При таком взрыве могли пострадать соседние квартиры.
Мои зубы сжались от холодной ярости.
Двое британцев исчезли.
Прыгуны.
— Кенджи, — сказал я. — В квартиру.
Такахаси мгновенно перебросил дубля в разрушенную квартиру. Последствия от взрыва не были настолько катастрофичными, как я думал, но всё полыхало. Я вспомнил, что сюда не провели газ — все квартиры были оснащены электроплитами.
Прыгуны переместились в общий тамбур.
Такахаси вывел проекцию за пределы задымлённого кошмара, и я увидел, как упыри пристраивают к дверному проёму непонятные диски. В эти секунды у них и возникли проблемы. Из ниоткуда выкрутился Байт Мусаев — он оказался прямо за спинами у агентов СРБ. Два быстрых тычковых удара — и прыгуны сползают на пол. Мусаев исчезает. Вместо него появляется маленький индонезиец — он быстро добивает агентов и тоже исчезает.
Следующий уровень мясорубки — у двери подъезда.
Бойцы Чёрного Ока телепортируются в заданную локацию и приступают к кровавой жатве. Первым на тротуар падает пирокинетик. Уследить за происходящим очень сложно. Во-первых, Такахаси не сразу перебрасывает проекцию вниз. А во-вторых, мои парни наносят удары молниеносно. И пользуются эффектом неожиданности. Последнему из британцев вгоняют шип с нейротоксином прямо в шею, и тот вырубается.
Дальше всё разыграно, как по нотам.
Водитель в чёрной машине пытается уехать, выруливает с парковки, но в салон перемещается Байт Мусаев и перерезает ему глотку. Я не уверен, что это Мусаев, потому что с позиции дубля не видно. Просто водитель был на совести диверсанта, а Байт никогда не отклоняется от разработанного плана.
Машина резко тормозит, загородив половину дороги.
Рядом с подъездом формируется автоморф.
Рептилоиды подхватывают обмякшего британца под руки, заталкивают в машину, и та исчезает. По нашему замыслу Добрый Эх сейчас прибудет в Красную Поляну, где его будут встречать подручные мастера Багуса. А Ярик уже под снотворным — и сейчас же приступит к допросу в специально созданном конструкте.
Что интересно, дверь тоже вылетела, а диски мужички лепили в остатках проёма.
Каримов и Михалыч создали крутые боксы со сложными каббалистическими цепочками. В этих контейнерах можно переносить мелкие артефакты, пока ещё не изученные и потенциально опасные. Мы их теперь держим на случай, если доберёмся до странных трофеев. Как сейчас.
Не успел я отдать приказ, а возле двери сгоревшей квартиры объявился шустрый индонезиец с серой гофрированной коробкой в руках. Работал мужик в перчатках, это у нас по умолчанию. Снял по очереди два диска, запихнул в контейнер, опустил и защёлкнул крышку. Исчез.
Я отдал новый приказ:
Действовать следовало быстро. В доме уже загорались окна, люди выходили на балконы в пижамах и трусах, пытались понять, что происходит.
По моему распоряжению, Байт Мусаев вновь переместился в салон чёрной машины. Быстро обшарил мертвеца за рулём, бардачок и ниши в дверцах. Переместился на заднее сиденье. Ничего там не обнаружив, сунул руку через иные измерения в багажник. Минут через пять бесследно исчез.
Тем временем Лука Каримов доставил к месту зачистки Илону.
Женщина вышла из автоморфа, подошла к чёрной тачке, приложила руки к капоту и закрыла глаза. Так она стояла добрую минуту, словно к чему-то прислушиваясь. Ясновидящая считывала историю машины.
Вдалеке завыли сирены.
Ещё через минуту Илона открыла глаза, юркнула в салон автоморфа и бесследно испарилась вместе с Каримовым. За всей этой картиной наблюдала проекция Такахаси.
Мы не успевали провести трупоуборочные работы.
Но это не беда.
Все мои люди работали в масках и перчатках, никто не оставил на месте преступления клинков и других вещей. Ясновидцы Эфы, если они подключатся к расследованию, не сумеют выйти на меня. Да и консистории это не светит.
Такахаси всё ещё транслировал.
Я видел испуганных жильцов дома, выбежавших из своих подъездов и собравшихся в кружки. Люди ёжились под порывами ветра в неровном свете фонарей.
Квартира, арендованная нами буквально вчера, продолжала гореть.
Сначала во двор въехала полицейская машина, из которой выбрался страж порядка довольно внушительной комплекции. Оценив картину побоища, полицейский отправился вызывать по рации подкрепление. Его напарник оттеснил людей подальше и начал что-то успокаивающе объяснять. Полицейские были вооружены резиновыми тонфами.
На соседней улице появилась пожарная машина.
— Пора, — я встал с кресла. — Уходим.
В допросе бывшего гвардейца я не участвовал.
Такую роскошь просто не мог себе позволить.
Ярик проснулся ближе к четырём утра и выдал место встречи наёмников с организатором операции. Как я и подозревал, шиноби понятия не имели о британской разведке, им платил посредник. Выполнив работу, представитель группы должен был приехать в Портовый район, позвонить из таксофона своему нанимателю и сказать всего одно слово: «Выполнено». Наниматель должен произвести проверку. Второй созвон — в полдень. Если всё в порядке, наниматель сообщает, где забрать конверт с деньгами.
Мы собирались вмешаться в схему самым безбожным образом.
Отследить звонок с помощью Бродяги.
И да, крыса оказалась телепатом, которого Хасан знал в роли опытного пилота мехов. Раньше знал. Потом этот тип пропадал неизвестно где, продавал свои услуги в Европе и Халифате. Вернулся домой, в Фазис. Начал искать работу и был завербован Демоном. Всё выглядит безобидно, за исключением одного нюанса. Этот мужик быстро поднялся в число доверенных лиц Демона и был в курсе проводимых нами операций. А ещё он располагал артефактным оборудованием узконаправленного действия, с помощью которого подслушивал разговоры за пределами Бродяги. В каббалистике тоже разбирался. Потому что скитания по Европе — это легенда. К нам прислали первоклассного агента, умеющего работать под прикрытием. И подготовленного СРБ по высшему разряду. Я уж молчу про его полезные знакомства с Хасаном, Демоном и ещё несколькими хорошими парнями из моей гвардии.
Демон был в ярости.
Я воспринял происходящее спокойно.
Чего-то подобного следовало ожидать. Раз уж перешёл дорогу иностранной разведке — против тебя будут разыгрывать сложную партию. И успех в этой партии будет переменным.
В пять утра дрожащий боевик, с ножом у горла, зашёл в будку таксофона на углу обшарпанной пятиэтажки, позвонил куда надо и произнёс кодовое слово.
Бродяга, подключившийся к линии, определил абонента.
И Байт Мусаев сорвался с цепи.
Глава 23
Будка расположилась рядом со станцией канатной дороги.
Вокруг громоздились высоченные небоскрёбы Нового Города. В кромешной предутренней тьме каменные исполины выглядели зловеще — окна не светились.
Прямо над будкой горел фонарь.
Уже выбираясь из автоморфа, я вспомнил, что эта станция введена в строй недавно. Месяц или два назад. Муниципалитет протянул несколько новых линий, одна из которых будет заканчиваться у въезда в Красную Поляну. Я всё же пробил эту идею, используя деньги и влияние в нужных мне кругах. Думаю, к концу года станция заработает.
Сейчас же я направлялся к подковообразной скамейке, на которой лежало нечто бесформенное. Выглядело всё так, словно очередной алконавт злоупотребил и прилёг отдохнуть. Но стоило мне приблизиться к лавке вплотную, как из воздуха соткалась призрачная фигура. Байт Мусаев прибыл в комбинезоне Михалыча, но тот не успел подстроиться под обстановку. Секунда — и мимикрия включилась. Я видел только лицо Мусаева под капюшоном.
— Он?
Станция была закрыта.
— Угу, — буркнул Мусаев. — Больше некому.
Я бросил взгляд на таксофон.
— Не спал, что ли? Дежурил?
Всё это выглядело необычно. Наёмник звонит в будку посреди ночи, и там ждут его звонка. Бродяга предположил, что здесь не обошлось без артефактов. И что агент СРБ вполне мог оказаться прыгуном.
Мусаев пожал плечами.