Ян Бадевский – Могущество на краю империи (страница 52)

Приняв пластину размером с ладонь, я всмотрелся в гравировку на её поверхности. Вставка была сделана из меди, а все геометрические линии между Знаками, насколько мне известно, обработаны каким-то химическим составом. Каббалисты прибегают к подобным хитростям, чтобы увеличить проводимость.

— И что с этим делать?

— Для начала капни немного своей крови вот сюда, — Каримов указал на крохотный значок в центре пластины. — Для привязки.

— Тот мужик, которого мы в Наска завалили, кровью вставки не метил.

— Ещё бы, — хмыкнул Каримов. — Сфера ему оформила привязку автоматически.

Делать нечего.

Я достал из чехла кромсатель, выдвинул из него острый клинок, уколол палец и смазал центральный Знак. Рана очень быстро затянулась благодаря моим способностям к регенерации.

— Немного ки, — продолжил инструктаж Лука. — Пока внутренний сектор не покраснеет.

Цепочки сплетались в сложный геометрический узор, сердцем которого был шестиугольник со Знаками в узловых точках. Символы были вписаны в круглые и ромбовидные ячейки.

Я влил немного ки в центральный Знак.

Считанные секунды — и линии шестиугольника засветились рубиново-красным. Почему-то вспомнились глаза ледяных големов — там, у форта Диксон…

— Хватит, — сказал Каримов. — Давай сюда.

Взяв пластину, он сам начал вливать во внешние сектора энергию, поочерёдно прикладывая пальцы то к одному символу, то к другому. Я чувствовал, что каждая подпитка выверена чуть ли не с ювелирной точностью.

— Я призову эту тварь ненадолго, — пояснил Лука. — Она будет существовать всего несколько минут, затем распадётся. Достаточно для первого испытания.

— А что будет с плашкой?

— Тоже распад. В пепел.

— Но это же куча работы, — возразил я. — Тебе не жалко своего времени? Может, перегоним его в долину?

Лука покачал головой:

— Вряд ли это имеет практический смысл. Сам посуди: ты покажешь всему городу, что у тебя появился новый вид оружия. При этом одна боевая единица ничего не решает. А ведь мы можем клепать их прямо у себя, используя озеро и впадающие в него реки. Даже из снега в горах можем делать. Материала — завались.

— Убедительно, — сдался я. — Жги.

И Добрый Эх начал жечь.

В переносном смысле, разумеется.

Закончив напитывать плашку энергией, размахнулся и швырнул её в прибой. Не слишком далеко, метров на десять от берега.

И почти тут же запустился процесс.

Вода забурлила. В том месте, куда упала плашка, начало что-то формироваться. Я увидел угловатые очертания, кубы и призмы. Всё это громоздилось вверх, накладывалось друга на друга и сильно напоминало конструктор «Лего» для великанов. Завораживающее зрелище. Из прибрежных вод поднималось громадное человекоподобное существо ростом с двухэтажный дом.

— А чего он такой здоровой?

— Ну, можно и поменьше сделать, — пожал плечами Лука. — Там всего один Знак поменять, если что. И энергии влить поменьше. Но я решил, что тебе понравится.

— Правильно решил.

Из плеч монстра выдвинулась массивная голова с гротескными чертами лица. Скулы, словно вырубленные из камня. Квадратная челюсть. И злобные дырки вместо глаз — их словно просверлили электродрелью. Дырки вспыхнули красным.

— Хозяин, — пророкотал голем. — Я выполню любой приказ.

Никакого речевого аппарата.

Голос исходил как будто из утробы ледяного голема.

И да, тварь была собрана из ледяных блоков. Сгибы в локтевых и коленных «суставах», шея поворачивается, талия гнётся. Несмотря на это, передо мной была ожившая груда льда.

— У нас есть от трёх до пяти минут, — напомнил Каримов. — Протестируй приказы.

— Выйди на сушу, — распорядился я.

Голем, подобно чудовищному ледоколу, двинулся к нам. Не сговариваясь, мы с Лукой попятились, отступили к ближайшим валунам. О спину голема разбилась здоровенная волна, но монстр, казалось, этого не заметил. Во все стороны полетели пенные брызги.

— С ними дядька Черномор, — пробормотал я.

— Что? — переспросил каббалист.

— Ничего. Забудь, — я вновь сконцентрировался на големе. И отдал второй приказ: — Сделай себе оружие.

— Какое? — пророкотал голем.

— Молот.

Тварь отступила в воду, и тут же в массивной лапище нарисовался боевой молот изо льда, увенчанный острым шипом. На толстой и достаточно длинной рукояти.

— Красавчик, — хмыкнул я. — Подпрыгни.

Это я зря.

Когда голем приземлился, земля содрогнулась.

— Покажи связку, — распорядился я. — Удар сверху, удар сбоку, блок, отступление.

Голем выбрался на гребень галечного вала и продемонстрировал всё, о чём его просили. Лука уже предупредил меня, что в плашке заложены базовые принципы рукопашного боя. Перед нами стоял солдат, умеющий убивать. Он не нуждался в обучении, использовал достаточно примитивную технику, но с лихвой компенсировал всё это чудовищной физической силой.

— Перекат, — скомандовал я. — И тычок в грудь воображаемому противнику.

Туша выполнила задачу.

Да так и осталась на колене с вытянутой вперёд рукой.

А ещё через пару связок голем вдруг распался на фрагменты. Увесистые кубы, призмы, шары и прочие стереометрические фигуры раскатились по пляжу. И начали быстро таять.

Я впервые такое видел.

Лёд вёл себя совершенно непонятным для меня образом. Сейчас ведь прохладно, от силы пять-шесть градусов, а элементы рассыпавшегося голема превращаются в воду со скоростью света…

Полминуты.

Я засёк.

— И никаких вставок, — раздался голос Каримова. — Враги Рода не доберутся до этой технологии.

— Лука, — сказал я. — Ты грёбаный гений.

— Ну, придумал же схему не я, — смущённо ответил каббалист. — Просто слегка модернизировал.

И мы, продолжая обсуждать новое оружие, побрели в сторону автоморфа.

Я в очередной раз подумал, что скоро познакомлю Каримова с Абсолютом.

Заслужил.

Глава 32

Я давно потерял счёт перерождениям.

И в каждой стране, куда меня заносило Колесо Сансары, в каждой эпохе, были свои традиции. Свои верования и заморочки. В последней инкарнации, например, считалось правильным раздать все долги перед Новым годом, иначе счастья не видать.

Почему бы и нет, подумал я.