Ян Бадевский – Могущество на краю империи (страница 12)

Стены цитадели были очень толстыми.

Метра четыре, плюс метр вакуумной прослойки. Понятия не имею, как строители ухитрились выкачать воздух — при отсутствии космических технологий. Хотя… что я знаю о технологиях? Моя профессия лежит в другой плоскости.

Байт Мусаев должен быть с противоположной стороны. Или уже внутри. Мне показалось, что знакомый силуэт очертился двумя ярусами ниже.

Я замер перед тамбуром.

Над головой кружила Хорвен.

Через вакуум на проницаемости я ещё не проходил.

Глава 7

Гончая просочилась сквозь дверь.

Мы с бессмертной остались у заглушки. Я показал девушке жестами, что подключаюсь к трансляции, а сам принялся наблюдать за происходящим глазами Хорвен.

Сейчас я находился на уровне второго или третьего этажа над уровнем земли. Два лестничных пролёта, короткий коридорчик — и я бы вышел аккурат к посадочной площадке для цеппелинов внутри сферы. Но гончую я вёл совершенно в ином направлении — по винтовой лестнице на нижние уровни цитадели. Управлять биомехом, одновременно сохраняя прозрачность помещений — та ещё задачка на концентрацию. Главное, чтобы не отвлекали.

Планировка крепости предусматривала наличие автономных генераторов и водоснабжения, замкнутой канализационной системы и хранилищ с запасом провианта. Тут были помещения для солдат, офицеров и техников. Ярусы связывались между собой посредством винтовых и обычных лестниц, лифтовых шахт, выездных пандусов. Благодаря грузовым платформам можно было поднять на поверхность хоть дюжину мехов, хоть отряд тяжеловооружённых воинов. А прямо сейчас я видел, как по спиральному треку вниз направляется песочного цвета внедорожник с тонированными стёклами. Машина привлекла внимание своей экзотичностью.

Я не сразу понял, что с этой тачкой не так.

А когда понял, криво ухмыльнулся.

Культовый пикап «аймара-круиз», попадавшийся мне не только в рекламных буклетах автосалонов, но и на отдельных билбордах в Западной Европе. Внедорожник, заточенный под военных, но ограниченными тиражами продающийся и простым смертным. Если, конечно, у этих смертных куры денег не клюют. И да, «аймары» производились в империи Наска. Одна из визитных карточек, можно сказать. Символ успешного успеха.

Я тут же перебросил Хорвен через три стены на этот бетонный трек и приказал следовать за машиной. Для чего пришлось врубить у гончей проницаемость. Казалось, вот оно. Спираль заканчивалась на большой глубине, упираясь в бронированные каббалистические ворота. На всякий случай я запомнил номер. Который был. Блатной номер, с тремя единицами и непонятными индейскими закорючками. В моей реальности письменность кечуа была основана на латинице, но здесь жители Наска сохранили свою идентичность. Так что закорючки, мать их. Надо будет потом Бродяге скормить…

Неожиданно из бетонных стен выдвинулись створки.

Бронированные поверхности сомкнулись перед самым носом Хорвен, отрезая «аймару» на последнем участке пути. Я на автомате применил свой Дар…

Но это не сработало.

Гончая царапнула щупальцами твёрдую поверхность.

Твою мать!

Я снова попытался сделать заглушку бесплотной, но потерпел неудачу. Возникло неприятное чувство психической преграды. Будто сами энергетические потоки упирались в невидимый, но вполне ощутимый для одарённого барьер.

Броня выглядела внушительно.

А самое отвратительное — исчезла и прозрачность.

Командный пункт и всё, что к нему примыкало, перестали для меня существовать.

По окружающему пространству прокатилась вибрация. Маро тронула меня за плечо, привлекая внимание. Обернувшись, я проследил за взглядом девушки и поначалу ничего не заметил. А потом уловил дуновение ветерка.

Врубил прозрачность.

К тамбуру цитадели стягивались люди.

Не знаю как, но попытка использовать Дар внутри крепости привлекла внимание защитников. Сирены не выли, но о нашем присутствии враги уже знают, догадался я.

Пора вытаскивать Хорвен.

Я ничего ценного в крепости не увидел, невезение восьмидесятого левела. Зато получил номер тачки, который попытаюсь пробить через Бродягу или мастера Багуса. Жаль, не успел сделать прозрачным сам внедорожник. Но грёбаный пикап слишком быстро двигался.

Гончая рванулась назад, вспарывая стены.

Проницаемость за пределами командного пункта работала превосходно. Биомех развил максимальную скорость, а я приготовился убивать. Достал из кобуры «глок», оттянул затвор, дослал патрон в патронник и занял удобную позицию для стрельбы. Кивком велел Маро сдвинуться с линии огня.

«Глоки» требуют аккуратного обращения.

В них нет предохранителя.

Точнее, есть. На спусковом крючке. Выжимается автоматически, и это надо учитывать.

Хорвен просочилась сквозь тамбурную дверь и уплотнилась над моей головой. Что касается меня, то я уже чувствовал лёгкие завихрения ки. Приближались бойцы совсем не монгольского происхождения. Все с холодным оружием — короткими мечами, саями, топорами. Минимум трое из них были одарёнными. Другие, выше, методично перекрывали коридоры и выходы на лестничные клетки.

Три выстрела через две стены.

Я бил через угол, где сходились два коридора. Первая пуля попала в голову перуанцу с увесистой двулезвийной секирой, вторая — под рёбра ещё одному атлету с парными саями. Третья угодила в шею коротышке со щитом и одноручным мечом.

По винтовой лестнице к нам бежала новая партия гостей, и я натравил на них гончую. Пока биомеханическая тварь включала адскую мельницу, разбрасывая по ступенькам ошмётки плоти, я сделал проницаемым часть коридора, и позволил ещё двум умникам с воплями рухнуть под землю.

— Мне работа останется? — возмутилась Маро.

Хмыкнув, я двинулся вперёд.

Витки спиральной лестницы вызвали у меня воспоминания о старых советских мясорубках. Кровь, кишки и далее по списку. Подниматься вверх приходилось аккуратно, чтобы не поскользнуться. И переступать через то, что осталось от охраны наместника.

Этажом выше нас атаковали меты.

Нападение было стремительным, вот только я уже научился вычислять этих ушлёпков по теневому шлейфу — как будто человека размазали в пространстве, и он находится одновременно в нескольких местах. И удлиняется, растягивается.

Драться с опытным метой на равных практически нереально.

Если ты не чемпион Великого Турнира, конечно.

У меня вообще не было времени на стандартную реакцию, а инстинкт подсказал сделать себя бесплотным. Когда размытая тень пронеслась мимо, вспарывая воздух и мою призрачную шею мечом, я даже не вспотел. У меты есть слабая сторона: разогнавшись, он должен притормозить и развернуться для повторной атаки. В этот момент я и уложил мужика одним точным выстрелом в голову.

Посмотрел на Маро.

Бессмертная смахнула кровь с лезвия катаны и убрала меч в ножны. Прямо по канону. Будто и не покидал средневековую Японию, честное слово!

У ног девушки лежал человек.

Лицом вниз, неестественно вывернувшись. В луже собственной крови.

— А говорила, работы не хватит, — улыбнулся я.

Хорвен устремилась вперёд по знакомому коридору, мы пошли за ней, стараясь не отставать. Я видел, что коридор изгибается и сворачивает за угол, а ещё дальше виднеется цепочка новых камикадзе.

Внезапно я шагнул в зону телепатического контакта с автоморфом Каримова.

Послал запрос на вход.

Слева прорезался узкий дверной проём, створка бесшумно сместилась. Или даже растворилась в воздухе, я не успел заметить.

— Валим отсюда, — бросил я. — Маро, ты первая.

Девушка скользнула в проём.

Из-за угла выскочил бородатый дядька с перекошенным лицом и двумя тесаками наперевес. Развернуться он не успел. Первая пуля вошла в колено, вторая — в голову.

В магазине у меня было девятнадцать патронов, и я ни разу не перезаряжал. Хорошо, что с этим глушителем недоступен полуавтоматический режим. Дисциплинирует и настраивает на экономию боеприпасов, хо-хо-хо!

По моему приказу гончая юркнула в дверь следующей.

Я завалил ещё одного бегущего шустрика прямо через искривление стены, сделав её бесплотной.

И скрылся в салоне автоморфа.

Бросок через иные измерения отнял всего пару минут.

За окнами соткалась мрачная осенняя степь. Вместо крепости и городских лабиринтов — извечный простор дикой, необжитой местности.