Ямиля Нарт – Золушка. Революция (страница 22)

Я встретила её прямой, умный взгляд. Лгать ей не хотелось.

— Искусство, ваше высочество, иногда может быть целебным, — так же тихо ответила я. — Я просто создала аромат, который, как мне казалось, мог бы принести вам покой. Если он помогает — я безмерно счастлива.

Она долго смотрела на меня, и в её глазах читалась не просто благодарность, а понимание. Понимание того, что этот жест был глубоко личным и не требовал огласки.

— Благодарю вас, — сказала она ещё раз.

Король снова поблагодарил меня за лекарство и за смелость, и Кассиан проводил меня обратно к самоходке.

Дорога назад прошла в молчании. Кассиан был погружён в свои мысли, а я — в свои. Голова гудела от масштаба только что принятого решения. Я только что предложила себя в качестве разменной монеты в большой игре между империями. Страшно? Безумно. Но иначе — война.

Самоходка мчалась по направлению к Лунной Даче, когда я, глядя в окно на проплывающие мимо поля, наконец решилась озвучить мысль, что не давала мне покоя с момента возвращения.

— Кассиан, мне нужна твоя помощь, как человека с доступом к ресурсам.

— Говори, — он не отрывал глаз от дороги, но всё его внимание было приковано ко мне.

— Мне нужны книги. Очень старые и очень редкие. Возможно, даже запрещённые Гильдией.

Он медленно повернул ко мне голову.

— Интересы расширяются? От парфюмерии к запретной литературе?

— Мои интересы всегда были глубже, чем кажется, — парировала я. — И знания, которые я ищу, могут быть ключом ко многому. К пониманию магии, которая не зависит от пыли. К пониманию... моей собственной природы.

Я вытащила из сумки листок, на котором ещё утром каллиграфическим почерком вывела названия, продиктованные феей

Я протянула листок Кассиану. Он пробежал глазами по строчкам, и его лицо стало непроницаемым.

— «Хроники Сидов»... «Пламя души»... Элис, это не просто редкие книги. Это тексты, за обладание которыми Гильдия когда-то устраивала чистки. Они считаются еретическими. Особенно те, что говорят об «Анхилии» — этой... внутренней магии, отвергающей пыль.

— Я знаю, — тихо сказала я. — И именно поэтому они мне нужны. Фея... та, что является мне, та, что связана с туфельками... Она говорила, что магия этого мира иссякает, потому что люди разучились ею пользоваться по-настоящему. Разучились пробуждать её в себе. И что Гильдия специально уничтожала все знания об альтернативных путях, чтобы сохранить монополию на пыль. Эти книги — возможно, последние уцелевшие крупицы истины. Правды о том, какой магия могла бы быть.

Я сделала паузу, глядя на его профиль, напряжённый в свете заката.

— Я должна это узнать, Кассиан. Чтобы понять, что за сила на самом деле течёт в моих жилах. И не только в моих. Если то, о чём говорит фея, правда, то это может быть... другим путём для Империи. Путём к независимости от Гильдии. Не через новую технологию, а через пробуждение старой, забытой силы в людях.

Он долго молчал, разглядывая список, будто пытаясь прочесть между строк что-то ещё.

— Ты просишь меня помочь тебе найти еретические тексты, которые подрывают основы власти Гильдии, — наконец произнёс он, и в его голосе не было ни осуждения, ни страха, лишь холодная аналитика. — В то время, когда Гильдия и так ослаблена и мы пытаемся не добить её, а взять под контроль. Риск колоссальный.

— Я не прошу тебя сделать это официально. Я прошу помочь найти. Через твоих людей, через букинистов, через чёрный рынок, через контакты в Альянсе, если потребуется. Тайно. — я посмотрела на него прямо, — Знание — самое грозное оружие.

Он свернул листок и аккуратно положил его во внутренний карман сюртука.

— «Пламя души», судя по описанию, могло уцелеть только в архивах академий Альянса. Их магические традиции иные, менее догматичные. «Хроники Сидов»... если они вообще еще существуют в материальном виде, то, скорее всего, в Запретном архиве самой Гильдии или в руках каких-нибудь коллекционеров-маргиналов. Остальные... возможно, в старых монастырских библиотеках, которые избежали чистки. — он вздохнул. — Это займёт время. И будет стоить безумно дорого. И не гарантирует результата.

— Я понимаю. — я почувствовала, как в груди что-то сжалось от смеси надежды и страха. — Но я должна попытаться.

— Хорошо, — просто сказал он. — Я начну поиски.

Самоходка остановилась у ворот Лунной Дачи. Уже стемнело. В окнах горел тёплый свет.

— Ты уверена, что хочешь это делать? — тихо спросил Кассиан, прежде чем я вышла.

— Нет, — честно ответила я. — Но я уверена, что не хочу войны. И если мой разум может стать оружием против неё... то я должна его использовать.

Он ничего не сказал, лишь кивнул. Я вышла и пошла к дому, чувствуя невероятную усталость, смешанную с странным, тревожным возбуждением.

В прихожей меня ждал мистер Уайт. Он сидел на своей любимой лежанке и смотрел на меня своими неумолимо-зелёными глазами.

— Фея ждёт тебя в саду. Говорит, сегодня будешь учиться направлять своё Пламя для конкретных целей. Видимо, готовит тебя к тому, чтобы поджигать вражеские флотилии силой мысли.

Я не смогла сдержать слабую улыбку. После всего, что было сегодня, мысль об уроке магии казалась почти отдыхом. Пусть и тяжёлым, требующим концентрации.

Я отправилась в сад, на то же место у старого колодца, где мы занимались утром. Сумерки уже сгущались, окрашивая небо в сиреневые и лиловые тона. Я села на холодный камень, закрыла глаза и начала упражнение «Дыхание-свеча», пытаясь унять дрожь в руках и хаос в голове.

Воздух передо мной затрепетал, и появилась она. Сегодня фея выглядела еще более прозрачной, почти призрачной.

— Опять политика? — спросила она, садясь на край колодца. Её голосок звучал устало. — От тебя несёт тревогой и решимостью. Опасная смесь.

— Да, — призналась я. — Я сделала сегодня очень рискованный шаг.

— Риск — часть пути, дитя, — сказала она, но без обычной игривости. — Но ты должна быть сильной. Не только умом, но и духом. И для духа нужна сила. Твоё Пламя. Сегодня я научу тебя не просто чувствовать его, а использовать для конкретных целей.

Я насторожилась, забыв на мгновение о письмах и королях.

— Использовать? Как?

— Всё, что ты делала с помощью «опалов» — ускорение процессов, направление реакций — всё это можно делать силой собственного Анхилоса. «Опалы» — это костыль, внешний источник. Истинная сила — внутри. Сегодня мы попробуем направить твоё Пламя на конкретную, простую задачу. Начнем с того, что тебе близко и понятно.

Она указала на куст розы, растущий у стены оранжереи. На нём уже набухали почки, но до цветения было далеко.

— Весна запоздалая, — сказала фея. — Но ты можешь помочь. Сосредоточься на одной почке. Представь себе не просто тепло, а очень конкретный образ: как лепестки внутри набирают силу, как клетки делятся, как раскрывается бутон. Не думай о биологии. Чувствуй образ. А потом... направь к этому образу тепло своего Пламени. Не жар, не огонь. Тихое, ровное, животворящее тепло, как весеннее солнце. Дай ей импульс, толчок к жизни.

Я закрыла глаза, отыскала внутри ту самую вибрацию — своё Пламя-мотор. Затем представила себе выбранную почку. Я старалась не думать о химических процессах, а именно чувствовать: желание раскрыться, потенциал жизни, скрытый внутри. И я начала... направлять. Мысленно протягивала нить тепла, энергии от центра груди к почке. Это было странное ощущение — не физическое, а скорее, волевое. Как если бы я хотела, чтобы что-то произошло, и это желание обретало плоть.

Прошло несколько минут. Ничего не происходило. Я уже начала отчаиваться, как вдруг фея тихо сказала:

— Смотри.

Я открыла глаза. На ветке, у той самой почки, один из маленьких, темно-зеленых чашелистиков слегка отогнулся. И из щели показался краешек нежно-розового лепестка. Бутон не раскрылся, но он явно, на глазах, сделал шаг к этому.

От изумления у меня перехватило дыхание.

— Это... я?

— Это ты, — подтвердила фея, и в её голосе прозвучала слабая, но искренняя гордость. — Это и есть основа. Направленное намерение, подкрепленное силой твоего Пламени. Пока что это капля в море. Чтобы заставить цветок распуститься мгновенно, потребовались бы недели тренировок и колоссальный расход сил. Но принцип ты уловила. Теперь ты можешь практиковаться. Не только на растениях. Попробуй направлять эту энергию на ускорение химических реакций в своих колбах, но без «опалов». Сначала на самых простых. На смешивании масел, на растворении. Учись чувствовать, как твоё Пламя резонирует с процессами. С каждым разом будет получаться лучше, а затраты — меньше.

А затем я перешла к новой практике: чувствованию истины. Фея сказала, что Анхилос, будучи связан с самой сущностью человека, может резонировать с правдой — и отторгать ложь. Это был не детектор лжи в привычном смысле, а тончайшая интуиция, усиленная магией.

Я взяла в руки два предмета: обычный садовый камень и тот самый первый успешный образец крема для рук, с которого началась история «Лунной Дачи». Сосредоточившись на Пламени, я попыталась «ощутить» историю предметов. Камень был просто камнем — нейтральным, пустым. А крем… от него исходил слабый, но тёплый отклик. Отзвук труда, заботы, удовлетворения от хорошо сделанной работы. Это была «правда» предмета.

Затем я попыталась представить себе ложное утверждение: «Этот крем был сделан кем-то другим». И сразу же ощутила лёгкий, неприятный диссонанс внутри, будто моё Пламя дрогнуло и отпрянуло.