Ямиля Нарт – Золушка. Перезагрузка (страница 15)

Он сделал первый глоток, и на его обычно невозмутимом лице я увидела легкое, но несомненное удовольствие.

— Как вам? — я внимательно следила за его реакцией.

— Превосходно, — произнес он, ставя чашку. — Настоящий мужской напиток, — в его глазах мелькнул искренний интерес. — Горьковато, но послевкусие… ореховое, древесное. Сильный аромат. Да, весьма интересно. Благодарю вас, мисс Мёрфи, за точное попадание в мой вкус. В столице я не пробовал ничего подобного.

— Он может быть разным, — оживилась я, чувствуя, что попала в цель. — В зависимости от обжарки, помола, способа приготовления. Можно добавить щепотку корицы или кардамона, чтобы раскрыть иные ноты. Это как хорошее вино — каждый сорт уникален.

Мы проговорили еще несколько минут о вкусах, о том, что ценится в столице, о тенденциях.

Он слушал внимательно, его первоначальная надменность постепенно таяла, уступая место деловому любопытству. Я видела, что он не просто сыт и доволен — он заинтригован. Я показала ему не убогое поместье, а место, где ценят качество, умеют удивлять и думают нестандартно.

И только когда чашки были пусты, и на столе остались лишь крошки от канапе, Ковард вернулся к делу. Но теперь его тон был иным — не снисходительным, а уважительным. Он видел перед собой не бедную родственницу, а деловую партнершу.

Переговоры прошли на удивление гладко. Он в начале предлагал смехотворно низкую цену за патент, ссылаясь на риски, на неопределенность рынка, на мою молодость и неопытность. Но Алина Воронцова, годами отбивавшая бюджеты на исследования у жадных до прибыли инвесторов, знала себе цену.

— Мистер Ковард, — голос мой звучал мягко, но твёрдо. — Вы покупаете не просто рецепт. Вы покупаете монополию. Технологию, которая позволит вам производить масло, которого нет ни у кого. Вы будете диктовать цены. Я предлагаю вам не товар, я предлагаю вам рынок. Или, — я сделала паузу, глядя ему прямо в глаза, — я предложу его вашим конкурентам из «Серебряного Феникса». Я слышала, они крайне заинтересованы в расширении ассортимента.

Это был блеф. Я понятия не имела о делах «Серебряного Феникса», другого поставщика масла. Но его глаза сузились. Он понял, что имеет дело не с наивной девочкой.

В итоге мы сошлись на сумме, от которой у меня перехватило дыхание. Крупный единовременный платеж, который покрывал все наши долги и оставлял солидный запас, и небольшой, но вечный процент с каждой проданной бутылки масла, произведенного по моему методу. Мы договорились встретиться для подписания договора завтра, в столице.

Уже подходя к самоходке, он на прощание обернулся.

— Благодарю за гостеприимство, мисс Мёрфи. Это был один из самых интересных обедов в моей практике. Я с нетерпением жду нашего дальнейшего сотрудничества.

Его самоходка тронулась и скрылась за поворотом. Проводив его, я прислонилась к косяку двери, чувствуя, как дрожат колени. Первая крупная победа. Финансовый кислород, который давал нам время и возможность дышать.

Эйфория длилась недолго. Под вечер вернулся Виктор из города, куда ездил за провизией. Его лицо было мрачным.

— Мисс Элис, в городе говорят… разное, — он понизил голос, хотя вокруг никого не было. — Говорят, мадам Тревис уже знает о визите Коварда. Знает, что вы заключили сделку. Она в ярости. Кричала, что вы украли ее деньги, что вы… что вы незаконно распоряжаетесь имуществом под ее опекой. И что она «положит этому конец». Она что-то замышляет, мисс. Я чувствую это.

Холодная полоса страха пробежала по спине. Предчувствие, острое и неумолимое, сжало горло. Она не оставит нас в покое.

Решение о визите в патентное бюро пришло мгновенно, как озарение. Но действовать следовало не сломя голову, а с холодным, выверенным расчетом. У меня был всего один шанс произвести нужное впечатление.

Я снова поднялась в спальню. На этот раз я выбрала не платье, а костюм — и на этом мой скромный гардероб закончился. Я надела юбку из темно-серого шерстяного кашемира, строгую, узкую, доходящую до лодыжек, и жакет из той же ткани, с длинными рукавами и аккуратными лацканами. Когда-то это был деловой гардероб Лисандры для визитов в город. Никаких украшений, кроме кольца матери. Волосы были убраны в тугой, безупречный узел.

Мы выехали утром, чтобы прибыть в город к самому открытию канцелярии. Я не собиралась вламываться в закрывающиеся двери; я намеревалась прийти первой, свежей, полной сил, когда чиновники еще не устали от потока просителей.

Патентное бюро Аэлиса располагалось в невзрачном каменном здании с высокими потолками и скрипучими половицами. Воздух пах пылью, старой бумагой и слабым ароматом дешевых духов. За длинным деревянным барьером суетились клерки, в основном женщины — от юных девиц с любопытными глазами до суровых дам зрелого возраста, чьи лица казались высеченными из гранита.

Моя очередь подошла быстро. Я подошла к стойке, за которой сидела женщина лет сорока с умным, усталым лицом и шиньоном цвета воронова крыла.

— Чем могу помочь, мисс? — спросила она, не поднимая глаз от толстой учетной книги.

— Доброе утро. Я хотела бы зарегистрировать новое косметическое средство, — мой голос прозвучал четко, уверенно, но без вызова.

Она подняла на меня взгляд, и в ее глазах мелькнуло легкое удивление. Я явно не походила на обычных просительниц.

— Регистрация продукции… Это к господину Элдриджу, третий кабинет налево. Но он обычно принимает после полудня, — она уже было потянулась за колокольчиком, чтобы вызвать следующего, но я мягко остановила ее.

— Я понимаю. Это досадно. Видите ли, я приехала из поместья «Лунная Дача», путь неблизкий. — Я сделала небольшую, рассчитанную паузу, позволяя названию поместья задержаться в воздухе. Слухи, как я и надеялась, уже сделали свое дело.

Женщина замерла, и ее взгляд стал пристальным и живым. «Лунная Дача»… Та самая наследница, сбежавшая от мачехи… — это читалось в ее глазах.

— Вы… это вы… — она запнулась, подбирая слово.

— Элис Мёрфи, — улыбнулась я тепло, как будто делюсь с ней маленьким секретом. — Да, та самая. И я как раз привезла кое-что из возрожденных рецептов моей матери, — я аккуратно, без лишней суеты, поставила на стойку небольшую плетеную корзинку, прикрытую льняной салфеткой.

Любопытство победило бюрократическую строгость. Из-за соседних стоек начали выглядывать другие клерки, привлеченные нашим разговором.

— И что же это? — спросила женщина, и в ее голосе прозвучал неподдельный интерес.

— Пока просто крем для рук. Натуральный, без вредных магических добавок, от которых потом еще нужно лечиться, — я сделала акцент на этих словах. — Моя покойная мать, Лисандра Мёрфи, много экспериментировала с местными травами. Мне удалось восстановить один из ее рецептов,— я приподняла салфетку, открыв несколько изящных глиняных баночек.

Тут подошла еще одна клерк, помоложе.

— О, миссис Гловер, это же та самая мазь, о которой тетушка Марта из прачечной рассказывала! Говорит, у нее после стирки руки не трескаются и не краснеют!

Миссис Гловер посмотрела на меня с новым, уважительным интересом. Я увидела свой шанс и использовала его.

— Я бы хотела зарегистрировать его официально. Как косметическое средство на натуральной основе. Чтобы люди знали, что покупают проверенный, качественный продукт, а не сомнительное зелье. Но, к сожалению, я не могу ждать до полудня. Мне нужно вернуться в поместье как можно быстрее, — я наклонилась чуть ближе, понизив голос до доверительного полушепота. — И, если честно, у меня есть опасения, что… недоброжелатели могут попытаться помешать. Возможно, вы слышали слухи о моей мачехе?

Их лица вытянулись. История гонимой наследницы была слишком сочной, чтобы ее игнорировать.

— Ох, детка, мы слышали, — вздохнула миссис Гловер, и ее тон стал почти материнским. — Так ты хочешь все узаконить, чтобы она не могла предъявить претензий?

— Именно так, — кивнула я с наигранной уязвимостью, которая тут же сменилась деловой твердостью. — Но я также хочу делать это правильно. По закону.

Миссис Гловер обменялась взглядами с коллегами. Между женщинами прошла безмолвная договоренность.

— Ладно, — решительно сказала она. — Старина Элдридж вечно все откладывает. А бумаги-то все равно мы, девочки, заполняем. Иди сюда, дорогая, садись. Анна, принеси-ка бланки заявления на регистрацию косметической продукции. Мэри, чаю нам сюда, хорошего, с жасмином.

В следующие полчаса я провела настоящий мастер-класс по маркетингу и установлению личного контакта. Я не просто заполняла скучные бланки под их диктовку. Я рассказывала им о свойствах ромашки и мяты, о том, как алоэ успокаивает кожу, а масло питает ее. Я подарила каждой по баночке — миссис Гловер сразу же намазала свои грубые, исчерченные чернилами пальцы и ахнула от приятного ощущения прохлады и мягкости.

— Да это же волшебство! — воскликнула она.

— Не волшебство, — улыбнулась я. — Наука. Просто нужно знать свойства растений и правильно их сочетать.

Я оставила им дополнительные три баночки «для тестирования», на что они ответили бурной благодарностью и обещанием «ускорить процесс как только возможно». Когда я покидала бюро, у меня в сумочке лежало временное свидетельство о принятии заявления на рассмотрение, что уже было огромной победой, и обещание, что официальная бумага будет готова в рекордные сроки — «к концу недели, максимум!».