Яков Томилко – Игры богов (страница 17)

Звон разрываемой кольчужной сетки и треск кожи явился прелюдией душераздирающего вопля. В прорехе истерзанного ботинка появился синюшный,  кровоточащий палец. Толстяк демонстрировал окружающим свои вокальные данные и достаточно посредственную пластику, стоит сказать, что даже на мой весьма не искушённый взгляд, он точно не Каррузо.

- Это всё ты, - Тумба в сердцах швырнул в Крысёныша камнем, - убью заразу! Попадись только мне.

К моему сожалению, гладиатор в вора не попал, хотя я всем сердцем желал ему успеха. Охая и причитая, пухляш подхватил сундучок и поволок его к воде. Из его нечленораздельных причитаний я понял, что он собирается утопить свою добычу.

- Постой, окликнул я его! - в моей руке блеснул золотой, мимикой и жестами я дал понять, что хочу обменять монету на ящик.

Тумба насупился, его зрачки забегали было видно, что мыслительный процесс не является его сильной стороной. В глазах толстяка мелькнула алчность, он уже был готов принять предложенную цену, когда появился Крысеныш. Недомерок вывалился из стелса и попытался выхватить из моих рук монету, но не тут-то было. Я легко двумя пальцами приподнял его и стряхнул, как надоедливую блоху. Хотел ещё отвесить смачного пендаля, но гадёныш, чувствуя, что за мной не заржавеет, отбежал на пару десятков метров. И уже оттуда прокричал.

- Тумба дас гоо нар! Он враг ферон! Обман дер лоз!

Толстяк что-то сказал в ответ и в знак отказа покачал головой. Когда они говорили быстро, я не понимал их. Я удвоил цену, но безрезультатно. Добавил пару сочных тушек, божественный аромат которых, заставил желудок Тумбы предательски заурчать. Пухляш взвалил сундучок на плечо, и, прихрамывая, направился к своим, но я не хотел так легко сдаваться. Всё моё естество вопило, что содержимое сундука мне очень пригодится. Я заступил Тумбе дорогу и потащил его к Джеймсу, нам явно было, что предложить этому оборванцу.

Подтащив Тумбу к мастерской, я жестами предложил, в обмен ещё и ремонт его снаряжения, прочность которого оставляла желать лучшего. Торги были в самом разгаре, когда, вопя и улюлюкая, прибежал Крысёныш, а вслед за ним и вся его компания.

- Что здесь происходит! - громко спросил Скала.

- Хочу купить! - пальцем указываю на предмет моего вожделения, выкладываю золото, еду, и, указывая пальцем на изорванные вещи гладиатора, добавляю, - ремонт.

- Да уж ремонт нам не повредит, - задумчиво произносит Кристиан, по нему видно, что он в принципе не против сделки.

- Нормальная цена нужно соглашаться, - внезапно вмешивается в разговор Евгений.

На этом и договорились. Джеймс, насвистывая, принялся улучшать свои навыки ремонта, а я, сняв с головы ненавистную шляпу, начал корёжить сундучок. Размеренные, глухие удары разнеслись по всей пещере. Вскоре угол расплющился и в небольшое отверстие я попытался разглядеть, что же там внутри. Перевернув ящик, я высыпал на землю несколько золотых монет, гораздо больше, чем заплатил за покупку. Прямо на глазах монеты стали исчезать, что сначала привело меня в недоумение, а потом я понял, что произошло. Рык и молниеносно брошенный ящик выбил из невидимости воришку. Конечно же, Крысёныш, а кто это мог быть ещё. Сомкнув пальцы на тощенькой шее, я приблизил его, расширившиеся от ужаса, глаза к своим клыкам, каждый из которых был с большой палец взрослого мужчины. Оглушающий рёв и недомерок напрудил огромную лужу, журчание было столь обильным, что я не сразу поверил, как столько жидкости могло уместиться в столь тщедушном тельце. Приняв из вспотевших ладошек похищенные деньги, я усадил воришку в лужу, пусть ходит теперь в мокрых штанах.

На то чтобы достать содержимое сундука, у меня ушло около четверти часа. Вот он сладостный миг триумфа, поднатужившись, я срываю крышку. Передо мной латные перчатки мирмиллона: броня рук увеличилась на пятьдесят, все статы выросли на пять единиц, получаемый урон снизился на десять процентов. Активируется бонус от двух предметов, мои статы увеличиваются на пять пунктов, а жизнеспособность на двести пятьдесят. При получении третьего предмета наносимый мной урон возрастёт на 10 процентов.

Я не сразу замечаю на дне ящика ещё один предмет, это кожаный колчан, он увеличит скорость стрельбы Джеймса и наносимый им урон, а значит, наша группа станет ещё сильнее. Пытаюсь привлечь внимание стрелка нежданным подарком, но он слишком занят своей работой, кладу прибыток рядом, закончит, разберётся. Присаживаюсь на брёвнышко и принимаюсь за сизифов труд. Сломанный ящик оставил на моём головном уборе несколько царапин, и от нечего делать я в очередной раз принялся их исправлять, полученный с вечера навык - «новичок ремонта» никоим образом не сказался на качестве проводимых мной работ. Повреждал я сильнее, чем восстанавливал, но до этого мне не было никакого дела, предмет-то неразрушимый.

Колчан Джеймса, чуть заметно дёрнулся и пополз в сторону, увлечённый своей работой, он даже не заметил этого. Краем глаза, я наблюдал за плавным движением вещицы. Да уж горбатого только могила исправит, а нашего воришку только дубина, мало ему, всё не уймётся. Джеймс увлечённо постукивал по нагруднику Скалы, выправляя многочисленные вмятины. Внезапно он перекинул молоток в другую руку и не глядя, стукнул по краю перевязи своего колчана. Визг, переходящий в полный боли вопль, Крысёныш выскочил в нормальное пространство, прижимая к груди искалеченную руку.

- Что же вы за звери-то такие, - скулил он, - я ведь всё верну, надо мне хоть как-то качаться я ведь вор.

- Ага, вернёт он, как же, - злобно прошипел Тумба, - это ведь ты, моё мясо зажилил, я только на секундочку глаза прикрыл! И всё ара-урай! Как корова языком слизала!

Гладиатор, пользуясь беспомощностью вора, несколько раз пнул его новеньким сапогом по спине. Ухмыльнувшись, Тумба полез в сумку к Крысёнышу и принялся вытряхивать оттуда всё подряд.

- Скала смотри, это ведь ты посеял? Лен, а это вроде твоя пропажа! - улыбаясь, толстяк что-то спрятал в карман.

Пока упыри потрошили неудачливого воришку, Джеймс вернул моей шапке былую чистоту, избавив поверхность от всех недостатков. Не дожидаясь окончания разборок, мы тронулись в обратный путь. До большой пещеры с Ретиарием мы не дошли метров сто, когда перед нами прямо из воздуха материализовался скелет, видимо прошло время респауна и началось возрождение мобов. Для возродившегося скелета, оно прошло весьма неудачно, в считанные мгновения мы обратили его в пыль. Дальнейший путь мы проделали осторожно, но без всяких происшествий, скелеты уже не представляли особой опасности, жаль конечно, что у меня не было щита, с ним бы вообще всё было просто лёгкой прогулкой. Открыв дверь в большую пещеру, я не то чтобы был поражен, так слегка озадачен, ибо наш вчерашний недруг ждал нас вместе со своей свитой.

- Что нам теперь с ними делать? - покусывая нижнюю губу, спросила Настя.

- Убивать их будем, медленно и самозабвенно, - ответил я девушке. Мухамад кивнул подтверждая истинность моего утверждения, - вот только щита у меня нет, так бы мы их просто растоптали.

- Почему же нет, есть! Просто не было случая отдать, - вмешался Джеймс.

Покопавшись в своём мешке он вытащил нечто... нечто огромное и несуразное. Вот если бы он достал из своих закромов молот Тора или копьё Одина я бы, наверное, удивился меньше. Наш ремесленник снял колесо от телеги, обил его деревянными плашками, обтянул кожей и сверху укрепил металлическими набойками. В моих руках был типичный древнегреческий гоплон[1]. Весу в этой хреновине было килограмм сто, чем рыжий заполнил середину я так и не понял. Надо отдать должное, сделано было на совесть, неплохие модификаторы защиты и огромная прочность делали сей предмет весьма ценным приобретением. Кроме того показатели урона у него были даже выше чему моего меча, как такое может быть я не знал, но испытать новую игрушку в бою мне не терпелось. Так же как и новую боевую возможность, ведь взяв двенадцатый, я улучшил «Рывок», теперь этот навык трансформировался в «Прыжок» и наносил существенный урон в сто пятьдесят процентов от моей силы, улучшать его можно было и дальше, либо увеличивая дальность действия, либо снижая время отката, а можно было и урон увеличивать, но прирост был незначительный и тратить очки навыка в этом направлении я посчитал нецелесообразным.

Мы аккуратно зачистили половину зала, когда появились наши собратья по несчастью, судя по их измождённому виду, скелеты задали им изрядную трёпку. Скала устало пристроился у стены и прикрыл веки.

- На фиг я стал танком, - негромко произнёс он, - лупят меня и лупят, а я ничего сделать не могу. Стою под ударами как телок на скотобойне.

- Ни чего к этому быстро привыкнешь, - попытался я ободрить его.

- Да фиг, я когда к этому привыкну! Лупят и лупят! Лупят и лупят... почём зря, - срываясь на крик, ответил Кристиан.

- Бог терпел и нам велел, - ничего лучшего мне в голову не пришло.

- Ладно, что тут у вас, - Скала выпрямился, позволив себе минутную слабость, он быстро взял себя в руки и был готов к новым трудностям.

На то, что бы зачистить оставшуюся половину зала у нас ушло минут тридцать не больше, небольшой перекур, восстановившись полностью мы, начинаем очередной бой с боссом. «Воодушевление» и мы срываемся с места. Ретиарий в стане, я по отработанной схеме начинаю с его спутника.