Яков Пикин – Записки телерепортёра. Книга вторая. Призрак счастья (страница 11)

Рита не стала мне врать, как Тая, что она в душе нетрадиционной ориентации. Просто сказала, что за время поездки она соскучилась по нежности. В принципе, Рита мне нравилась. Настоящая русская пышечка с искрой в глазах. Всё у неё было на месте (я успел её потискать однажды в коридоре) и к тому же упругие танцевальные бёдра...

Я прежде не говорил, но однажды в Вашингтоне она уже заходила ко мне в номер с предложением быть третьей. Однако нас тогда поселили с парнем из Перми, странным типом, с изрытым оспинами лицом, молчаливым и зажатым. Было в этом парне что -то от пробороненного поля с посаженным в него, но ещё не проросшим зерном.

Одет он был, как сейчас помню в табачного цвета костюм, коричневые ботинки и красно- белую рубашку с голубыми пуговицами. Пегие его волосы были аккуратно причёсаны. Очки с роговой оправой, висевшие на носу, он поправлял, смешно морща нос. Не знаю почему, но своим видом он напоминал недавно отремонтированный сельский дом культуры с флагом на крыше и сломанным морозами козырьком.

Когда Рита пришла к нам и стала намекать на секс, этот пермяк, уставившись на меня с таким лицом, будто хотел спросить: чего она?…Неужели насчёт этого? С одним тобой? Или с нами двумя? Вот прямо на этом поле с озимыми? Вот из –за этой его неопределённости разговор тогда и пришлось замять.

Теперь я думаю, что правильно сделал, отказавшись с ним от лямур де труа, поскольку секс втроём с таким парнем мог напомнить обед в общественной столовой, где первое принесли холодным, второе не доваренным, а по столу в это время бегали бы тараканы.

И вот теперь Рита снова пришла.

- Ну, что вы молчите? – Спросила она, с озорной улыбкой переводя взгляд с одного из нас на другого. Я, в принципе, не возражал против танго втроём. Но посмотрев Дину, я понял, что ничего не будет. Больше того её, кажется, оскорбило предложение Риты. Выражение её лица говорило: как ты посмела сюда прийти?! С чего ты взяла, что я соглашусь заняться с тобой любовью?

Поняв, что ей в очередной раз не светит, Рита с оскорблённым видом ушла. То, как Дина с ней поступила меня, меня признаться расстроило. Я думал, зачем? Ведь мы разъедемся, и никто из нас друг друга больше не увидит. Почему же тогда не повеселиться напоследок? И что за эгоизм? Дина даже меня спросила, хочу ли я этого. Решила всё самолично.

Признаться, в последнее время Дина стала меня раздражать. А, кроме того, она оказалась из тех женщин, которые предпочитали в постели всего один способ и не шли дальше двух известных поз.

Оставшись наедине с Диной, я вдруг почувствовал необъяснимую скуку. Нет, я не стал высказывать ничего ей, но начал так её охаживать, что в какой –то момент это стало напоминать насилие. «На! На!», кричал кто –то исступлённо внутри меня. «Получай всё одна, раз так хочешь!».

В какой –то момент Дина, яростно атакованная мною со спины, упала с кровати, но я настиг её и там. Потом она убежала в туалет, но я догнал её в туалете, и там продолжил проделывать всё это с ней, наклонив над унитазом. В конце концов, оба измученные, не глядя друг на друга, мы начали одеваться. Я чувствовал, как она недоумевает. Но мне было плевать.

На прощальной вечеринке перед самым отлётом ко мне подошёл Майкл, представитель американской стороны, и сказал:

- Я должен извиниться перед вами за то, что там в Нью Йорке мы хотели вас отправить домой. Это было досадным недоразумением (он именно так вычурно выразился: unfortunate misunderstanding). Мы поняли, что русские непосредственные и открытые люди. Вы не станете притворяться, если вам будет что –то не по душе. Вы об этом скажете. Этим вы сильно отличаетесь от нас американцев, мы –другие!

Рядом с Майклом, спиной ко мне стояли две симпатичные американки, и пили коктейль. Вдруг они обе повернулись, и я узнал их. У меня чуть не отвисла челюсть, таково было моё удивление. Это были Ольга и Тая! Но как они изменились!

Теперь я мог рассмотреть их. Они обе похудели, причём сильно, не знаю, как им это удалось. У обеих были великолепные причёски. Кожа на лицах у обеих была свежей и гладкой. Ольге, таким образом, я бы дал на десять лет меньше, Тая была абсолютно, то есть, совершенно другой женщиной, безо всяких следов обветривания, симпатичной и современной одновременно.

Похоже, они потратили все имеющиеся деньги на себя, но зато выглядели теперь просто сногсшибательно. Если я бы увидел их на улице, то наверняка бы прошёл мимо, подумав, ничего себе, какие интересные женщины!

Общаясь дальше с Майклом, девушки то и дело бросали взгляды на меня, словно бы спрашивая: ну, как мы тебе такие? Нравимся? Я даже подумал, боже мой, а не уговорили ли они Майкла на секс втроём? Мне очень хотелось спросить, но здесь, в Америке, об этом возможно нельзя было даже подумать, не то, что произнести вслух. Уж точно не в присутствии американца из проправительственного фонда!

Правда, не все изменения в группе были в лучшую сторону. Помните Марата из Казани? Чтобы сберечь выданные ему на поездку деньги, он целый месяц питался исключительно консервами и так похудел, что одежда болталась на нём, ка как вешалке. Щёки его впали, он едва ходил, совсем не шутил и не вызывал своим видом у окружающих ничего, кроме жалости.

В Домодедово, куда мы прилетели, Дину встречал муж. Собственно, она никогда и не скрывала, что замужем. Просто мы оба об этом деликатно помалкивали. И теперь вот он стоял рядом с ней - обычный парень, каких тысячи в России, небритый, хмурый, с суровым лицом, в куртке и вязаной шапочке.

Дина что –то рассказывала ему, спокойно, не кокетничая, дружелюбно и не изображая любовь, что мне понравилось. Дабы не компрометировать её, я прошёл мимо них со своим чемоданом мимо, даже не посмотрев в их сторону. И лишь отойдя на безопасное расстояние, я позволил себе один раз краешком глаза покоситься на Дину.

Она будто этого ждала, поймала мой взгляд, тоже посмотрев на меня. Её взгляд говорил: только умоляю, не выдавай меня! Поняв это, я отвернулся и больше на неё уже не смотрел.

Лишь выходя из аэропорта, я однажды нечаянно обернулся, споткнувшись от чьих –то ног сзади и вдруг снова увидел её. Она смотрела на меня. В её глазах я увидел столько отчаяния пополам с гордостью, что мне стало не по себе. Дина будто кричала этим своим взглядом: «ты не представляешь, куда мне предстоит вернуться! Ты понятия не имеешь, чего от меня будут требовать там. Поверь, мне придётся расплатиться сполна за всё, что я делала в Америке. И даже наверно больше. Но я ни о чём не жалею. Я вернулась из свободной страны, где вела себя, как свободная женщина»!

Глава вторая

Я становлюсь бандитом

Здесь начинается самая печальная и, пожалуй, самая некрасивая часть моего повествования. О торжестве моего «он».

После поездок заграницу я стал относиться к себе что -ли уважительней. При том, что отношение большинства людей ко мне при этом, что меня удивило, оставалось прежним. Мне казалось, что меня недооценивают, причём несправедливо.

Я старался всем показать, что способен на большее и что я стал другим, побывав заграницей, но на меня, как раньше, посматривали с иронией и даже лёгким пренебрежением –мол, знаем мы о ваших талантах, и нечего нам пускать пыль в глаза!

Но отдельные мои усилия всё же возымели действие, и однажды меня пригласил к себе в команду не кто –нибудь, а сам Влад Листьев, один из популярнейших в то время телеведущих.

Вместе с его командой мы приступили к созданию ток –шоу под названием «Тема». Для участия в шоу мы должны были отыскивать и приглашать всяких интересных людей, как правило, популярных актёров, известных режиссёров и политиков.

Перед тем, как пригласить героя на запись телепередачи, с ним нужно было встретиться, узнать подробнее о его личной жизни, расспросить, чем он занимался в молодости, или вообще, когда был маленьким и так далее, и тому подобное. И для этого были нужны толковые люди. Обязательно нужно было составить подробный план беседы с героем, подготовить вопросы для ведущего, которые помогли бы раскрыть героя и показать его с самых разных и неожиданных сторон.

Этим и я занялся. Писал сценарии для Листьева. Но, наверно, я был не очень хорошим автором, поскольку, как вы скоро убедитесь, со мной расстались. Тогда мне, казалось, что я круче всех, и раз я побывал на стажировке в Америке, то имею право на прибавку.

Теперь я думаю, что тогда я, скорее всего, себя переоценивал, но в то время мне казалось, что нет, нет, и нет!

Придётся сказать, что благодаря заграничным поездкам я скопил немного денег и на работу теперь приезжал на личном авто. Это при том, что остальные в то время ещё ездили на городском транспорте. Конечно, это были всего лишь подержанные «Жигули», но зато это была самая престижная модель того времени – девятка! Однако с покупкой машины появились и новые заботы: купить резину, поменять запчасти, пройти техосмотр…

Вскоре я начал замечать, что денег у меня не хватает. А о повышении зарплаты никто не заикался. Я не понимал –почему? Популярность ток -шоу росла, его рейтинг становился выше, а зарплата не увеличивалась. Мне это казалось несправедливым. Я не знал, что «звериный оскал капитализма», про который мы учили в советской школе, стал у нас уже не просто словесной угрозой, а вполне ощутимой реальностью.