Яков Барр – Оракул (страница 43)
— Вам понадобится транспорт. Вы уже сейчас думаете свистнуть в багажном отделении велосипед, не так ли?
— Ну не свистнуть…
Я и правда хотел разжиться велосипедом или мотороллером с электродвигателем, но собирался не красть, а озадачить штабс-капитана Березкина, может быть даже за те же 200 рублей.
— Так вот совет: не стоит сразу кидаться в погоню, сломя голову. Вернитесь на пару километров, там найдете транспорт. Только наши деньги там не в ходу. А вот хорошее спиртное всегда в почете. И пальто тридцать восьмого размера, осень близко, знаете ли. Можно побродить по дьюти-фри, или, если вы торопитесь, я очень быстро все устрою. Понадобится еще сотен пять, но я возьму только малую толику в качестве очень скромных комиссионных! Честное слово!
Расхохотавшись, дал ему еще полтысячи. И он действительно очень скоро вернулся с вкусно бренчащим пакетом, а также еще одним свертком с неизвестным мне брендом на боку.
Газетчик явно хотел посмотреть, как я уйду в кроличью нору, но я наградил его тем же взглядом. что полчаса назад достался любопытному Березкину. Советчик понял намек и испарился, дав мне наконец возможность убрать в карман покупки.
Я провалился в густой русский лес, не в самую чащу, но на поляну, окруженную огромными дубами и елями. След оракула и его спутника я уловил сразу. Надеюсь, им окажется пресловутый и неуловимый Красный гость, и я наконец поймаю его за какое-нибдуь интересное место.
Я пошел по следу и через две минуты вышел на шоссе. Асфальт выглядел древним и заслуженным, но в целом дорога оставалась в хорошем состоянии, хотя через трещины обильно проросла трава. Похоже, здесь давно не ездили машины.
Мох на деревьях позволял довольно четко определить стороны света. Беглецы удалялись на восток, но газетчик мне советовал сходить в другую сторону, а значит на запад. Туда я и направился и действительно через пару километров вышел к маленькому поселку, застроенному кирпичными бараками того едко красного цвета, что в позапрошлом веке отличал заводы.
В одном из окон горел свет. Здесь явно работало электричество, что меня уже перестало удивлять. Интересовало другое: я наткнусь на осевшего в этой глубинке инвейдея или же наконец встречу коренного жителя погибшего мира.
Поднявшись по невысокому, в три ступеньки, крыльцу, я постучался. Тяжеленная на вид железная дверь, крашеная в бордовый цвет, не шелохнулась, пришлось стукнуть по-настоящему, с применением ликвора.
Из-за толстенной двери по-прежнему не был ничего слышно, но я смошенничал, призвав на помощь ликвор, и все же расслышал чьи-то шаркающие шаги. Не хватало только ворчания из беззубого рта: «иду я, иду, чего шумите-то!», чтобы дополнить образ старушенции, медленно спешащей встречать гостя.
Дверь с ожидаемым скрипом распахнулась, но вместо божьего одуванчика меня встретила женщина лет сорока, очень даже привлекательная для своего возраста.
— Путник? — спросила она, оценивающе разглядывая меня с ног до головы. — Не часто у меня бывают гости. С чем пожаловал?
Хмыкнул и достал, как могло показаться со стороны, из воздуха бренчащий пакет с гостинцами.
Секрет шаркающей походки раскрылся быстро, хозяйка хромала на левую ногу. Квартира напоминала типичное жилище московского профессора советских времен. Тяжелый сервант, за стеклянной дверцей которого красовались фарфоровые чашечки и хрустальные бокалы. Часть из этих сокровищ перекочевала на круглый стол, который наверняка раздвигался, но сейчас в этом не было смысла.
И только одна деталь выбивалась из общей картины.
— Какой роскошный камин! — воскликнул я искренне, с удовольствием рассматривая это произведение искусства, украшенное изразцами.
— Когда-то это была печь, — пояснила хозяйка. — Но потом переделали под электричество. Так уж вышло, что его у меня много. По сути, я — единственный потребитель электроэнергии на сотни километров.
Я выставил на небольшой сервировочный столик содержимое пакета. Газетчик отлично справился с задачей: он закупил каждой твари по паре, не забыв и про закуску, в пакете нашлись пара шоколадок и сок.
Я выставил все это булькающее богатство на сервировочный столик. Хозяйка придирчиво осмотрела бутылки и ткнула пальцем в виски.
Я разлил напиток по стаканам, по комнате разнесся глубокий запах горящего торфа, отчего электрическая печь показалась живой и настоящей.
— Будем знакомиться, путник? Меня зовут Варвара. А тебя как?
Я на мгновение «подвис». Какое из моих фальшивых имен выбрать для этого знакомства? Я бы сказал настоящее, но нет его у меня. Затягивать паузу не хотелось, так что я принял решение.
— Я — Алексей.
— Ну, Леша, за знакомство!
Мы чокнулись.
— Приятно познакомиться, Варя.
Что-то басовито заухало за окном. Земля дрогнула, заставив стекла жалобно звякнуть. Казалось, будто великан топнул ногой. Варвара поморщилась, но не испугано, а скорее с досадой, типа мешают тут всякие.
— Каково это было? — спросил я и задумался, как сформулировать «был мир как мир, а стал осколок».
Если вдуматься, я впервые вижу местного жителя в осколке. Если, конечно, не считать тех зубастых мячиков, что чуть не слопали одного гоблина. Как ни странно, хозяйка поняла меня с полуслова.
— Да как в фильмах ужасов. Просыпаюсь утром, а вокруг не души. Один нюанс, засыпала я не здесь.
Посмотрев на мою изумленную рожу, Варвара расхохоталась.
— Ты подумал, что я местная? Нет, конечно. Был тут один, вроде тебя, путешественник. Он мне растолковал, что миры умирают долго, на тысячелетия переживают жильцов.
— Не похоже, чтобы все это простояло тысячи лет, — Я ткнул пальцем в окно, за которым сквозь тюлевую занавеску виднелся поселок.
— И я то же самое спросила. Толком он ничего не ответил, мямлил что-то про нелинейность времени, но меня умными словами не впечатлишь.
Снаружи раздался вой.
— Кто это? — поинтересовался я.
— Да так, — отмахнулась хозяйка, — не бери в голову, домашнее животное соскучилось.
— Хочешь, выведу тебя в большой мир? — предложил я.
Нет, ну правда, она явный инвейдей, но вдруг не умеет кроличьи норы открывать?
Глава 25
Интерлюдия
Стив Стивенсон по прозвищу Дабл Эс пил кофе на кухне крохотного коттеджа на берегу Красного моря. Кто-то счел бы его поведение наглым и даже бесцеремонным, никакого права находиться в этом уютном домике Стив не имел, тем более готовить или распивать на кухне разные бодрящие напитки.
С другой стороны, хозяин, а точнее арендатор дома вряд ли предъявил бы претензии. Элен Баркли, неизменная помощница Стива, как раз закончила осмотр помещения и теперь докладывала боссу то, что он понял, едва переступив порог. Оракул не прожил в этом доме ни минуты. Зато целый час здесь провела какая-то женщина.
— Брюнетка! — уточнила Элен, упаковывая черный волос в пакетик для улик.
Сама помощница отличалась платиновыми волосами, причем, как она всем говорила, такой цвет у них был от природы. Равно как и ее изящная, точеная фигура.
Девушка пробежалась по кухне, принюхиваясь и забавно шевеля при этом носом, что делало ее похожей на гончую. Кстати, именно таков и был ее позывной: «гончая света», как перефраз распространенного выражения «гончая тьмы»*
— Она пила кофе, пока ждала его. Простите, босс! — Элен выхватила кружку из рук закатившего глаза Стива. — Из этой чашки. Вы хорошо ее помыли? Так недолго и сифилис подхватить.
— Что? — вытаращил глаза Дабл Эс.
— Но вы не волнуйтесь, пришельцы не болеют.
— А говорят, что меня люди боятся, — проворчал Стив себе под нос.
— Так то люди, а я — ваша верная помощница, почти гаджет. И даже немного нейросеть.
— Никогда не видела, как люди в гневе телефоны об стену разбивают? — Стив вытаращил глаза, делая очень страшное лицо. — Где чертов оракул? Изображение этой… брюнетки, имеется?
— Камеры тут на каждом шагу, — Элен пожала плечами. — Но меня терзают скверные предчувствия.
— Все равно иди проверь, — отмахнулся Дабл Эс.
Элен вытянула руку ладонью в универсальном жесте любимой жены «дай денег». Дабл Эс положил на эту ладонь пачку пластиковых карт. Они моментально исчезли, но девушка вновь вытянула руку.
— Что еще? — спросил Стив с напускным раздражением.
— Наличные тоже понадобятся, — Элен требовательно пошевелила рукой.
— Свои дашь, не маленькая!
— Нет уж, я свои деньги с казенными не смешиваю. И вам, босс, не советую.
Через полчаса гончая света возвратилась.
— Мистика, босс!
— Докладывай. И оставь свои ужимки. Я устал.
Игривость и нотки флирта пропали из голоса мистера Стивенсона. Что ж, Мисс Баркли так же перешла на деловой тон. Как и положено при ее работе, Элен была прекрасным хамелеоном и подстраивалась под настрой людей, что были ей полезны. Или опасны, что, наверное, еще важнее. Дабл Эс являлся и тем, и другим.