Яков Барр – Мастер молний. Книга II (страница 5)

— Я вижу, ты поняла, куда попала.

— Ты мне ресторан обещал! — напомнила непоседа.

— Пошли, заслужила!

Когда мы насытились, я велел Алисе возвращаться в квартиру Беринга. Да, мне еще надо привыкнуть считать ее своей. Или не надо, можно и продать той же назойливой соседке.

— Кстати, — вспомнил я. — Тебя зовут Алла, ты моя племянница из Костромы. Неразговорчивая племянница, прошу заметить. Так что не болтай с соседями, проколешься на куче подробностей. Ты не знаешь и русской жизни и о «родном» городе ровным счетом ничего. Так что здрасте-досвиданья, не более. «У меня живот болит, я побежала». Ясно?

— Как божий день! — ответила Алиса по-русски. — А ты куда собрался?

— Вот еще буду перед ученицей отчитываться, — надулся я. — Но если тебе уж так интересно, я поехал в аэропорт, еще в такси, которое увозило меня от безопасников, я купил себе билет до Рима.

— Ты меня бросаешь? — уже с реальным ужасом в голосе спросила Алиса.

— Ненадолго. — успокоил я ее. — Вот тебе ключи, вот деньги. Паспорт я тебе сделаю, попытайся не попасть в неприятности. По-русски ты разговариваешь, магазин найдешь, еду купишь. Медитируй, упорядочивай каналы и смотри кино, без него у тебя ни язык не устаканится, да и о местной жизни ты ничего не поймешь.

В Риме я прошел паспортный контроль. Зашел в уборную и хотел уже перенестись в московскую квартиру, попрощавшись с мистером Манном. Ему в России явно не место. И тут моя бездонная сумка задергалась в руках, будто бы оттуда кто-то настойчиво просился наружу.

Глава 3

«Яйцо! — вспомнил я. — Только родов посреди аэропорта с появлением не пойми какой твари мне не хватало!»

Юркнув в тень от греха подальше, я достал из сумки возмутителя спокойствия. Камень, из которого был сделан таинственный предмет, потерял гладкость и глянцевость. Поверхность покрылась сеткой трещин, они складывались то ли в руны, значения которых я не понимал, то ли просто в случайный узор. Они горели, но такое свечение мало кто сподобится увидеть за всю свою иногда и долгую жизнь. Трещины излучали черный свет, не хуже белого разгонявший полумрак Тени.

На моих глазах узор становился плотнее и красивее. Ясно к чему идет дело — в какой-то момент он усложнится настолько, что камень разлетится, как и положено скорлупе при рождении цыпленка. Но что за курочка появится из этого «ценного груза»?

Времени я зря не тратил, только глянув на трещины, покинул аэропорт, открыв портал на виллу Costa Viola. Точкой переноса я почти рефлекторно выбрал смотровую площадку над пропастью, в глубине которой виднелись развалины монастырь. Вторым прыжком я отправился туда. Но скептически поглядев на печати провалов в другие миры, перенесся на пляж под нами. К счастью, там по-прежнему было пустынно, как и на самой вилле.

Этого мне тоже показалось мало, я создал лодку и поплыл подальше от берега. Не греб, конечно, мчался на чистой магии. И только когда меня со всех сторон окружила вода, а земля окончательно скрылась из виду, я позволил нам остановиться.

Место я выбрал не случайно, здесь пересекались воздушная силовая линия и ее водная сестричка. Я предчувствовал, что энергия мне пригодится, и не в том количестве, что способно родить тело с тремя открытыми печатями.

Здесь я уже спокойно и без суеты начал вникать в этот загадочный предмет. После изучения, которое заняло несколько минут, а может быть и часов, я в процессе впал в транс, в котором понятие «время» потеряло смысл. В итоге я не приблизился ни на шаг к пониманию того, что должно вылупиться из каменного яйца. Зато оценил иронию судьбу: я точно также проклюнулся две недели назад, только яйцо было обсидианово-черным.

Так же я нашел способ ускорить процесс, не повредив тому существу, что сейчас отчаянно рвалось в мир. Напитав указательный палец правой руки энергией, чуть ли не превратив его в молнию, я ткнул в точно рассчитанную точку на «скорлупе». От него как круги по воде разошлась целая волна трещин, и я, повинуясь импульсу, выпустил яйцо из рук и поднял левитацией в воздух на пару метров.

И наконец торжественное рождение началось. Тьма, сочившаяся из трещин, окутала яйцо сплошным коконом. А потом оно не взорвалось нет, скорее провалилось само в себя. Вода под днищем лодки и воздух над моей головой взревели как раненные монстры, втягиваясь в образовавшуюся бездну.

Спасибо, Минерва, удружила! Чуть ли не в моих руках возникла и теперь убивает мой родной мир крошечная, новорожденная черная дыра. Используя, все силы, что я смог собрать из этого богатого энергией места, я начал укутывать «малышку» все новыми и новыми слоями защиты, будто пеленками и одеяльцами.

К счастью, я имел представление, какая именно защита требовалась, потому что уже сталкивался с черными дырами. Они не всегда рождаются из погасших звезд. Нарушение пространственно-временного континуума может иметь самое разное происхождение, но я до сих пор не пытался относиться к ним даже как к разумным существам непривычной расы. Или хотя бы как к экзотическим зверькам.

Создав вокруг новорожденной несколько слоев магических экранов, я обратил внимание на происходящее вокруг. Вода и воздух, избавившись от воронки, что только что засасывала их, начали разбегаться во все стороны круглой многометровой волной. Я мог только порадоваться, что отплыл от берега и, вспомнив все, что знал о магии погоды, принялся усмирять цунами. Через пару минут мне это почти удалось, снизив уровень хаоса до обычного шторма. Такой катаклизм побережье Калабрии сможет пережить.

Теперь пришло время подумать, куда бы малышку уложить спать. Чем ее кормить, я подумаю завтра. Она замечательно созрела в моей бездонной сумке. А там находится не просто дополнительное пространство, там царит стазис, в котором теряет смысл само время. Можно взять куриную ножку со сковородки, убрать в сумку и достать ее через пару лет такой свежей, горячей и вкусной. И вот в этом безвременье яйцо вполне успешно созрело для родов.

Возвращать в общее хранилище черную дыру — безумие, я пока не придумал ничего более умного, чем создать для нее собственное. Я смастерил зеркало в мой рост и принялся ритуальным кинжалом, у меня их огромный ассортимент хранится в сумке, вырезать на собственном боку нужные руны. Выращу карман в себе, любимом, больше пока я не могу ничего придумать. Мне очень нужна библиотека на Юпитере! И, конечно, я жажду поговорить с Минервой по душам!

После часа кропотливой и очень даже болезненной работы, я стал как ежик из песни: буду ходить и посвистывать дырочкой в левом боку. Только дырочка слишком черная. На каламбуры меня потянуло от стресса.

Покончив с родовой лихорадкой, я наконец-то смог вернуться в Москву. Слевитировав над лодкой, я ее развеял и перенесся в квартиру Беринга. Я еще не привык считать ее своей, нужно было обжить ее или же продать, осчастливив соседку.

После обнимашек, к которым я начал привыкать, Алиса поставила передо мной вопрос ребром: через три дня Новый Год, а в России — это важный праздник. Я пожал плечами и поскольку не собирался возиться с застольем, то велел ученице разыскать нам дом отдыха в Подмосковье, в котором нас накормят, напоят и развлекут.

Алиса усомнилась, что в такие даты осталось незанятые места, на что я резонно возразил, что любой дефицит решается переплатой, а уж с чем-чем, а с деньгами после итальянских приключений у нас проблем не было.

У Беринга на столе красовался большой и мощный компьютер, я нашел в Сети ссылки на банковские личные кабинеты, и провел ревизию его-моих финансов. Их было небогато и для люксового отеля явно не хватало, но зато у меня кошелек лопался от наличных, так что не позднее, чем завтра, я счета пополню.

Так же я должен был восстановить пластиковые карточки, утерянные при моей первой смерти. Тоже дело техники, проблема только со сроками. Близился праздник, за которым следовали долгие каникулы, в течение которых никто толком не работал. Я хотел уже решить проблему магией, для чего уже продумал несколько методов, но, обшаривая ящики стола, вдруг нашел карту, которую он не носил с собой. Пин-код Беринг помнил, хотя и его я бы узнал, просто сунув карту в банкомат.

Аналогичная проблема возникла с паспортом, который погиб вместе со мной. Но тут как раз пригодилась магия. После ритуала «Вспомнить все» я знал, как выглядел паспорт Беринга. Так что я попросту его воссоздал по сохраненному в памяти образу так же, как, к примеру, еду или одежду.

А вот с Алисой все было сложнее! Американка Элисон Копперленд, она же — Анна Манн, трагически погибла при пожаре в гостинице Мариотт Кортъярд Тверская. В России же моя ученица не существовала. Даже просто создать ей новую личность, изготовить фальшивый паспорт и как-то прописать в базы данных — не выход. То есть технически это не сложно, главное найти местного Беню Блофилда, человека, который в этом разбирается.

Но в отличие от Северо-Американских Штатов Россия — страна феодальная, если я хочу, чтобы Алиса считалась дворянкой, ей следовало стать частью какого-то существующего рода. А ведь я ее объявил родственницей!

Повертев в кипящих мозгах все проблемы, я посадил Алису искать генеалогию семьи Беринг. Пансионат она, кстати, нашла, в нем был свободен люкс, который стоил на нужные даты как, наверное, целый Мариотт.