Яков Барр – Марсианская комната (страница 27)
Это позволило парому, прибывшему в час, забрать две трети эвакуированных, затолкав их на борт в режиме «сельди в бочке». Даже при таком удачном стечении обстоятельств, оставшиеся люди разместились на станции без малейшего намека на комфорт. Синтезатор кислорода и система очистки воды позволяли беженцам выжить в железной коробке, висящей в пустоте, около восьми часов. Еды на такую ораву на станции не хватало.
Технический карантин, упомянутый капитаном Полсоном, означал, что весь багаж, кроме ручной клади, остался в Оазисе. Главным образом запрет касался роботов. Управляющий комплексом Кларк Бернс настолько впечатлился меморандумом луддитов, что следил за деятельностью этого движения с параноидальным вниманием. Паранойя принесла плоды в тот момент, когда Бернс с первых признаков распознал в сбое систем работу вируса. Чтобы спасти станцию, паром и сотни жизней, он категорически пресек попытки забрать любую технику. О вместимости парома или станции он в тот момент не думал. Когда гости пытались бунтовать, он уверял их, что оставшееся имущество будет отправлено отдельными челноками, и напоминал им об обязательной страховке, которая входит в билет на паром. Так ему почти удалось избежать паники.
Паром стартовал в половине второго, опередив график на два с половиной часа. Первая волна беженцев достигла станции на земной орбите в десять тридцать, уже в одиннадцать большинство из них коснулось асфальта на космодроме. На станцию ни встречающих, ни журналистов, естественно, не пустили, но в зале прибытия на Земле скопилась возбужденная толпа.
Мгновенно сеть заполнилась снимками и роликами, а чуть позже интервью. Алекс Каро лично руководил этим всплеском интереса. Ему предстояло написать несколько пламенных речей и заставить ораторов их выучить, а потом произнести в нужное время в нужном месте без отсебятины.
В полдень грузовой шаттл приземлился на отдельной площадке рядом с сортировочной станцией. Он состыковался с окном распределителя, выгружая содержимое на конвейерную ленту. На станции дежурили три человека. Двое из них сидели в офисе на втором этаже, вовсе не обращая внимания на процесс. Третий, получавший несравненно меньше денег, обязан был присматривать за работягами. Его звали Питер Лоуренс, он взглянул на подопечных раз или два, прежде чем ушел с головой в Сеть. События на Луне волновали Лоуренса, Оазис находился так близко от шахтерского городка. Эта близость давала ощущение причастности, хотя сам Питер Землю не покидал и в ближайшие лет двадцать не собирался.
2077.05.15. 12:30
Контейнер с правильным шестнадцатеричным кодом выплыл на ленту конвейера. Гермес Пятнадцатый снял посылку, обернул ее защитной пленкой и направился к выходу.
— Куда это вы направились, любезный господин? — поинтересовался Питер Лоуренс, неохотно оторвавшись от экрана.
В городе происходило интересное — сразу на трех площадях собирались стихийные митинги. Стихию подогревали специально обученные люди, но этого Питер знать не мог.
— Срочная доставка, — равнодушно откликнулся робот, замерев на полпути.
Лоуренс сверился с компьютером, доставка там значилась, махнул рукой и вернулся к свежим новостям. Гермес вышел на улицу.
2077.05.15. 13:25
Лиза Мо проснулась на кровати с балдахином. Одежда, найденная в шкафу, подошла по размеру, но не по фасону. Лиза выбрала белый комбинезон, показавшийся не слишком отвратительным, и белые теннисные туфли. К счастью, под них удалось подобрать носки.
Она заглянула за шторку, чтобы освежиться, а после попробовала выйти на экскурсию. Дверь в коридор оказалась заперта. «Будь как дома. Как же, как же».
Лиза хотела вернуться на кровать и проверить, поймает ли планшет сеть без помощи домашней системы. Лиза привыкла, что стены ей помогают, здесь явно было не так.
Не успела она пройти и пару шагов, как дверь открылась, впустив горничную.
— Госпожа Лиза, — Глория присела с поклоном. — Вас просят в столовую, я провожу.
Книксен, вспомнила Лиза слово. Полковник был бы прекрасен, делая книксен в пробковом шлеме. «Жаль, что мы его не научили. Хотя бы кланялся, невежа».
Проводник и впрямь понадобился. Лиза насчитала три поворота по пути в столовую, хорошо еще, что располагалась она на том же этаже. Времени почти хватило, чтобы приготовить маску «Лиза семейная» для предстоящего разговора с родственниками.
За столом прислуживал человек во фраке, хозяева не потрудились его представить, и Лиза обозвала слугу Грачом.
Обед подходил к концу.
— Что желает юная госпожа? — осведомился Грач. — Чай, капучино?
— Черный кофе, — ответила Лиза-Вежливая.
— Не вредно ли это для девушки? — с фальшивой заботой отозвалась мать, — подумай о своих зубах.
Лиза-Примерная Дочь широко улыбнулась, демонстрируя, что с зубами у нее полный порядок. Она уселась на предложенное место, оказавшись меж двух огней — слева дедуля, справа мамуля. Грач, не вступая в стоматологическую дискуссию, послушно налил ей коричневый напиток из кофейника.
— Желаете сахар?
— Сахар, две ложки, и корицу, — попросила Лиза-Гурман.
— Ты так нас удивила. Взяла и сбежала, да и куда, на Луну! — приторным голосом выговаривала мать. — Отец волновался, я знаю. И мы все тоже.
Ни одна из Лиз не нашлась, что ответить.
— Мы понимаем, ты уже не ребенок, взрослая девушка, — продолжала капитан Анна, — но все-таки в семье решения не принимаются вот так, тайком. Мы все уже немолодые люди, жизнь нас слишком часто пугает.
— Просвети нас, взрослая девушка, что ж тебя на Луну вдруг потянуло? — Вступил дедуля.
— Интересно, — выдавила Лиза-Внучка.
— Охотно верю, — продолжил Август, — и тем не менее девушка в семнадцать лет должна интересоваться живыми юношами, а не роботами. Даже если нарядный робот машет японским мечом. Твой отец умеет делать нарядных роботов.
Лиза допила свой кофе и начала вертеть пальцами чашку. По тонкому фарфору скатилась капля, испачкав белый комбинезон. Август нахмурился.
— Может быть, тебе неуютно в твоем доме? Этот ваш робот-нянька вряд ли чрезмерно заботлив. Как вы его зовете?
— Полковник, — ответила Лиза.
— Дедушка хочет спросить, — вмешалась Анна, — хорошо ли тебе спалось в твоей новой комнате?
— Да, точно, как спалось, шорохи не мешали?
Лиза вытянула руку с чашкой и разжала пальцы. По узорному паркету брызнули осколки.
Дедушка Август молчал, наверное, полминуты.
2077.05.15. 13:45
Три человека вели митинги в городе: полноватая высокая женщина лет пятидесяти, белобрысый очкарик девятнадцати лет и мужчина тридцати пяти, худощавый и жилистый, про таких говорят «видал виды».
Их отбирали за нездоровый блеск в глазах, умение как импровизировать, так и выучить объем текста, луженую глотку. Сценарии отличались по минимуму, писал их Алекс Каро, репетировал с ораторами лично Генерал Лудд. Он же тренировал их на стресс. Сам Лудд, равно как и его команда, на улицы не вышли, не было там и Каро. Только случайные прохожие, только народ.
На площади Победы выступал жилистый.
— Что делают с бешеной собакой? — кричал он в толпу.
Партнер из публики отвечал:
— Пристреливают!
И люди вторили:
— Пристреливают!
— Что делают с бешеным буйволом?
— Пристреливают! — кричала толпа, уже знавшая правильный ответ.
— Что же нам делать с безумными машинами-убийцами?
И помощник подсказывал:
— Разбить!
— Я не призываю вас проливать горячую кровь человека! Никогда! Но бешеных роботов — под пресс!
Митинг на площади естественным образом перетек в шествие. Толпа вылилась на проспект Свободы.
Гермес Пятнадцатый вышел из автобуса, о чем отчитался перед Кицунэ. Роботы, как правило, пользовались наземным транспортом, что в итоге уберегло Гермеса от косых взглядов в космопорту. Он должен был пройти всего-то четыре квартала до железнодорожной станции, путь недалекий. Преодолеть его пешком быстрее всего.
Переулком Гермес вышел на проспект, сэкономив тем самым три минуты. Он успевал на вокзал с запасом, там ему был заказан билет.
2077.05.15. 13:50
— Этот сервиз был изготовлен в Стаффордшире на заводе Джозайи Веджвуда в тысяча восемьсот шестьдесят третьем году, — голос Августа Райта оставался бесцветным. — Пятнадцать минут назад он стоил на аукционе Баттерфилд двести тридцать тысяч, в данный момент его цена не превысит ста пятидесяти, поскольку сервиз не полный. В этом доме, Лиза, неосторожность стоит больших денег, я бы попросил учесть это на будущее.
Лиза вдруг вспомнила, что должна проверить, как движется ее посылка.
— Я устала, — сказала Лиза-Озабоченная.
А Лиза-Вежливая добавила:
— Благодарю.
— Я отведу тебя, — мать подлетела к двери.