Якоб и – Страшные сказки братьев Гримм: настоящие и неадаптированные (страница 43)

Когда они были приведены к королевне, та приказала сшить двенадцать охотничьих одежд, совершенно одинаковых, и нарядила в те одежды одиннадцать девушек, и сама надела на себя двенадцатую, такую же точно.

Затем она простилась с отцом, поехала из родительского дома и направилась вместе со своею свитою ко двору бывшего жениха, которого она так крепко любила.

Она спросила у него, не нужны ли ему охотники и не может ли он их всех разом принять на службу?

Король поглядел на нее и не узнал; но так как все это были такие красивые, бравые ребята, то король согласился всех принять на службу, и таким образом все двенадцать девушек поступили к королю в егеря.

Но у короля был в доме лев, и предиковинный: ему было известно все скрытое и тайное. Вот он однажды вечером и говорит королю:

– Ты небось думаешь, что к тебе поступило на службу двенадцать егерей?

– Ну да! Конечно, двенадцать егерей! – отвечал король.

– Ну так я тебе скажу, что ты ошибаешься, – сказал лев, – это у тебя не двенадцать егерей, а двенадцать девушек.

– Быть не может! Как ты мне это докажешь?

– О! Очень просто! – сказал лев. – Вот вели-ка у себя в передней рассыпать по полу горох, так и сам сейчас увидишь, правду ли я говорю. Ведь мужчины-то ступают на ногу твердо, и когда пойдут по гороху – ни одна горошинка не двинется; а девицы-то ступают нежненько, словно скользят либо перепархивают, вот горох-то у них под ногами и раскатывается.

Понравился королю совет, и велел он у себя в передней горох рассыпать.

Но у короля был слуга, который дружил с охотниками, и, как только узнал, что им предстояло выдержать испытание, пошел к ним, пересказал им все, что против них затеяно, и добавил:

– Лев хочет доказать королю, что вы девушки.

Поблагодарила его королевна и потом сказала своим товаркам:

– Сделайте над собою усилие и ступайте на горох покрепче.

Когда же на другое утро король позвал к себе своих двенадцать егерей, то они так твердо прошли по гороху и поступь у них была такая веская и уверенная, что ни одна горошинка с места не двинулась и не покатилась.

Когда они удалились, король сказал льву:

– Ты меня обманул: поступь у них молодецкая.

– Потому что они знали о затеянном нами испытании и сделали над собою некоторое усилие. А вот ты вели поставить в передней двенадцать самопрялок, так и увидишь, что они тотчас к ним подойдут и обрадуются им – не то что мужчины.

Понравился королю совет, и велел он поставить самопрялки в прихожей.

Но слуга, который к егерям относился честно, пошел к ним и открыл затею короля.

Тогда королевна наедине со своими одиннадцатью товарками сказала:

– Смотрите, поостерегитесь и, проходя мимо самопрялок, даже не оглядывайтесь на них.

И вот, когда на другое утро король приказал позвать к себе своих двенадцать егерей, то они, проходя через прихожую, даже и взглядом самопрялки не удостоили.

Король и сказал льву:

– Вот видишь, ты опять мне солгал; мои егеря – мужчины! Они на самопрялки ни разу не глянули.

– Они знали, что самопрялки поставлены им для испытания, – сказал лев, – а потому нарочно не глянули!

Но с той поры король потерял ко льву всякое доверие. Двенадцать егерей постоянно сопровождали короля на охоту, и он чем дальше, тем больше к ним привязывался.

Вот однажды во время охоты пришла к королю весть о том, что невеста его уже в дороге.

Когда первая невеста это услышала, ей так было больно, что у нее сердце надорвалось от горя, и она без чувств пала наземь.

Король подумал, что с его любимым егерем приключился какой-нибудь недуг, и он, желая помочь ему, подбежал и поспешил снять с его руки перчатку.

Тут он заметил кольцо, которое когда-то дал своей первой невесте на память, и, глянув ей в лицо, тотчас узнал ее! Он так был растроган, что поцеловал ее и сказал:

– Ты моя, а я твой, и никто в мире нас разлучить не может.

А к другой невесте послал гонца и просил через него, чтоб она вернулась в свое королевство, потому что у него уже есть супруга, а кто старый ключ разыщет, тому уж не нужен новый.

Затем была отпразднована свадьба, и при этом случае лев опять вошел к королю в милость, потому что все же оказалась его правда.

Вшестером целый свет обойдем

Давно, очень давно жил на свете такой человек, который разумел разные искусства. Служил он и в военной службе и выказал себя на войне мужественным воином; когда же война окончилась, он вышел в отставку и получил три геллера на дорогу.

– Ну, – сказал он, – не очень-то мне это по нутру! Вот если я сумею подобрать настоящих молодцов, так королю, пожалуй, придется выдать мне на руки сокровища всей своей земли.

Пошел он в лес и видит там человека, который вырвал шесть деревьев с корнем, словно соломинки. Он и спросил его:

– Хочешь ли ты поступить ко мне на службу и всюду за мною следовать?

– Ладно, – отвечал тот, – но только я сначала снесу моей матушке вязаночку дров!

Взял одно из деревьев, замотал его вокруг остальных шести, взвалил всю вязанку на плечи и понес. Потом вернулся и пошел со своим новым господином, который сказал:

– Мы вдвоем, конечно, весь свет обойдем!

Прошли они немного и повстречались с охотником, который, стоя на коленях, приложился из ружья и прицеливался. Бывший вояка и спросил его:

– Охотник, ты кого же подстрелить собираешься?

А тот отвечал:

– Да вот в двух милях отсюда на ветке дуба сидит муха, так я хочу ей левый глаз прострелить.

– Ого! Ну так ступай за мной, – сказал ему вояка, – мы втроем весь свет обойдем!

Охотник согласился и пошел за ним следом, и они втроем пришли к семи ветряным мельницам, которые живо работали крыльями, хотя ветра никакого не было и ни один листок не шевелился на дереве.

– Понять не могу, отчего вертятся мельницы, в воздухе никакого дуновения не заметно, – сказал вояка и пошел со своими слугами далее.

Когда же они прошли мили две, то увидели, что сидит на дереве человек и, прикрыв одну ноздрю, дует из другой.

– Эй, ты что ты там на дереве делаешь? – спросил вояка.

И тот отвечал:

– А вот, в двух милях отсюда стоят рядом семь ветряных мельниц, я отсюда дую, они и вертятся.

– Ого! Ступай и ты со мной! – сказал вояка. – Ведь мы-то вчетвером весь свет обойдем!

Слез парень с дерева и пошел за ним вслед, а немного спустя увидели они и еще молодца, который стоял на одной ноге, а другую отстегнул и около себя поставил.

– Это ты ловко придумал для отдохновения! – сказал ему вояка.

– Да ведь я скороход, – отвечал молодчик, – и вот для того, чтобы не слишком быстро бегать, я и отстегнул себе другую ногу, а то ведь когда я на двух ногах бегу, то за мной и птицы не угонятся.

– Ого! Ну так ступай же и ты с нами! Ведь мы-то впятером весь свет обойдем.

Пошел и этот за ним следом, и несколько времени спустя повстречались они еще с одним молодцом, у которого шапчонка на голове еле-еле держалась, совсем на ухо свисла. Вот и сказал ему вояка:

– Щеголевато, ухарски шапчонка у тебя надета, приятель! Ты бы уж ее совсем на ухо повесил, совсем бы дураком тогда смотрелся!

– Не смею надеть иначе, – отвечал молодец. – Надень я ее прямо, такой по всей земле мороз наступит, что птицы станут на лету мерзнуть и на землю падать.

– О, ступай же и ты с нами, – сказал вояка, – ведь мы-то вшестером весь свет обойдем.

Вот и пришли шестеро в город, в котором королем было объявлено во всеобщее сведение, что тот, кто вызовется бегать взапуски с его дочерью и одержит над нею верх в этом состязании, получит в награду ее руку; если же она одержит над ним верх, то смельчак поплатится головою.

Вояка вызвался вступить в состязание с королевною, но добавил: