Ягур Грудов – Бюро «Живая смерть» (страница 2)
Довольный Лео лишь коротко кивнул и взглядом указал на вновь протянутую руку.
– Я в деле мэн, – и рэпер, довольный, пожал руку.
Глава 2
Ангар был огромным для 5 человек, и на верхних металлических балках часто селились голуби, скрашивая всё пространство под балками в белый цвет. Заделывать все щели наверху никто не хотел и поэтому были куплены «воздушки», для стрельбы по голубям. Да это было жестоко, но жить в голубином помёте никто не хотел, да и пока пулька долетала до балок, она могла разве что спугнуть птицу, чем причинить ей вред. Сейчас же, на время зимы, пространство ангара ограничивалось фольгированным полотном в месте, где сидели работники. Это было необходимо, чтобы тепло не уходило. Стены ангара на 5 метров от пола были окрашены в тёмно-серый цвет, а персональный "уголок" каждого из членов бюро окрашивался самостоятельно.
После утверждения заказа бюро, по обыкновению, разрабатывало план действий. Как всегда, все сидели на своих местах, переговариваясь из-за импровизированных перегородок, которыми нередко выступали шкафы.
Яна, отвечающая за все цифровое, сверлила Лео упрекающим взглядом, ясно говорившим "ты ещё пожалеешь, что не послушался меня, идиот".
Костя "Щелкунчик", бывший каскадёр, как обычно, в момент обсуждения считал лампы в ангаре. Щелкунчиком его назвала Старая Ольга за то, что постоянно хрустит всеми костями, даже теми, которыми, казалось хрустеть невозможно.
Старая Ольга уныло что-то писала в своей толстой тетради, которая казалось, была старше её самой. Она очень походила на старушку из мультика «Атлантида», хоть и была помоложе.
И разумеется, Алексей – главный человек в этой организации, беззаботно наливал себе какой-то очередной дорогой алкоголь из своих закромов.
– Таких дешёвых дел, у нас ещё не было, и придётся нам работать, видимо, за потенциальную прибыль, которой скорее всего не будет, – говорила Старая Ольга так и смотря в свою тетрадь. – Значит смерть должна быть дешёвой. Или же я не вижу смысла и браться за это дело. Есть идеи?
– Можем объявить передоз, и единственное кому заплатить, это Яне за информационный шум, – сказал Алексей, попивая красное вино.
– Он же рэпер? Может пусть он погибнет в перестрелке? – без энтузиазма предложил Костя Щелкунчик.
– Перестрелка – это слишком дорого. Полиция начнёт искать – будет дело. Будет дело – будет шумно. Будет шумно – будет дорого, – ответил Алексей.
– А как же нет тела – нет дела? – спросил Костя в пустоту наверху его и усмехнулся сам себе. На его лице был страшный красный шрам, пересекающий его лицо по диагонали через глаз, нос и рот. Лео догадывался, что Костя не раз бился головой во время работы в кино, но этими догадками он делился, разве что с Яной.
– Нет, так не пойдёт. Я ставлю на передоз: дёшево, быстро, и всем будет всё равно, – ответил Алексей.
– Передоз хорошо срабатывает на и так популярных артистах, но никак ни на никому не нужных рэперов. Это будет паршивой работой, Алексей, – сказала Яна, – я, конечно, хотела бы слить этого клиента, но всё-таки, у меня есть уважение к своей работе.
– Может пусть его тогда собьёт поезд? Типа, когда он спасает ребёнка. Я найду живого карлика, куплю труп карлика у Дока, и попрошу своего знакомого на путях прогнать пустой поезд. И мы устроим кино. Правда прибыли для вас от этого дела не будет, разве только долги, – порассуждал со злой усмешкой Алексей.
Лео стоял и слушал предложения своих коллег, ловя на себе упрекающие взгляды. Когда разговор утих, то решил высказаться:
– Знаете, эти риски на нашу компанию привлёк я, и я считаю себя в ответе, за ту
– Мы инсценируем смерть людей, Лео, – сказала Яна. – Это самая, что ни на есть, чернуха.
– Ну мы же часто делаем это красиво, а не топорными методами. Да и к тому же это очень дорого… трупы, поезда… Выглядит непривлекательно. А как насчёт… потерянного тела в снегах. И спасённый ребёнок – настоящий, а не карлик. Никто не будет искать доказательств, максимум, развернут поисковую группу, которая так ничего и не найдёт. А денег будет лишь – поездка до гор, и билет нам покататься на фуникулерах.
Алексей почесал свой подбородок, покрытый серебром вечерней щетины, поразмышлял и спросил:
– Ты берёшь все риски с этим делом на себя?
– Если я возьму всю нашу прибыль от этого дела.
– Половину от аванса, я всё равно заберу – поставил перед фактом Алексей.
– Как вам будет угодно – поклонился Лео Алексею в реверансе, отгибая за уголки своего пиджака.
Алексей, как и говорилось, был главным человеком в бюро "Живая смерть". Раньше он работал в спецслужбах и его нанимали, когда нужно было подстроить смерть политиков, выследить кого-то, допросить кого-то или сделать то, что казалось сделать нельзя. В свои 35 он уже ушёл на пенсию, но связи, которые он наработал за это время, у него остались. Он решил, что с этими связями, он может хорошо заработать. Заработать на том, что было его профессией. Но светиться он не хотел, так что пользовался человеком вроде Лео, который был официальным, если так можно выразиться, лицом бюро, пестрящим на рекламе. Правда, это лицо проходило через кучу обработок ИИ, которыми занималась Яна, так что от лица Лео мало что оставалось, что для него, как для человека, примеряющего разные образы играло в плюс. Рекламу тоже мог встретить не каждый. Алгоритм рекламы выстроила Яна, и она выскакивала у людей, которые вбивали в поисковик странные запросы по типу: "что будет после смерти", "как понять, что мои наследники меня любят", " как скрыться от всех навсегда" и т. п.
Старая Ольга, выслушав все рассуждения с незаинтересованным усталым лицом, как и всегда, закурила сигарету, перевернула страницу в своей тетради и спросила у Лео:
– Кто тебе нужен на этом деле?
– Мне нужна Яна и Щелкунчик, – ответил Лео.
Яна умела поднять инфоповод с помощью своих многочисленных тик-ток, инстаграм2, телеграмм аккаунтов и сотнями ботов, которые могли разогнать много шума и сделать новость о смерти человека заметной.
Костя Щелкунчик в прошлом был каскадёром, который часто выполнял самые безбашенные трюки, включая полёт на крыле самолёта, падение с 7 этажа в стог сена и поездка на носороге. Он был не сильно умным, но ему это было и не нужно.
– Значит поедем кататься на сноубордах, – довольный подвел итог Костя Щелкунчик.
Глава 3
Снег. Горы. Метель. Фуникулёры, на которых катались родители с детьми и большой спортивный комплекс позади. Лео стоял в зимней куртке завёрнутый шарфом до глаз. Костя Щелкунчик и Catzilla стояли в одном и том же лыжном оборудовании и о чём-то разговаривали между собой. Они посматривали на гору снега, с которой на надувном бублике съезжал ребёнок, визжа при скатывании. Ветер был такой сильный, что Лео приходилась кричать, чтобы раздать указания:
– Значит, так! Я буду снимать на телефон, якобы своего ребёнка как мать, а ты… – повернулся Лео к рэперу и ледяные снежинки ударили ему в глаза. Лео показал на какое-то место, которое сам толком не видел, – … покажешься на заднем фоне так, чтобы моя камера увидела твоё лицо! Когда я начну его снимать, то ты опустишь своё «забрало», – Лео рукой надвинул лыжные очки рэпера с его лба на глаза, – и… когда я буду снимать фуникулёры, ты отбежишь и спрячешься подальше, а вместо тебя появится Костя в такой же одежде, и ты дашь Косте, сделать свою работу. Ты меня понял?
– Мэнчик, я могу сам это сделать. Я с детства катаюсь на сноуборде. You know? – заявил о себе рэпер.
– Мэнчик… – Лео постарался не обидеть рэпера. – Это наша работа! Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, а Щелкунчик – профессиональный каскадёр, который не ошибается. Правда Кость?
Лео обернулся, и Костя со шрамами в пол лица деловито кивнул. Catzilla повертел головой.
– Леовиль, я сделаю всё сам. Поверь мне. Я сделаю так, что видео будет самым крутым на свете и мы все будем довольны.
Лео в отчаянии повернулся к Косте. Тот вопросительно потёр пальцы изображая деньги. Лео повертел головой, и тогда Костя тоже повертел головой.
– Если денег не будет, так не пойдёт, – сказал Костя, – я сам всё сделаю.
Лео обернулся к рэперу и сказал:
– Придётся добавить деньги, если хочешь сделать это сам. За риски.
Рэпер прищурился:
– За какие риски? Оставь это дерьмо кому-то ещё, я всё сделаю на высшем классе!
– Я не спорю, что ты сделаешь это всё, на высшем классе, – согласился Лео и по-дружески приобнял рэпера за плечи. – Просто мы это всё снимем так, чтобы ты выглядел самым крутым человеком на земле. Понимаешь? Жизнь, она не кинематографична. Ты можешь сделать все классно, но для камеры – это всё равно будет не то.
Рэпер долго высматривал что-то в глазах Лео, однако Лео не мог выдержать взгляда рэпера, так как против него был ветер и ему приходилось искоса на него поглядывать, смотря куда-то в бок. Рэпер ухмыльнулся после раздумий и ответил:
– Ладно парни. Делайте свои дела.
– Сейчас, мальчика позову и начнём, – сказал Лео рэперу и крикнул, что есть мочи: – Дениска! Идём сюда!
Маленький Дениска в красной курточке и полосатой шапочке с бубоном «бочонком» побежал к мужчинам, забавно проваливаясь в снег на ходу.