Ядвига Симанова – Восход памяти (страница 60)

Валера, поняв, что произошло, поняв, что пьяный воришка обокрал и его, от досады поистине едва не рассвирепел. Пьяницу с украденным мобильником водило из стороны в сторону, он то и дело заваливался на бок, падая, затем вставал и снова падал, но тем не менее продвигался, безнадежно теряясь в темной зелени хвои за дощатым забором. Быстро спуститься с дерева, как и бросить работу на опасном этапе, возможности не было. Недюжинных усилий стоило Валере успокоиться и взять себя в руки; плотнее уперев шипы гаффов, он устремился вверх. Снова ветер – и дерево опасно накренилось, сердце непроизвольно зашлось в испуге, но на этот раз пронесло – ствол выпрямился. Арборист выдохнул, расслабил плечи и посмотрел вдаль.

Со стороны далекого леса стремительно двигалась черная туча. Мрачной лентой огибая верхушки деревьев, она приближалась, при подлете распадаясь на несколько отдельных лент, таких же черных, с крыльями и острыми клювами. Стая ворон необычайно организованно мчалась к цели мимо прилипшего к сосне Валеры, напрямую к примечательному коттеджу. Вороны, как по команде, впорхнули в распахнутые окна – форточки тотчас захлопнулись, и в тот же миг в доме остановился свет. Не погас, а именно остановился, стал однообразным, ровным, лишенным прежнего манящего мерцания радуги огней.

Валера терялся в догадках, что все это могло значить. Он знал, что надо продолжать работу, но внимание увлекло другое – непредвиденное и очевидно аномальное – так что о сохранении прежнего темпа пришлось позабыть. Арборист продолжил срезать сучья, но медленно, вяло. Так же вяло и медленно поднимался вверх, с удвоенным интересом наблюдая за таинственным коттеджем. Между тем картинка застыла, будто замерло время. Странный дом не подавал признаков жизни, но лишь до поры. Валера ругал вечернюю тьму, искажавшую перспективу. Он даже зажмурился, не веря глазам, вновь раскрыл их: неведомо откуда, минуя лужайку, аллею сосен, к коттеджу приближалась троица. Конечно, это могли спешить на вечеринку запоздавшие гости. Однако троица была в высшей степени примечательная и отнюдь не походила на собравшуюся в доме публику. Да и что-то подсказывало Валере, что гостей этих никто не ждет. С замиранием сердца он продолжил наблюдать.

Глава 25. Верховная жрица

Окна захлопнулись, вороны рассредоточились по периметру зала. Константин находился вблизи единственного источника света в помещении – огромного дисплея, на котором застыло изображение поющего рэпера в нелепой позе с открытым ртом. За экраном Константин приметил пустое пространство, куда не проникал ничей взгляд. Он медленно прошмыгнул туда, слегка задев ногой стоявший на полу черный ящик неизвестного назначения, и схоронился за экраном, как за ширмой. Он едва успел скрыться, как черный ящик громко зашипел, запыхтел, чуть не лопаясь, – из него повалил густой дым, стремительно обволакивая пространство плотными белесыми клубами. «Газ!» – предположил Константин худшее, автоматически прикрывая ладонями нос и рот, безусловно понимая всю бессмысленность этой меры. Но, к счастью, обыкновенная дискотечная дым-машина генерировала обыкновенный пар, представлявший собой смесь глицерина и дистиллированной воды.

Мысль, что наихудшие опасения не оправдались, сняла напряжение, и Константин, ощутив себя в сравнительной безопасности в тени экранной фирмы, нащупал в кармане брюк забытое письмо крамольного доктора. Он извлек конверт, развернул, вытащил потрепанный листочек в крупную линейку, исписанный неясными иероглифами, вновь кинул взгляд на конверт – луч внезапного озарения прорезал его мысли. Оставалось лишь дивиться тому, как долго он, самонадеянно мнивший себя ученым, проходил мимо истины, которая меж тем все время мозолила глаза, оставаясь неузнанной.

Константин выглянул за ширму: тяжелый дым плотной пеленой застилал зал, и не было видно ничего, кроме белых облаков. Стало трудно дышать – невыносимая духота создавала ощущения нахождения в кипящем котле. Но хуже всего Константин переживал сознание собственной беспомощности. И хотя он узнал разгадку Вихря, сейчас был парализован в своих действиях.

На глазах Марианны и Марийки, смотрящих на мир через темные очки из окон маршрутки, зал скрыл белый полог непроницаемого флера; лишь настороженный шепот всеобъемлющего страха был свидетелем тому, что под белым саваном все еще теплилась жизнь. Дым постепенно тускнел, полупрозрачная пленка открывала испуганные глаза, люди в страхе жались друг к другу, ожидая, что будет дальше. Когда дым рассеялся, Марианна не удивилась, что место ворон по периметру заняли охранники в черном, похожие друг на друга, как братья-близнецы.

– А вот и служки Вихря! – прокомментировала Марийка. – Надо полагать, скоро явится и господин.

Тем временем белый шум мерцанием и треском помех оживил экран, и на нем возникла оцифрованная физиономия МС Рад-Х, казавшаяся в атмосфере накалившегося ужаса особенно дерзкой и глумливой.

– Hey, guys! – произнес рэпер с экрана бодрым голосом, по обыкновению активно жестикулируя в такт словам. – Заценили перформанс?

Он принялся гримасничать, улыбаясь якобы удачной шутке. Люди озирались, ища друг у друга поддержки, ответа на мучивший всех вопрос – чего ждать? Имеется ли в произнесенных музыкантом словах скрытый подтекст или влетевшие в окна вороны, захлопнувшиеся разом форточки, дым стеной на фоне погасших огней – всего лишь искусная придумка, умело срежиссированная, чтобы добавить представлению остроты, не знал никто. Публика осторожно переглядывалась, тихонько перешептывалась, то и дело бросая взгляд на экран, где парень в красной бейсболке продолжал вещать.

– Что притихли? – спрашивал он.

Постепенно до собравшихся стало доходить, что рэпер видит их, обращаясь к ним в прямом эфире.

Перешептывание перерастало в гул, зрители оживали, все активнее пялясь в экран.

– Кто пришел скучать?! – громко крикнул рэпер.

Всеобщая заторможенность давала о себе знать, оттого фанаты не сразу распознали слова популярного трэка.

– Кто пришел скучать?! – настойчивее повторил МС, делая пассы руками.

– Не бань драйв… – неуверенно подхватил кто-то из толпы.

Тут опомнились и остальные, с блаженными улыбками начав выкрикивать текст заново:

– Кто пришел скучать?!

Не бань драйв!

– Верно! Узнаю вас! – раззадоривал рэпер, продолжая стих, тут же радостно подхваченный толпой:

– На х*я лайв,

Если не в кайф!

Константин, стоя за ширмой, знал, что Вихрю не составляет труда задать толпе нужное направление: заставить трястись от страха или дергаться в ритме радостного возбуждения – не все ли равно? И в том и в другом случае он получал энергию, направленную в единое русло, которая в отсутствии стабильного источника – Элизиума – подпитывала его силы. Также ученый понимал, что неспроста Вихрь собрал в назначенном месте определенное количество человек – пятьдесят шесть душ, как говорила Марианна, или пятьдесят шесть тел, как бы выразился сам Константин. Именно свободная энергия человеческих тел должна разбудить разрушительную силу Вихря, и глупо было рассчитывать на то, что утрата Элизиума сможет всерьез этому воспрепятствовать. Он, стоя в тени экрана, догадывался о многом, стыдясь того, как долго сознание Вихря дурачило его самого, но поделать ничего не мог. Оставалось прятаться и смотреть, наблюдая триумф Вихря, втайне все же надеясь, что потеря Элизиума хоть немного поубавит силы грядущей стихии.

Марианна видела, как взбудораженная наихудшими ожиданиями толпа, отбросив сомнения, как ненужный груз, с пол-оборота завелась от нехитрых строк знакомого речитатива под диктовку цифрового изображения, маячившего на мониторе. С экрана МС Рад-Х самозабвенно читал рэп, толпа гудела, подхватывая строки. И никому не было дела до огней, что больше не отплясывали в такт, застывшая духота за запертыми окнами тоже никого не беспокоила, как не беспокоили неведомо куда пропавшие вороны и не пойми откуда появившиеся церберы в черной форме; не волновало публику и то, что до сих пор кумир так и не соизволил появиться перед ними во плоти и вместо обещанного живого общения им вновь подсунули цифровую копию. Любые соображения здравого смысла перекрыло извечное неистребимое желание верить в то, что все идет по плану, заранее продуманному во всех деталях сценарию, что ветер, срывающий с петель окна и тут же с грохотом ставящий их на место, не говоря уже о стае исчезающих птиц, – впечатляющие спецэффекты, созданные с целью лишний раз поразвлечь зрителей, и развлекательная программа, само собой разумеется, выдержана в строгом соответствии со всеми писаными нормами и правилами безопасности, и никому из собравшихся пребывание в стенах коттеджа не несет никакой угрозы. Когда привыкаешь следовать чьему-то плану, любая другая ситуация так же представляется кем-то спланированной, и немыслимо даже предположить, что никакого плана может и не быть, во всяком случае не для тебя, или, что еще хуже, тебе в этом плане отведена роль, на какую ты сам в здравом уме ни за что бы не дал согласия. Но люди, отринув подозрения, двигались в ритме, глазели друг на друга, излучая веселье, беспечность, дрейфуя по залу, погруженные в «лайв и кайф».

А меж тем охранники в черной униформе ни с того ни с сего превратились в услужливых официантов. Черными крейсерами они лавировали между приглашенными и, выдавливая улыбки, предлагали коктейли.