Ядвига Благосклонная – Девочка-беда для Казановы (страница 99)

всем по замечанию. Даже Разумовского такая участь не обошла стороной,

учитывая. что он играет профессионально. Тренер развал дельные советы и

объяснял наши ошибки, также показал несколько хитрых трюков и лишь после

отпустил, громко гаркнув что ужин через час.

Потные, но довольные собой мы едва ли волочили ноги к домикам. Сегодняшняя

тренировка показала нам, что хоть и игроки у нас неслабые, но работать есть над

чем.

— Милая, — обратился ко мне Разумовский, когда провожал меня к домику, хотя

надобности в этом не было, но парень был упертый как бык, если что-то сказал, то

должен сделать. — Моя самооценка сейчас валяется где-то под твоими красивыми

ножками. Как тебе удалось забить этот гол?

Хихикнув, я пожала плечами. Это была случайность и везение, нежели моя техника

и умения.

— Говорит профессиональный игрок!

— Если бы все девушки играли так как ты, то никто бы не ходил на мужской

футбол.

— Это почему?

— Потому что это было феерично. Ты, правда, молодец. Я тебя недооценил на

отборе, — произнес, между тем сжимая мою руку.

— Конечно, ты был слишком занят тем, что обзывал меня, — язвительно

напомнила парню, чем заставила того поморщится.

— У меня тогда был плохой период, и если бы я всю ночь до этого не зависал в

клубе, то вряд ли бы ты мне забила, — нагло оправдал себя белобрысый.

— Ну да, утешай себя, милый, — спародировала я его, а затем подпрыгнула, так

как рука этого паршивца весьма нескромно опустилась на мой зад, громко по нему

шлепнув ладонью.

— Молчать женщина!

Так под дикий хохот мы и дошли до моего домика, простояв еще возле него около

пятнадцати минут. У Дани было отличное чувство юмора. Кроме того, парень

рассказывал про свои дни, про скучную работу, которой его напряг папаша, а еще

парочкой слов обмолвился о маме, когда я «невзначай» поинтересовалась, как ее

дела. Парень был немногословен, но все же ответил на мой вопрос.

Когда блондин все же ушел, я еще долгое время улыбалась и даже напевала в

душе, что, кстати, было большой редкостью. Я не любитель погорланить, но сейчас

я разве что не парила над землей на своих крыльях любви, полагаю, это и

являлось причиной моего чрезмерно воодушевленного настроения.

Ужин прошел за неутихающими разговорами, шутками и всеобщим смехом. К слову,

Даниил на ужине так и не спросил меня, буду ли я его девушкой. Должно быть, это

уже не имело значения, потому что мы уже вроде как ходили за ручку, обнимались,

разве что не целовались. Поцелуи в лоб и щеку, не в счет! Вполне возможно, для

парней это ничего не значащие мелочи, но я не понимала, зачем мне было давать

неделю на раздумья, если парень не собирался делать «официального»

предложения.

Время уже было девять, когда Разумовский куда-то запропастился. Некоторое

время назад Даня отошел «по делам» и до сих пор не вернулся. А отбой, на

минуточку, через пятнадцать минут! во всяком случае, за это время мы должны

быть все в своих домиках, а через полчаса и в кроватках. Проверять нас,

разумеется, не будут, чай не в яслях, однако и попасться тренеру никто не горел

желанием.

Для достоверности я прождала лишние пять минут, но когда Даниил так и не

изволил явиться, то пошла к себе.

Позвонив папе и переодевшись в пижаму, я уже выключила свет и даже закрыла

глаза, когда на улице послышалось шуршание. Сперва я не обратила внимание.

Мало ли, зайцы бегают или белки, но затем раздался звук. Один, второй, третий,

будто кто-то кидал камни в окно. Недовольно ворча себе под нос, я подошла к окну

и совсем не удивилась, когда лицезрела собственной персоной «пропажу».

— Выходи, — прошептал этот окаянный.

Приподняв скептически брови и сложив руки на груди, я отрицательно покачала

головой.

— Выходи, — уже более требовательно прошептал он, зыркнув глазами.

Приблизившись к окну, я открыла его, а затем сказала:

— Каким образом?! В соседней комнате спит тренер!

— Перелезай!

Сперва я думала, что белобрысый пошутил, но беспристрастное выражение на его

лице говорило об обратном.