Ядвига Благосклонная – Девочка-беда для Казановы (страница 87)
Прежде чем окончательно свалить из хаты, я зашел на балкон, но своей соседки не
заметил в привычном кресле, хотя зачастую в это время она находится именно тут.
Тогда, я набрал ее, но она не ответила.
И так три раза подряд.
«Чем же ты так занята, Негодяйка?» — несколько недовольно размышлял про себя,
между тем покидая балкон.
Глава 23
Матильда
— Дочь, Яшка уже звонил? — крикнул отец из кухни.
— Да, — идя на запах запеченной курочки, ответила я. — Уже скоро будут!
Отец довольно улыбнулся, когда попробовал кусочек своего творения, а когда
заметил меня, протянул и мне кусочек, который я тут же закинула в рот. Что ни
говори, а готовит папа лучше всяких поваров, ведь главным его ингредиентом
являлось ничто иное, как любовь.
— Отлично! Ну как‘?
— Превосходно!
Папа довольно покачал головой, будто и правда сомневался, что его ужин не
удастся. Он даже подумывал пригласить свою барышню, но, к счастью, та сейчас в
Милане. И пусть там и остается! В противном случае, окажись она здесь, то ужин
можно было бы считать провальным, а лучше вообще не начинать. Я обожала,
когда мы собрались именно такой компанией, без всяких лишних людей. Ведь по
сути, папины девушки ими и были. И отнюдь не из-за моего предвзятого отношения,
а потому что долго не задерживались.
Отправившись в комнату, я мигом переодела домашние треники на более
приличные джинсы. И тут мой телефон зазвонил. И вновь незнакомый номер. Уже
пятый раз за сегодня, на минуточку! Я уже хотела поднять трубку, но звонок в дверь
сбил меня с толку.
«Потом перезвоню» — решила я, между тем направляясь к двери встречать
желанных гостей.
Стоило мне открыть дверь, как на меня тут же налетел Яшка с объятиями.
— Мальта! — крикнул этот безумец, а затем поднял и закружил.
— Отпусти, бестолочь!
Наш смех слился, а родители уже продумывали все детали нашей свадьбы. Но мы-
то знали, что нас связывает лишь крепкая многолетняя дружба. Яшка всегда
отличался сумасбродным нравом, поэтому такое поведение для нас считалось
вполне нормальным. Вот только не все это расценивали, как обычные приколы.
— Давай, хвастайся! — опустив меня на пол, произнес Цукер.
— Чем? — приподняла я бровь в недоумении.
— Как это чем? — пошевелил он бровями, а после, наклонившись, прошептал на
ухо, — чем ты там с Разумовским занималась, что этот Отелло морду разукрасил
Шмелеву?
Неловкость — отвратительное чувство, и сейчас оно накрыло меня волной. Однако,
это не помешало моему сердцу уйти в пятки. Тот факт что Даниил за меня подрался
заставлял меня терять голову и поддаваться тем ощущением, которые прежде
были для меня мифом. А именно трепет, дрожь и что-то совершенно не похожее ни
на что, будто внутри тебя расцветает цветок, а ты настолько обескуражен этими
ощущениями, что даже дыхание прерывается.
— Можешь не говорить, — усмехнулся еврейчик, но тут же его лицо стало
серьезным, — Матильда, ты не маленькая девочка и поучать тебя не буду, потому
что знаю тебя кучу лет, поэтому надеюсь что ты знаешь, что делаешь. О
Разумовским тебе известно не меньше, чем мне, — имея в виду сомнительную
репутацию, предостерег или же напомнил мне Цукер.
Прежде чем мне удалось бы ответить, что я ни черта не понимаю, нас прервал отец
который кричал, дабы я не задерживала гостя в дверях, ведь курочка стынет! И мы,
синхронно закатив глаза, потопали на кухню.
Уже садясь на стул, который любезно отодвинул мне Яшка, он, положив руку мне на
плечо, мимолетно его сжал, а потом уже сел сам, и как ни в чем не бывало начал
отвечать отцу на его вопросы.
Большего мне и не нужно было, ведь я знала этот жест. Так Цукер проявлял свою
заботу. Этот жест означал: «Я с тобой, чтобы не случилось». Больше слов не нужно
было, ведь не важно, буду ли я рыдать на плече друга или буду смотреть на мир
сквозь сердечки в глазах, он в любом случае меня поддержит, а если того потребует
ситуация, то и в нос даст… Хотя после меня мало будет живого места на человеке,
который осмелится меня обидеть. Вот, такая у меня тонкая душевная организация!
— Когда обратно завоевывать чужие земли? — поинтересовался отец у Яшки,