Ядвига Благосклонная – Девочка-беда для Казановы (страница 44)
Я поежилась, когда холодный ветер подул в мою сторону, а затем поправила
съехавший с плеча плед. Вопреки тому, что днем была невыносимое пекло,
вечером было прохладно.
Мой телефон издал жалостливый звук, тем самым требуя питания. Благо, папа
знал о моей нездоровой любви к балконами, поэтому здесь были розетки.
Потянувшись, я взяла в руки зарядное устройство, а после воткнула в розетку.
Однако когда я подсоединила телефон, значок зарядки не загорелся привычным
зеленым цветом. Напротив, телефон по-прежнему показывал скупые семь
процентов. Я поправила зарядку, затем блок, но к моему огорчению ничего не
изменилось. Медленно, но верно ко мне подкралось осознание, что похоже света
нет.
«Нет! Только не это!» — буквально в панике думала я, между тем щелкая
выключателем.
Из моего рта вырвалось нечто похожее на всхлип.
— Просто чудесно! — пробормотала я, поднимаясь и направляясь на лестничную
площадку.
Я таила надежду, что это всего лишь вырубило пробки, а не какая-нибудь авария на
станции или еще чего хуже. В таком случае, заниматься мне под свечками! А их, к
слову, еще нужно разыскать…
Выйдя в коридор, я решительным шагом направилась к счётчику и уже было
собиралась открыть его, как меня прервали. соседская дверь отворилась, а затем
до меня донеслись голоса.
— Ну, Разумовский, я тебя предупредила! — произнес женский голос.
Краем глаза я увидела, как закатил глаза Даниил.
Он фыркнул, а затем сказал:
— Почему именно я?
в голосе парня было столько горечи, что мне на короткий миг стало его жалко.
— Боже, Разумовский‚ это всего лишь творческий конкурс! Посидишь два часика, а
потом свободен.
В ответ блондин заскулил, а я между тем позлорадствовала, однако недолго…
«Стоп! Он что будет на творческом следить?!» — про себя паниковала я.
В таком случае, это был бы полнейший провал! Ведь, я тоже должна следить!
— Все, я пошла! Пока!
Спустя секунду девушка вызвала лифт, а затем как только двери закрылись изо рта
Разумовского вырвалось весьма лестное:
— Мымра!
И я его понимала. Когда всё ребята уже будут свободны от «каторги», нам с
Разумовским еще два дня придется батрачить на благо родной альма-матер. Мда,
нас определенно можно назвать «счастливчиками».
Я всей душой надеялась, что парень меня не заметит и вернется обратно в свою
берлогу, однако не прошло и минуты как из его рта полился яд.
— Что, Марголис, решила убиться? — с усмешкой промолвил Разумовский.
Повернувшись, я лицезрела это недоразумение, на лице которого красовалась уже
привычное мне тщеславие. до этого я слышала лишь его голос, чего хватало с
лихвой, однако теперь моему взору предстала мужская статная фигура. Босой, с
голым торсом и взъерошенными светлыми волосами, он стоял, опершись на
дверной проем и сложив руки на груди.
— Не дождешься, — хмыкнула в ответ, а после все же открыла дверцу от счетчика.
Я начала щелкать по автомату, полностью игнорируя присутствие этого ишака. Он
несколько минут наблюдал за моими манипуляциями, а затем когда специально
оставленный свет в коридоре квартиры так и не загорелся, двинулся ко мне.
— Отойди, женщина. Дай мужчине разобраться, — бесцеремонно отодвинув меня в
сторону‚ будто бы я была деревянным шкафом, промолвил этот нахал.
Мое лицо выражали недоверие, и я покосилась на этого «мужчину», тот в свою
очередь взглядом раздумий смотрел на счетчик. Так, словно что-то в этом понимал.
Со стороны он выглядел довольно забавно, отчего из моего рта вырвался смешок,
который я тотчас же замаскировала под кашель.
Разумовский кинул на меня прищуренный взор, а затем, хмыкнув, начал нажимать
на все подряд. Да с таким выражением лица, будто в сию секунду непременно
должен загореться свет.
— Да будет свет, — сказал электрик! — самовлюбленно изрек парень, и в тот же
миг что-то в счетчике подозрительно зашкворчало, затем полетели искры что
заставило нас отпрыгнуть с криком, а после свет погас и в подъезде.
К счастью, на улице не успело до конца стемнеть, и хоть самую малость, но
пространство освещалось.