Ya'GUAr – Дом на Тихой улице (страница 2)

Анна воткнула лопату в землю и начала копать. Сначала попадалась обычная почва, смешанная с опавшими листьями и корнями. Но через полчаса лопата ударилась обо что-то твёрдое.

Она опустилась на колени и стала разгребать землю руками. Сначала показался кусок ткани – детского свитера в полоску. Потом что-то белое…

Анна отшатнулась и закрыла глаза. Но когда открыла их снова, то увидела то же самое – маленькую кость, явно человеческую. Детскую.

– Боже мой, – прошептала она.

Сердце билось так громко, что заглушало все остальные звуки. Руки тряслись, и фонарь дрожал в её пальцах, отбрасывая пляшущие тени на землю.

Она продолжила копать, хотя каждая клетка её тела кричала – беги, беги отсюда и никогда не возвращайся. Но она не могла остановиться. Нужно было знать правду.

Постепенно из земли показались ещё кости – рёбра, позвоночник, череп. Маленький череп ребёнка лет семи-восьми. А рядом – остатки одежды, игрушка, пластиковая машинка, которая когда-то была красной.

Анна села в грязь и заплакала. Слёзы лились по щекам, смешиваясь с землёй на руках. Это было реально. Мать действительно убивала детей и хоронила их в огороде.

Но почему? И откуда брались эти дети?

Она засыпала останки обратно – не могла оставить их на поверхности, но и вызывать полицию пока не решалась. Нужно было всё обдумать, понять масштабы происходящего.

Вернувшись в дом, Анна приняла душ, пытаясь смыть с себя грязь и ужас увиденного. Но чувство осквернения не проходило. В зеркале на неё смотрела бледная женщина с красными глазами – дочь убийцы.

Она налила ещё водки и села в кресло в гостиной. Нужно было систематизировать информацию. Мать убивала детей на протяжении нескольких лет. Откуда-то их брала – тётя Женя говорила про машины. Значит, кто-то их привозил. Торговля детьми? Или что-то ещё?

Комната в подвале явно использовалась для содержания детей. Мягкие стены, чтобы они не поранились, когда бились в истерике. Цепь, чтобы не убежали. И надписи на стене – крик о помощи, который никто не услышал.

Анна встала и прошлась по комнате. На стенах висели семейные фотографии – она с родителями в детстве, мать в молодости, даже прабабушка. Обычная семья. Кто бы мог подумать?

Она остановилась у фотографии, где ей было лет пять. Мать держала её на руках, улыбалась в камеру. А сама Анна смотрела куда-то в сторону с серьёзным, почти испуганным выражением лица.

Что ещё она не помнила из своего детства? Какие воспоминания заблокировала психика, чтобы защитить её?

Анна поднялась в свою старую комнату и легла на кровать. Дом скрипел и шептал вокруг неё, словно стены помнили всё, что происходило за эти годы. Где-то капала вода, где-то скреблись мыши. Но в этих обычных звуках ей слышались другие – детский плач, стоны, крики.

Она закрыла глаза и попыталась заснуть, но сон не шёл. Каждый раз, когда она начинала проваливаться, её будили звуки – шаги в коридоре, скрип половиц, тихий голос, зовущий: «Мама, пожалуйста, не надо».

В три часа ночи Анна сдалась. Она встала, накинула халат и спустилась на кухню. Включила свет и поставила чайник. Может быть, горячий чай поможет успокоиться.

Пока вода закипала, она услышала звук, который заставил её замереть. Тихий плач, доносящийся откуда-то снизу. Из подвала.

Сердце подскочило к горлу. Это невозможно. В доме никого нет, кроме неё. Но плач продолжался – жалобный, детский, полный отчаяния.

Анна взяла фонарик и спустилась в подвал. Звук становился громче. Он доносился из той самой комнаты, которую она обнаружила днём.

Дверь была приоткрыта, хотя она точно помнила, что закрывала её. Анна подошла ближе и заглянула внутрь.

Комната была пуста, но плач звучал так, словно ребёнок находился прямо здесь. Анна вошла и осветила фонариком углы. На полу, там, где лежал матрас, она увидела что-то новое – детский рисунок, нарисованный мелком прямо на бетоне.

На рисунке была изображена женщина с чёрными волосами и красными глазами. А рядом – маленькая фигурка, протягивающая к ней руки. Под рисунком кривыми детскими буквами было написано: «МАМА».

Плач прекратился.

Анна выбежала из комнаты и заперла дверь на засов, который обнаружила снаружи. Руки дрожали так сильно, что она едва могла попасть засовом в петлю.

Поднявшись наверх, она схватила телефон и начала набирать номер полиции. Но остановилась на полпути. Что она им скажет? Что нашла детские кости в огороде и слышит призраков в подвале? Её сочтут сумасшедшей.

Нужны были доказательства. Нужно было копать дальше, искать всё, что спрятала мать. И только потом обращаться в полицию с полной картиной происходящего.

Остаток ночи Анна провела в кресле в гостиной, вздрагивая от каждого звука. Она думала о матери, о том, какой та была при жизни. Холодная, отстранённая, иногда жестокая. Но убийца детей? Как она могла настолько ошибаться в человеке, который её родил?

А потом её осенило. А что, если она ошибалась не только в матери? Что, если в её собственном детстве было что-то, чего она не помнила? Что, если мать начала убивать не после её отъезда, а раньше, просто тогда была осторожнее?

Глава 3. Воспоминания

Утром Анна проснулась в кресле с затёкшей шеей и головной болью. Солнце светило в окна, и ужасы ночи казались кошмарным сном. Но засов на двери в подвал и грязь под ногтями напоминали, что всё это было реальностью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.