Winterowl – Под одним небом (страница 12)
«Ооо! Тогда возьми: лапшу удон (свежую!), грибы шиитаке, зелёный лук, куриное филе и пасту мисо. Будет суп!»
Он кивнул сам себе и шагнул внутрь.
15:41. Продуктовый.
Пакеты удона, стройными рядами выстроившиеся грибы, бесконечные приправы – и всё это под неоновой подсветкой, как на суде потребительского выбора. Такауми методично набрал всё нужное, краем глаза заметив, что Солнышко прислал видео.
Зевота. Падение с дивана. Жалобный мяф.
«Ариса явно дала ему доступ к аккаунту», – хмыкнул он.
Но уже на пути к кассе, взгляд его зацепился за раздел со стеклом.
На полке стояла бутылка сакэ в матовом стекле, с надписью вручную:
"Тихое весеннее утро"
Он взял её в руки. Тяжёлая. Приятная на ощупь. Этикетка слегка неровная – как будто клеил кто-то, у кого дрожали руки от вдохновения.
– Ну… – пробормотал он. – Раз в моей квартире теперь живёт кото-юрист, соседка-фея, падают потолки, а я стал персонажем комикса…
Он посмотрел на бутылку. Та молчала, но в её взгляде было понимание.
– Немного градуса для стабилизации реальности не повредит.
15:56. Упаковка.
На выходе он всё ещё думал, стоит ли брать рисовые крекеры к сакэ или будет слишком официально.
Сообщение.
Ариса:
«Солнышко ждёт лапшу. А я – новостей. Ты нашёл булочки? И… всё хорошо?»
Он быстро набрал в ответ:
Такауми:
«Булочки есть. И кое-что ещё. Вечером расскажу. Готовь фартук. А Солнышко – пусть чистит грибы.»
Глава 22: "Смех под небом"
7 апреля. 16:10. Улица за продуктовым, недалеко от дома.
Пластиковый пакет с продуктами мягко покачивался в руке. Где-то вдалеке гудел светофор, мимо проехал велосипедист, за ним – крик ребёнка. Весенний вечер медленно затягивал город в тёплую, золотистую тень.
Такауми остановился, прижал пакет к бедру и достал из внутреннего кармана смятую пачку сигарет.
Щелчок зажигалки. Первый вдох.
Огонёк озарил его лицо, и в этот момент он, наконец, позволил себе остановиться – по-настоящему. Без цели. Без расписания. Просто… быть.
Он опёрся на перила небольшого моста над ручьём и выдохнул дым, наблюдая, как он тает в воздухе. А потом…
Он попытался мысленно уложить в голове всё, что произошло за последние два дня.
Новая соседка в жёлтом дождевике. Разбитая кружка. Кот по имени Солнышко. Сломанный замок. Масару в роли философа-сантехника. Комикс, где он – волк с очками и крыльями.
Утренний омлет, вечерняя лапша, зонт с зажившим суставом.
Слова. Смех. Тишина.
И вот теперь – бутылка сакэ в пакете и чужой кот, который, похоже, назначил его своим человеком.
Он прикрыл глаза, а потом вдруг… рассмеялся.
Громко. Натурально. Почти хрипло. Смех вырвался, как выстрел, и рассыпался по вечернему воздуху. Прохожие обернулись, но он не заметил.
Он поднял голову вверх. Над крышами домов, над уличными вывесками, над этим шумным, слегка сумасшедшим Токио – раскинулось небо. Огромное, чистое, немного остывающее в вечернем свете.
Такауми вгляделся в него. Глубоко. Словно впервые за много лет.
Одна-единственная слеза прокатилась по его щеке. Тихо. Без пафоса. Как будто она просто… давно ждала этого момента.
Он не смахнул её.
Просто стоял и смотрел.
И впервые не чувствовал себя потерянным.
7 апреля. 16:42. Подъезд. Этаж 5.
Такауми поднялся не спеша. Пакет в руке потяжелел, сигарета давно догорела. Вечер медленно входил в свои права, окрашивая лестничные пролёты мягкими тенями.
Щелчок ключа. Он толкнул дверь.
И тишина… исчезла.
– НЕТ, СОЛНЫШКО, ЭТО НЕ ГРИБЫ!
– Мяу!
– Ты не САМУРАЙ, отдай нож!
Ариса, с фартуком наизнанку, стояла посреди кухни, держа в одной руке половину удона, а в другой – чистящую щётку, которой безуспешно пыталась отогнать Солнышко, решительно усевшегося на разделочную доску.
Пар от кипящего бульона поднимался до потолка, под ногами валялись зелёные перья лука, и где-то в стороне играла музыка – та самая дурацкая весёлая из её плейлиста.
– Я на пять минут отвернулась! – выкрикнула она, увидев его. – И он… он украл шиитаке!
Солнышко, услышав знакомый голос, гордо развернулся к двери, неся во рту одинокий гриб. Выражение морды было предельно удовлетворённым.
Такауми, всё ещё стоя в пороге, медленно поставил пакет на пол.
И впервые за день – снова, уже по-другому – усмехнулся.
– Похоже, я вовремя.
– Ты не представляешь, – выдохнула Ариса, – как сильно ты вовремя.
Он прошёл на кухню, ловко перехватил гриб у кота, за что тот выразил своё негодование сдавленным рыком, и бросил его в мойку.
– Этот не выжил. Минус один на твоей совести, – бросил он Солнышко.
Кот фыркнул и ушёл на диван, неся оскорблённое достоинство, как корону.
– Я купил всё. И ещё… – он достал бутылку сакэ и поставил на стол. – Для восстановления душевного равновесия.
Ариса приподняла бровь.
– Неужели… юрист нарушает собственные правила?
– Я же сказал: их больше нет, – тихо ответил он и впервые с начала этого дня взглянул ей в глаза с полной открытостью.
А за окном, медленно, не спеша, вечер переходил в ночь.
Но внутри было тепло. Живо. И по-настоящему по-домашнему.