Wing-Span – Всё будет по-моему! Арка 6 (страница 30)
Из ямы глубиной метров в 10 то и дело вылетали кучки земли. Там, на дне, бледный толстяк, весь залитый слезами и соплями, голыми руками рыл себе могилу. Он уже тысячу раз пожалел о том, что перепутал короля со своей особой ночной подушкой-обнимашкой.
Рядом с могилой ученик с потрёпанной книгой в руках древним сиплым голосом зачитывал какие-то устрашающие мантры на явно очень древнем языке. Похоже, юнец считает себя некромантом и пытается совершить некий ритуал воскрешения. Вот только книжка у него в руках внушала некоторые сомнения в эффективности всех этих манипуляций, если судить по надписи на обложке: «Теория хаоса в математике, автор Л.А. Крафт».
Позади некроманта странно покачивались на пятках две бледных как смерть ученицы. Жуткими голодными взглядами они пялились в затылок юноши. Судя по булькающему мычанию и стекающей по подбородку слюне, «девушки-зомби» не прочь отведать мозги своего «призывателя».
«А-а-а-а-а! СПАСИТЕ! Я запястий не чувствую! У меня отняло руки! Я УМИРАЮ!» — истошно вопил один из учеников, решив устроить пробежку на руках, пока случайно не угодил в 10-тиметровую могилу.
«Ты их не чувствуешь, потому что их у тебя нет! И вообще, возомнил себя самым быстрым?! Здесь я самый быстрый!» — примчавшийся следом худощавый паренёк начал наматывать круги вокруг ямы с такой скоростью, что над той появился миниатюрный торнадо. — «Му-ха-ха-ха! Моё уникальное тело «Стремительной поступи» дарует мне скорость света! Я самое быстрое существо в мире! Я недостижим! Му-ха-ха-ха!»
Внезапно мимо выскочки промелькнула тень, вынудившая бегуна глотать пыль. Им оказался побледневший от ужаса толстяк, орущий во всю глотку: «А-А-А-А-А-А-А-А! МАМОЧКА, СПАСИ МЕНЯ! МЕРТВЕЦЫ НАСТУПАЮТ! А-А-А-А-А-А-А-А-А!»
Стремительный зазнайка резко утратил веру в себя и добровольно сиганул в могилу.
«Я ЗАСНЯЛ! Я ЗАСНЯЛ!» — с ликующей улыбкой кричал ученик с нефритом визуальной записи в руках, как журналист, который запечатлел сенсацию всей своей жизни. На самом деле парень постоянно повторял одно и то же, снимая растущий перед ним куст.
Тем временем неподалёку творилось ещё большее сумасшествие.
«Эльза, молю тебя, остановись! Прекрати убегать от меня! Это вопрос жизни и смерти! Как ты не поймёшь?! Я же так погибну!» — бледнолицый и голый ниже пояса Роза гнался за Эльзой с таким напором, будто от неё действительно зависело его выживание.
«Отстань от меня, озабоченный придурок!» — верещала густо покрасневшая Стоун. — «Почему ты продолжаешь бегать за мной?! Я уже сто раз сказала, что не буду таким заниматься! К тому же у меня есть парень! И вообще, толстяки не в моём вкусе!»
«В каком смысле не хочешь быть со мной?! Какой ещё парень?! Случаем, не тот урод?! Да что за нелепицу ты несёшь, чёрт возьми?! Эльза, который раз повторяю, меня укусил ядовитый чёрный питон, и если ты не от отсосёшь яд сию же минуту, то я сдохну к чёртовой матери! Посмотри, мой член уже опух и покраснел!» — отчаянно тряс своим «аргументом» Роза.
«Я не настолько наивна, чтобы просто поверить обманщику вроде тебя!» — убеждённо отчеканила блондинка. — «Ты просто хочешь, чтобы я засунула эту отвратительную штуковину в свой ротик! Мечтай! Я даже не твоя девушка!» — заявила Стоун, виляя соблазнительной попой прямо возле носа преследователя.
«Дурында, неужели ты позволишь своему будущему мужу умереть в собственный день рождения?! Вот как ты ко мне относишься, да?!» — обречённо простонал Валентайн.
«Ах ты мерзавец, пытаешься сладкими речами вынудить меня пососать эту мерзость?! Ну уж нет! Вот сначала женись, а потом проси! И вообще, моё мнение для тебя ничего не значит?! А может я против, и что дальше?!» — с девичьей непосредственностью захлопала ресницами девушка, будто хотела, чтобы её переубедили. — «Ты в курсе, что измена не одобряется обществом?..»
Расстояние между двумя бегунами странным образом оставалось одним и тем же. Похоже, девушка специально сохраняла дистанцию, чтобы преследователь не отстал от неё и не утратил интерес. Более того, она виляла упругой попой прямо перед ним, будто нарочно провоцируя. Её действия противоречили словам. Как по-женски.
За странной парочкой мчалось орущая толпа учеников — поклонников и поклонниц. Кто-то на четвереньках, кто-то на руках, другие ползком, кувырками и перекатами.
«Вуху-у-у-ух, здоровенная! Это волна моей мечты!» — весело усмехнулся Зиз Охотников, в одних лишь плавках стоя на плещеноге, как профессиональный сёрфингист, пока зверь лавировал между учениками.
«Я ЗАСНЯЛ! Я ЗАСНЯЛ!» — промчался рядом счастливый журналист. Кажется, куст себя наконец-то исчерпал.
Немного в стороне мастер Фенг сидел на лавочке в собственном мини-парке и, наблюдая за жёлтым дубом, словно радушный дедушка за своим хозяйством, мирно лузгал семечки. Вот только семечки эти оказались с крылышками. Он заживо грыз своих любимых янтарных пчёл!
А возле дуба корчился обнаженный Рома. Поступательными движениями он проверял своим детородным органом глубину небольшого смазанного мёдом отверстия в дереве, постанывая от удовольствия: «Хо-о-о-о… Юнона, твоя медовая киска просто космос! Хо-о-о-о… Она такая мягкая и нежная… Такая узкая… Я готов трахать её днями напролёт! Хо-о-о-о…» — пока он насиловал пчелиный улей, обезумевшие от ярости пчёлы с безуспешным зудением пытались наказать злостного осквернителя их пищи для матки.
На лавочке неподалёку сидела Юнона и пустым взглядом наблюдала за действиями Клинтона. Лицо красавицы нежно порозовело, как спелый персик; веки полусомкнуты, а дыхание учащённое. Её запущенные в трусики шаловливые пальчики игрались с собственным сокровенным местом. Своим нежным блаженным голоском сонного ангела девушка бормотала: «Ах, Лавр… Я так рада, что моя киска тебе нравится… Бери её жёстче, прошу…»
Три охранника окружали госпожу стальной стеной и защищали от полчища озабоченных фанатов, то и дело пытающихся пробить оборону, чтобы добраться до своей возбужденной любимицы.
На помощь троице прискакал мастер Юлий: «Умри, проклятый гриб! Сдохни! Сдохни! А-ха-ха!» — грушеголовый старик безумно хохотал и прыгал по головам учеников, вкапывая их по шею в землю.
«Я ЗАСНЯЛ! Я ЗАСНЯЛ!» — радостный журналист не упустил очередную сенсацию.
Тем временем с востока доносились оглушительные взрывы.
«Сегодня одна из нас СДОХНЕТ!» — поклялась Серафима. На лице прекрасной представительницы расы светлых читалась непримиримая ненависть.
«Я сделаю из твоего черепа чашу для вина!» — кровожадно заверила соперницу Клементина.
— БАБАХ~
Кулаки девушек столкнулись, породив в земле воронку. Ошмётки земли и щебня шрапнелью разлетелись во все стороны. Сразу понятно, что конкурентки сражаются не на жизнь, а на смерть, и сегодня обязательно выявится победитель.
«Ставлю три овцы на победу тёмненькой.» — вальяжно бросил наблюдавший с безопасного расстояния торговец.
«Отвечаю одной коровой на победу светленькой.» — ответил другой продавец.
Рядом с двумя «пастухами» небольшая группка учеников и учениц дружно жевала травку. Судя по блеянию одних и мычанию других, они считали себя овцами и коровами на пастбище.
Сидящий на дереве Тимофей хищным взглядом наблюдал за пасущейся живностью. От нападения его останавливали только бдящие пастухи.
Вдруг ястребиный взгляд бывшего Брауна опасно сверкнул. Он тут же спикировал с дерева и схватил зубами за шиворот змейку — довольно симпатичную ученицу, с шипением проползающую неподалёку, — после чего поспешно затащил добычу на дерево.
«Я КОРОЛЬ МИРА! ДА-А-А-А-А! ВУ-ХУ-УУ-УХ!» — не умолкал самопровозглашённый царь.
«Эй, красавчик, как насчёт поразвлечься?» … «Мы не против поиграться с твоей большой короной!» … «М-м-м, ты такой сочный, заходи к нам, повеселимся!» — три красивые раздетые до нижнего белья ученицы манили короля томными голосами и соблазнительными позами, возомнив себя суккубами. Они стояли возле ущелья, принадлежащего Юноне, и заманивали в логово любви ничего не подозревающих учеников.
«Не царское это дело — проститутками довольствоваться! Слуга, подойди!»
Как раз в этот момент некромант дочитал своё заклинание. Из могилы вылезли три побледневших как полотно ученика. Покачиваясь из стороны в сторону, они пополнили небольшую армию своего призывателя.
«МАМОЧКА! ИХ СТАНОВИТСЯ ВСЁ БОЛЬШЕ! МЕРТВЕЦЫ НАСТУПАЮТ! ВА-А-А-А-А-А-А! СПАСИТЕ МЕНЯ!» — истошно визжа, толстяк влетел в ущелье к трём девицам.
«Какой сочный у нас улов, девочки! Хи-хи!» … «М-м-м, он такой толстенький и вкусненький…» … «Чур я первая! Хочу выкачать его досуха…» — соблазнительно покачивая бёдрами, три красавицы-ученицы отправились пировать.
За развитием событий также наблюдала Стефания Рассел: мастер Зиз Охотников взасос целуется с плещеногом, буквально утопая лицом в его бесчисленных щупальцах; зомби некроманта сражаются с рыцарями короля в попытке свергнуть действующую власть; Тимофей сидит на дереве и нетерпеливо рвёт зубами одежду на шипящей и извивающейся ученице; из ущелья доносятся громкие и сладострастные стоны; где-то что-то взрывается.
Лицо Кёна мертвенно побледнело: {Полный… Пиздец…}
Будто этой катастрофы было мало, парень заметил, как Стефания обвела творящееся безумие странным взглядом, который остановился прямо на нём.