Wing-Span – Всё будет по-моему! Арка 4 (страница 41)

У Кёна округлились глаза. Он изумленно молчал.

«Остап рассказывал, что Кён почему-то всегда дорожил этим медальоном. Уходя из дома, всегда оставлял его отцу, боясь потерять. В общем, безделушку эту я не видел, но он сказал, что смог пронести её в шахту… Правда, он решил оставить её у Лидии…» — закончил раб.

Кён похлопал старика по плечу и коснулся его лба: «Спасибо, Амос. Только что ты обеспечил себе безбедную жизнь.» — оставив ошеломлённого раба недоуменно хлопать глазами, он направился к выходу.

Снаружи парень встретил только контролёров. Он бездушно спросил: «Где те трое?»

«Ушли куда-то, господин…»

«Дай мне зеркальце-поисковик.» — ровным голосом приказал Кён.

Через минуту парень с ноги выбил каменную дверь, ведущую в комнату лидера.

Три бледных здоровяка смотрели на ворвавшегося, как овцы на волка. Они только надеялись, что те два человека были не настолько важны, чтобы принц стал тратить время на поиск трёх жалких рабов!

Кёна охватила ярость, какую он не испытывал даже к Юноне за тот случай на источнике: «Где медальон?» — его низкий голос прозвучал опаснее, чем шёпот смерти.

Курт достал что-то из тумбы: «В-вот, г-господин…» — он протянул парню серебряный медальон.

Лавр бережно положил его в карман. Его тело на мгновение расплылось в воздухе.

Курт и прихвостни и моргнуть не успели, как увидели в руках принца что-то алое, плещущее кровью и судорожно содрогающееся. Два раба по бокам от лидера с ужасом посмотрели на дыры в своей груди в области сердца, затем с померкнувшими взглядами обмякли.

«АА-АА-АА-А-АА-ААА-АА! НЕ УБИВАЙТЕ!» — провизжал полностью потерявший самообладание Курт. У его прихвостней вырвали сердце! Что за ужас во плоти этот принц?!

«Сдохни в муках.» — Кён безжалостно вставил три иглы в тело лидера и влил Синергию.

Из горла мужчины доносился неразличимый хрип. Спустя минуту пыток шоковой терапией, при которых даже несгибаемая Валира сломалась и выдала все секреты, мужчина умер от разрыва сердца. На его лице застыло выражение неописуемого ужаса, граничащего с безумием.

Кён покинул шахту и сел на край скалы, свесив ноги. Его не волновали высота, штормовой ветер и холодный дождь. Скорбь охватила его душу. Впервые Лавр ощущал это чувство настолько явственно, что разрывалось сердце. Приёмные родители разделяли амбиции скромного мальчика, желали ему счастья, возлагали на него надежды, собирали деньги на обучение… Но судьба, безжалостная тварь, попросту раздавила их: разделила с ребёнком, затем друг с другом, и напоследок жестоко убила, даже не оставив возможности подобающе их похоронить.

Тоска шла бок о бок с сочувствием к прошлому владельцу тела. По щекам парня стекали горячие слёзы, смешиваясь с ледяными каплями дождя. Впервые в жизни Лавр по-настоящему плакал. Потерять любимых родителей — это худшее бедствие из возможных…

Когда слёзы унесли скорбь, внушаемую прошлым владельцем тела, Кён вынул серебряный медальон. Парень с неверием вгляделся в изображённый на нём знакомый герб.

Глава 301

Чем дольше Кён смотрел на вырезанный на медальоне герб в виде солнца, тем сильнее его охватывало волнение: {Торрес? Какого чёрта на моём медальоне изображён герб самой авторитетной в мире некоролевской семьи?}

Торресы занимали 1-й ранг в столице империи Сатурна(1). Они как Стоуны для Грандов, только в отношении имперской семьи первой по могуществу человеческой державы. Их влияние в мире равнозначно высокоранговым сектам. Всего лишь одна некоролевская семья уже сопоставима с целой империей Розаррио, вот настолько они велики.

{Я — Кён Торрес?} — парень не верил своим мыслям.

Судя по всему, душа бывшего владельца тела тоже жаждала узнать правду о своем истинном происхождении, посылая Лавру жаркие волны нетерпеливого любопытства. Кён будто возлагал на него надежду отыскать своих настоящих родителей.

{Хорошо-хорошо, только угомонись! В будущем я удовлетворю твою просьбу.} — отмахнулся Лавр и глубоко задумался: как члена великой семьи могли отдать каким-то безымянным нищим, да еще и в низкоранговую империю? Почему его подсунули, допустим, не в королевскую семью, где его точно смогут вырастить без тягот? Отчего не обеспечили бедных родителей необходимыми средствами? К тому же, учитывая здешние обычаи, знать редко отказывается от ребёнка…

Мрачно вздохнув, Лавр создал вокруг себя вакуумный барьер, выполняющий роль зонта, затем написал и отправил письмо заместителю шахты, чтобы тот освободил Амоса, и направился в Бостон.

Сейчас не время грустить о прошлом почти незнакомых родителей, нужно сосредоточиться на себе. Все его планы касательно демонов завершились успехом: те уехали на родину, он стал принцем и в перспективе — имперским следователем. Лучше и быть не может.

Уже поздней ночью Кён вернулся во дворец. Он сразу же пошёл к сокровищнице, находящейся в глубоком подвале за многочисленными живыми и неживыми барьерами охраны. Это единственное место, куда не проложены секретные ходы.

Охрана, узнав в некрасивом парне нового принца, будущего короля Железного трона, пропустила его внутрь. Будь на месте Сруля ублюдок принц Чарльз, доступа в сокровищницу ему бы не предоставили.

Сокровищница состояла из двух секций, в первой хранились расходники, деньги, ключи, формации разных видов, ресурсы, медицина… Во второй — святыня всех святынь, то есть наследие Грандов: рецепты медицины, формаций и техник…

После осмотра первой секции сокровищницы у Кёна вздулась жилка на лбу: «Вот сука… Всё забрала!» — оглядывая полупустые полки, парень разочарованно вздыхал. Он надеялся, что впопыхах покинувшая Бостон королева не успеет ничего с собой прихватить, однако оказалось, что всё ценное она и так постоянно хранила при себе. Чего ещё следовало ожидать от демона, успешно эксплуатирующего три года целое королевство?

Нет ничего удивительного в том, что ему не выплатили награды за поимку Саурона, Ланаи и Черного ферзя в 5, 50 и 100 миллионов соответственно. На самом деле Кён и не рассчитывал на эти деньги. Будто бы демонам не пофиг, кто ещё терроризирует Железный трон помимо них. Бюджет сам себя не украдёт.

Кён пытался смотреть на ситуацию оптимистично. В сокровищнице всё ещё осталось куча атакующих и защитных формаций, всяких колец, браслетов сокрытия и медицины, на которые Влада, видимо, пожалела тратить пространство внутри своего кольца. По примерным прикидкам здесь всякого миллионов на двадцать! Вполне себе неплохой куш.

Собрав всё хоть мало-мальски ценное, загрузив под завязку более 10-ти пространственных колец, парень спустился на 2-й уровень сокровищницы. Как и ожидалось, наследие Грандов не заинтересовало Владу, потому что в ядре демонической империи все эти рецепты и техники являются чуть ли не мусором, изучать которые станет только полный идиот. Заработать на копиях наследий вряд ли выйдет, а забирать оригиналы чревато последствиями. Основная ценность наследия для Кёна заключалась в том, что он может на его основе сделать для себя наработки для чего-то действительно полезного, мощного и впечатляющего, обладающего по крайней мере легендарным «S» рангом. В своё время такими исходниками послужили рецепты уникальных тел, раздобытые в гробнице древнего под особняком Юноны. Благодаря этому он сейчас обладает могущественным телом Пустоты.

Для любознательного Лавра вся ночь пролетела за мгновение. Он изучил (но не осознал) каждый нефрит. Любой другой человек уже умер бы от перенасыщения знаниями. А их здесь хватало: от многочисленных рецептов медицины и техник для боевых и защитных формаций, в том числе высших разрядов всех стихий.

К слову, на каждом нефрите Грандов находился «пароль», без которого доступ к наследию закрыт. Он создаётся с целями защиты от воришек. Узнать «пароль» Кёну не составило труда у главного дворецкого, всё же он первый принц, а не абы кто.

Кён набросал для себя примерный план на следующие два месяца: узнать все загадки своего улучшенного пространственного атрибута; завершить модификацию головы (от уникального тела); изучить все высшие разряды (кроме земли, которые он уже знает); создать технику сокрытия, в идеале, подобную той, которую использовала Валира; пригодилась бы техника лечения; ещё необходима техника, способная обмануть противника, вроде создания иллюзии или миража. Высшая служанка использовала что-то подобное в особняке во время их пари на рабство;

К слову, стать сильнее парня безумно мотивировало желание отнять у суки-богини любимую Дину, сделать Валиру своей женщиной, даже если она того не желает, ну и всё вытекающее, связанное с Карой, ненавидящей собственного мужа.

Определившись с планами, юноша покинул дворец и отправился в Цернос. Если Влада захочет вернуться, чтобы попытаться забрать «сына богини» в демоническую империю, то непременно потерпит неудачу. Кён собирался хотя бы на несколько дней забыть про личность Сруля. И хотя королева вряд ли рискнёт оставаться в королевстве, где её будут разыскивать имперские власти, принять меры для собственной безопасности лишним не будет.

По пути в Цернос у Кёна зазвонил звукопередатчик:

«Здравствуйте Владимир, как ваши дела?»

«Как дела? Как дела?! Великолепно! А-ха-ха!» — из прибора донесся заливистый смех главы департамента. — «Ты нашёл чёртовы неопровержимые доказательства! Я, блядь, искал их несколько лет, а ты справился за грёбаные три недели! Батюшки, Кён, да кто ты такой?!»