Wing-Span – Всё будет по-моему! Арка 2 (страница 65)

Кён помрачнел, внимательно осмотрев изувеченного раба. Вновь нахлынула непередаваемая ярость на виновницу происходящего, но он с невероятным трудом удержался. Его воспитали в неукоснительном соблюдении межгалактических норм, в которых говорится, что любое разумное существо имеет право на существование в пригодных для жизни и размножения условиях. Однако мелкую тварь такие мелочи явно не заботили…

«Приказываю тебе упасть перед Сашкой на колени и извиниться.» — глухо произнес Кён.

«Еще чего, он же всего лишь моя вещь!» — но хрупкая девушка из-за приказа послушно подошла к изувеченному Сашке и села на колени. — «Простите меня, пожалуйста…»

Полумёртвый не поверил своим ушам и глазам. Неужели сами небеса решили извиниться перед ним?

«Громче! Ещё раз! Лбом о пол в поклоне!» — потребовал Кён хриплым от ярости голосом.

После очередного извинения из глаз раба полились слёзы. Он запрокинул голову и с нечеловеческой тоской и отчаяньем взвыл. Его убийца умоляла на коленях простить её. Небеса смилостивились?

Кён, стиснув зубы, коснулся затылка парня и перерезал Синергией некоторые жизненно важные нервы, чтобы тот не мучился. Тело бедняги безвольно обмякло и запрокинулось набок, забывшись вечным сном. Прощай, невинная жертва поганой девчонки.

Как бы ни хотелось, но Кён не мог его спасти из-за многочисленных внутренних травм. Будь это его собственное тело, он бы смог как-нибудь выкарабкаться, но оно чужое… Синергия расходуется, перемещаясь по сосудам, тканям, да и на детальное сканирование каждой клеточки ушли бы часы. По крайней мере, бедняга услышал извинения от своего убийцы перед смертью. Возможно, если загробный мир действительно существует, его душа сможет упокоиться.

«Пожалуйста… Не бейте меня, умоляю…» — жалобно прошептала Юнона, совершенно не обращая никакого внимания на умершего и не сводя пристального, плохо скрывающего враждебность взгляда с «хозяина».

Парень пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь, затем резко схватил длинные золотистые волосы Юноны, обернул вокруг ладони и жестоко потянул на себя. С болезненным визгом девушка была грубо поднята вверх и прижата к телу юноши. Его руки обвили её стройное худенькое тело, а ладонь по-хозяйски легла на упругую ягодицу, рефлекторно начав её сжимать и лапать.

Юнона от шока не могла вымолвить ни слова, казалось, она даже дышать перестала.

«Н… Не… Смей… Я… Убью себя…»

Кён пренебрежительно фыркнул, обнял её покрепче и впился губами в тонкую шею. Как бы уродлива ни была её душа, внешне высокородная госпожа просто восхитительно прекрасна… А аромат её тела был приятнее благоухания райских цветов. В общем, на парня она действовала как качественный наркотик с примесью афродизиака.

Девушка в объятьях задёргалась от отвращения. Её словно окатили ведром помоев, настолько это было мерзкое, унизительное чувство. Лицо побелело, словно только выпавший снег, а затем она обмякла в руках своего мучителя, потеряв сознание.

Кён отстранился от сладкой нежной шеи. Слишком быстро отключилась. Так она не испытает всю горесть наказания, придётся повторить, и не раз… Однако при взгляде на её обескровленное личико у парня ёкнуло сердце — из маленького носика прочертила алую дорожку струйка крови. Казалось, прекрасная девушка увядает на глазах, будто дух медленно покидает еще совсем недавно пышущее жизнью юное тело.

{Вот блядь!} — парня ни на шутку испугало самочувствие его жертвы. Она ещё тогда обещала, что убьёт себя, если он поцелует её ещё раз, и, похоже, сдержит своё слово.

Кён уложил девушку на лавку, приложил ухо к груди — сердце сбивалось с ритма, дыхание неровное. Судя по всему, шок 4-й степени, для обычного человека может стать смертельным.

И все же это было слишком странно. Неужели простой поцелуй может довести кого-то до такого опасного для жизни состояния? Может быть, любая благородная леди будет вести себя так же, если раб будет до неё домогаться? Дина, например, пыталась его избить до полусмерти, но в обморок точно не падала… Хотя он её и не целовал, как Юнону. Видимо, статус раба действительно слишком ничтожен в этом мире, где каждая следующая область развития в десятки раз превозносит тебя над более слабыми, что ведет к постоянному увеличению разницы в положении.

Кён невольно вспомнил жизнь в шахте, а точнее иерархическую лестницу, в которой он и сейчас вынужден выживать. Он — раб, гораздо ниже по статусу своего надзирателя, отвечающего за десять рабов. Надзиратель гораздо ниже лидера — Байрона. Здоровяк вынужден пресмыкаться перед надсмотрщиками. Надсмотрщик Моб кланялся доставщику Рэну. Рэн был предельно почтителен к Флицу, а Флиц наверняка будет гнуть спину перед любым старейшиной, да и Юноной тоже, она ведь 1-го ранга, а он 2-го. Выше находится только сам патриарх, а ещё выше королевская семья… И вот в этой длинной цепочке власти и влияния он, по сути, находится на самом дне. И при этом сейчас он осмелился домогаться Юноны. Если судить с этой точки зрения, то многое проясняется. Будто грязный смертный посмел осквернить живое божество.

Парень пришёл к выводу, что волевая и решительная девушка обязательно совершит самоубийство, как только представится возможность. С её хитростью и уникальными навыками обхода формации это вовсе не невозможно. В самом худшем случае его статус хозяина внучки патриарха внезапно станет бесполезен, а его самого найдут и прикончат, перед этим как следует попытав.

Кён хотел с досадой запустить пятерню в волосы, но лишь тоскливо протёр гладкую лысину. Проклятая девочка не давала ему покоя. С ней куча проблем, она постоянно приносит ему сплошную головную боль своими подставами и ловушками, но при этом она самый необычный и удивительный человек из всех, кого он знал. Перевоспитать её, похоже, нереально. Ни боль, ни унижение на неё не работают, а в случае домогательств она предпочтет позору смерть. Так может дать ей умереть?

Его взгляд на бессознательную рабыню выражал равноценное желание как жестоко отомстить за все её каверзы и угрозу его жизни, так и задумчивость. Наверняка должен найтись способ, при котором от неё впоследствии будет больше пользы, чем вреда. Как бы то ни было, но сидеть на иголках в ожидании её самоубийства, находясь при этом в особняке, он не собирался. Либо придётся покинуть поместье, отдав ей отсроченный приказ прикончить себя, чтобы его секрет ушёл вместе с ней в могилу, либо искать другой вариант.

Когда-то давно он задался вопросом — как обезопасить себя максимально эффективно, став её хозяином? В итоге он решил воспользоваться клеткой приказов, которая, между прочим, должна работать безотказно, но какие ещё были варианты?

У него была идея наложить на девушку формацию с функцией передачи боли, но слишком сложный код внутри не позволял создать таковую с его развитием. К тому же толку от неё, если Юноне боль не учитель?

У него была идея понатыкать повсюду прослушку, но хотя она и проста по природе своей, требует много энергии на создание, а главное пространственный атрибут. Кёну она пока не подвластна, иначе он бы давно прослушивал и тем более просматривал всё и вся в особняке. Воспринять звуковой сигнал, переделать его в импульс и отправить в свой мозг слишком затратная операция, нежели просто помыкать подсознанием Юноны, в основе принципа которого лежит простейший гипноз. Он слишком слабо развит для прослушки и тем более видеосигнала, но будущее многообещающее.

Ещё можно было бы отдать ей банальный приказ убить себя, если она попытается пойти против него или навредить, или убить, но в таком случае она может умереть в любую секунду, потому как подсознание способно неверно истолковать ход мыслей, что бывает у людей довольно часто. Это непредсказуемая бомба замедленного действия, способная сдетонировать в любой момент, плохая идея.

Сегодня он также обнаружил её заботу о Марине, следовательно, можно было бы пригрозить ей избиением подруги, а лучше, чтобы она сама её избила, пусть только замыслит неладное, но… Опять же, разум не идеален. Бедная Марина может пострадать, а он ей жизнью обязан, с её головы ни волосок не упадёт.

В крайнем случае у него была мысль наложить на неё формацию, убивающую её при его смерти, однако… Закон формацевтики гласит, что при остановке сердца, энергия внутри формаций прекращает выполнять свои функции, а когда душа отделяется от ключей и улетает, формации развеиваются. Следовательно, в убивающей формации нет никакого толка — она не сработает. К тому же Юнона тоже в курсе об этой основе основ формацевтике.

Что касается качества формации, то в ней он не сомневался. Улучшить её всё равно не выйдет, да и переналожить не получится, потому что разум Юноны уже приобрёл сопротивление. Придётся довольствоваться той формацией, что она имеет. Тут дело в девочке… Она непонятным образом обходит основные законы формацевтики.

Итого получается, что вокруг одни тупики. Его единственная надежда — клетка приказов, сейчас показала свою слабость и неэффективность. Пора что-то менять. Дальше так продолжаться не может. Терять текущее положение ему очень не хотелось, оно ему досталось большой кровью, усилиями и, чего таить, удачей. С Юноной у него есть все шансы быстро стать могущественным практиком — построить фундамент из уникального тела, развиться с помощью качественной медицины, узнать какие-нибудь сильные техники, а без неё всё это ему придется невесть где искать по отдельности и не факт, что без угроз для жизни.