Wen Gong – Чернокнижник в Мире Магов. Том 8 (страница 100)
Как знатная военная семья, они должны были пройти через крайне жалкий процесс, чтобы получить феодальное владение. И с этим ничего нельзя было поделать.
Уважаемый дедушка Лейлина, по-видимому, был главным имперским телохранителем королевства. Он дружил с предыдущим принцем, который сейчас уже был королем. В последующих войнах его дед несколько раз чуть не лишился жизни, и в итоге получил ужасные раны, которые не могли быть полностью излечены даже божественными заклинаниями. Только после этого он едва сумел воспользоваться возможностью и расширить территории королевства, став знатным землевладельцем. Он получил титул барона, но вскоре после этого испустил дух.
И это произошло именно там, где находилась усадьба Лейлина.
Говоря об этом, его отец Джонас на самом деле был очень опытным лидером. Получив свою феодальную собственность, он не только активно выделял новые земли для сельского хозяйства, расширял производственные процессы и разводил множество видов культур, но и основал приличный порт на отдаленном острове. Благодаря обеспечению питьевой водой, продуктами питания и услугами технического обслуживания судов, его поместье медленно развивалось.
Так вот, руководство семьи Фаулен уже сильно изменилось, по сравнению с прежним. Их землю характеризовали как «драгоценный камень у побережья королевства», и это, безусловно, привело к тому, что маститые дворяне возжелали её.
Однако все это находилось в пределах возможностей Джонаса. По крайней мере, в настоящее время их семья не страдала от жестоких конфликтов, и, узнав об этом, Лейлин вздохнул с облегчением.
Изабель жила в поместье с семьей из трех человек. Ее родители, казалось, забыли о ней, бросив её здесь, и она сама словно бы получала слишком много удовольствия, заботиться об этом доме.
Кроме Изабель, все поместье семьи Фаулен полнилось слугами. Седой дворецкий Райан имел высший статус, а также здесь имелась большая группа поварих, горничных, слуг, начинающих рыцарей и других.
Феодальные земли семьи Фаулен были действительно огромны. Здесь располагалась ферма, мельница, конюшня, мастерская, фабрика по извлечению растительного масла и многие другие объекты. Были даже целые участки плодородных сельскохозяйственных угодий, на которых работали фермеры, как мужчины, так и женщины.
Вся усадьба была в состоянии поставлять муку, уксус, вино и аналогичные предметы в больших количествах, а также, в меньших количествах, железные инструменты. Даже если бы они закрыли свои двери для внешнего мира, они бы все равно оставались бы самодостаточными в течение еще очень длительного периода времени.
Лейлин относился к этому, как к типичному экономическому положению феодальной усадьбы.
Из-за короткой истории семьи Фаулен, они все еще не обладали финансовыми возможностями и ресурсами, чтобы построить свой собственный родовой замок. На самом деле, строительство замка требовало огромного количества камня, пищи, и даже помощи священников и множества необыкновенных существ. Даже среди древних знатных семей довольно редко встречались те, кто имел свой собственный замок и средства на его содержание.
Конечно, как только строительство завершалось, замок становился гордостью и символом семьи.
Замки, принадлежавшие аристократам в Мире Богов, обладали отличными оборонительными способностями. Замки защищались заклинаниями, и даже военные отряды не смогли бы быстро их захватить.
Находясь в кругу аристократов, человек нередко чувствовал себя обделенным, из-за того, что не имел собственного замка.
Глава 791. Учёный
*Треск! Треск!*
Языки пламени лизали первосортную сосновую древесину в изысканном камине, и от неё источался душистый аромат. Теплый поток воздуха циркулировал по главному залу, резко контрастируя с холодным темным миром снаружи.
В центре зала стоял длинный деревянный стол, накрытый белой скатертью. На нем стояли серебряные лампы и драгоценный фарфор. Всё было аккуратно разложено горничными с красивыми фигурками.
Этот фарфор имел глянцевую поверхность. Вся посуда была роскошной, завезенной редкими эльфами, и её поверхность была более гладкой и совершенной, чем кожа новорожденного. Украшенные чрезвычайно сложными цветочными узорами, они являлись высококачественными произведениями искусства и были наполнены перфекционистским стилем эльфов.
Эта посуда стоила чрезвычайно дорого и не могла сравниться с семейным имуществом всех горничных, вместе взятых. Если бы они случайно разбили её, или от неё откололся бы кусочек, барон определенно пришёл бы в ярость.
Цыплёнок в соку, и гладкое, нежное филе телёнка были обжарены до совершенства и аккуратно поданы на обеденный стол. На столе стояли плетеные корзины с длинными кусочками белого хлеба и китайский горшок цвета мёда с молочно-белым грибным бульоном, от которого испускался насыщенный аромат. По краям суповых горшков лежали медные ковши для всеобщего использования. Перед каждым стулом лежали серебряные ножи и вилки, а также фарфоровые подносы и несколько небольших тарелочек с солью, смешанной с кунжутом и черным молотым перцем.
Лейлин уже искусно пользовался вилкой и ножом. Он пробовал кусочек филейной вырезки, равномерно обмакивая его в перце, прежде чем отправить себе в рот.
Шеф-повар обладал неплохими навыками, и говядина была очень нежной и сочной, поэтому Лейлин удовлетворённо кивал головой.
— Ха-ха… ты только посмотри! Наш ребенок уже такой взрослый! — Джонас радостно смеялся, держа в руке бокал виноградного вина.
Семья Лейлина из трех человек и Изабель, были единственными, кто сидел за огромным обеденным столом. Остальные слуги и служанки могли только стоять в сторонке и ждать. Дворецкий, занимавший в усадьбе довольно высокую должность, держал в руке белое полотенце. Он почтительно стоял позади барона, как и другие слуги.
Очевидно, это был семейный банкет.
— Конечно. Мой маленький Лейлин — самый лучший. Посмотри, сколько он ест. С таким аппетитом он, безусловно, вырастет замечательным парнем, от которого девушки будут сходить с ума! — леди Сара тоже смеялась.
Нельзя отрицать, что нынешний Лейлин унаследовал гены от обоих своих родителей и обладал довольно хорошим телом. У него уже было довольно красивое лицо. Изабель же просто кивнула, продолжая фокусировать свое внимание на стоявшем перед ней яблочном пироге.
— Ладно. Сара, я хочу кое-что сказать! — Джонас поставил свой бокал, а его выражение стало немного серьёзнее. — Я думаю, Лейлин готов начать осваивать профессию, просвещаясь научными знаниями.
— Но он еще так молод… — с тревогой начала Сара.
— Нет, ему уже 5 лет! Все дети других аристократов получают образование в этом возрасте. Ты же не хочешь, чтобы наш ребенок уступал другим детям? — настойчиво спросил Джонас, заставив Сару замолчать.
Лейлин пил и ел, но продолжал внимательно их слушать: «Образование в 5 лет? Похоже, я смогу более глубоко воздействовать на это общество. В конце концов, все воспоминания Вельзевула связаны с дьяволами и адом и не имеют ничего общего с материальным пространством».
Лейлин был в восторге от методов воспитания в благородных семьях. Их личности, как дворян, не переходили по наследству. Чтобы сохранить свою репутацию и положение в обществе, им приходилось прикладывать большие усилия.
Каждый наследник дворянской семьи получал строгое и суровое образование с юных лет. Это передавалось из поколения в поколение, и, несмотря на то, что время от времени среди них и появлялись бездельники, они всё равно оставались самыми мудрыми и образованными людьми в мире.
По крайней мере, он понимал, что обучение местных аристократов было просто пугающим. В результате, среди всех слуг в усадьбе, читать умели только дворецкий и горстка рыцарских подмастерьев, в то время как остальные оставались неграмотными.
Очевидно, простолюдины, выросшие в такой среде, были абсолютно не способны конкурировать с будущими поколениями знатных семей. Если бы это подтверждалось с точки зрения интеллекта, то сила, которую они контролировали, была бы плачевной.
— Что скажешь, Лейлин? — Джонас посмотрел на Лейлина.
— Я думаю, что я готов к этому, отец, — хладнокровно ответил Лейлин. Ему было более чем достаточно и дальше притворяться ребенком.
— Ха-ха… вот он — настоящий потомок семьи Фаулен! Прекрасный ответ! — барон от души рассмеялся и залпом осушил свой бокал красного вина. Затем он начал обсуждать с Сарой вопрос о том, какого ученого им следует нанять.
Лейлин, конечно, был не в том положении, чтобы вмешиваться, и мог только продолжать молча пить свой грибной бульон.
— Ты попаааааал, — он поглядывал на свою старшую кузину Изабель, которая корчила рожицы и шептала ему эти слова. Он просто сделал вид, что не замечает, как она дразнит его, заставляя ее закатывать глаза.
Доев свой суп, Лейлин вернулся в свою комнату. Он изо всех сил старался держаться за эти блага. Хотя барон и его жена в целом согласились с этой просьбой, у них имелись и другие условия.
Рядом с его комнатой была устроена другая комната, отделяемая одной лишь шелковой занавеской, чтобы о молодом мастере могли позаботиться в любое время. Его быстрое взросление доставляло жене барона огромную радость, но в то же время, — некоторое сожаление и печаль.