Walentina – Ты мой! Счастье вопреки (страница 28)
Все это Марина говорила спокойно и уверенно. А вот у меня от каждого ее слова внутри начинала клокотать ярость. Мне так сильно хотелось встать и дать пару пощечин прекрасной мордахе сестрицы, а потом еще отыскать ее мать и ей тоже отвесить несколько звонких пощечин, что мне пришлось с силой сжать подлокотники кресла, чтобы не сорваться.
Это ж надо было до такого додуматься! Сначала невесть как сделали ребенка, а когда он стал им не нужен, решили выкинуть как надоедливого котенка!
Возмущение во мне так и клокотало, за время ее рассказа внутри меня столько всего накопилось, что я с удовольствием бы выговорила сейчас все это Маринке. Но, глядя на эту хладнокровную девушку, у которой на лице не проскользнула ни одна эмоция, когда она говорила про то, что собиралась отдать ребенка в приют, я поняла: что бы я сейчас ей ни сказала, это будет бессмысленно. Какие слова я бы при этом не использовала, ей будет просто все равно. Так стоит ли вообще ей что — то говорить?
— Так чего ты конкретно хочешь? — как можно спокойней спросила я.
Она не ответила, лишь поднялась с кресла, в котором до этого сидела и направилась в дальний угол кабинета. Та часть кабинета была создана специально для отдыха из — за того, что там царил полумрак. В углу располагался диван и небольшой кофейный столик, а благодаря большим кустам комнатных растений, мебель почти была не заметна. Там можно было спокойно насладиться чашечкой ароматного кофе и мнимым уединением.
Спустя минуту Марина показалась оттуда с… переноской в руках, в которой спала малышка! Марина подошла к столу и поставила на него переноску. Сестра не стала присаживаться назад в кресло, а, стоя рядом с переноской, повернулась ко мне.
— Свидетельство о рождении и мед. карта здесь, — и она достала из сумочки небольшой конверт. — Как и документы на отказ от ребенка, все составлено по закону, через нотариуса. Можете не беспокоиться, назад требовать ее не буду! — усмехнулась она.
Положив конверт рядом с переноской, она развернулась, намереваясь покинуть кабинет.
— То есть ты сейчас ее вот так бросишь, и все? Тебе не жаль ее? — еле справившись с шоком спросила у сестры.
— Нет, — спокойно ответила Марина, даже не поворачиваясь. Она дошла до дверей, и только там она как будто о чем — то вспомнила и повернулась ко мне лицом. — И да, привет Дмитрию передавай от меня!
И все.
Она ушла, просто оставив ребенка у меня на столе.
Ребенка, который был ни в чем не виноват — ни в том, что появился на свет (пусть даже в следствие отвратительной аферы), ни в том, что грандиозные планы одной сумасшедшей женщины не воплотились в жизнь. Ребенок, который еще не успел ничего сотворить, который был беззащитен и не мог за себя постоять. Его просто взяли и бросили, как надоедливого котенка, как игрушку, которая больше не нужна, которой уже наигрались…
Эпилог
— Ваня, Аня?! — остановила я детей, которые во всю свою прыть неслись к кромке воды. — Почему вы одни? Где Лиза? Сколько раз я вам говорила, не бросайте ее одну?! — стала я отчитывать их, пыталась выискать взглядом младшенькую.
— Ну мам! — запричитали они в один голос, им так не терпелось вновь окунуться в море, а я их тут задерживаю!
— Мы ее не бросали, она с бабушкой! — ответил Ваня, взяв на себя ответственность, как старший. — Можно мы пойдем? — и столько мольбы во взгляде…
Закатив глаза, я разрешила им продолжить свой путь и спустя минуту со стороны моря послышался радостный визг. Уже неделю мы отдыхаем на острове, и все это время дети практически не вылезают из воды. Их радости не было предела, когда они узнали, что нас ждут внеплановые каникулы.
Каждый год, в одно и то же время, мы выбираемся из душного города и летим на остров отдыхать. Но этот год стал для нас тяжелым и эмоционально выматывающим, поэтому мы приняли решение, что несколько недель незапланированного отдыха пойдут на пользу всем.
В этом году Дима окончил школу и у нас встал вопрос о том, где он будет обучаться в дальнейшем. Дмитрий настаивал на учебе за границей, я же утверждала, что в России тоже есть хорошие места для обучения. Мне не хотелось его отпускать так далеко! Понимаю, глупо, он уже большой мальчик, но для меня он все еще ребенок! Но сколько бы мы с мужем ни спорили, доказывая свою точку зрения, сын все равно сам выбрал, где будет обучаться. И когда он сообщил, что будет учиться за границей, я молча приняла его выбор, хотя внутри все сжималось от переживаний за сына. Другая страна, другие люди, а он там один! Но я ему обещала, что стойко приму любой его выбор, и пусть сердце сжималось от страха, боли и переживаний, я старалась сдержать свое обещание.
Перед тем как у Димы начнется учебный год, мы решили провести время вместе, в кругу семьи. Поэтому, не сговариваясь, мы упаковали чемоданы и спустя несколько часов одного долгого перелета, уже нежились на песочке под палящим солнцем и купаясь в море.
— Мама! — прокричало маленькое светловолосое чудо, подбегая и обнимая меня.
— Мое ты солнышко! — улыбнулась я. — Где бабушку потеряла? — поинтересовалась у нее.
— Там! — проговорила Лиза и указала пальчиком в сторону дома.
Я посмотрела в том направлении и увидела, как Анжелика неспешно направляется к нам. Ей с каждым годом становилась все трудней уследить за этими тремя сорванцами. Но она все равно наотрез отказывается от услуг няни! Упрямая женщина! В этом я успела убедиться за несколько лет совместного проживания.
— Мам, можно тоже пойти купаться? — спросила Лиза.
— Иди! — отпустила ее купаться к брату и сестре.
Спустя несколько минут мое одиночество вновь было нарушено.
— Совсем уже не поспеваю за этими ураганчиками! — пожаловалась Анжелика, устраиваясь в рядом стоящем шезлонге. Женщина откинулась на спину и выдохнула с облегчением. — Лиза своим характером напоминает Дмитрия в детстве, он тоже в ее возрасте всегда был тихим и рассудительным, — проговорила задумчиво она, глядя на резвящихся детей.
По сравнению с братом и сестрой, Лиза была менее активным ребенком, но более серьезным и ответственным. И этим качествам она пыталась научить Ваню и Аню, которым в силу их возраста это казалось скучным!
Тот день, когда в нашей семье появилась Лиза, наверное, не забудет никто из нас. После ухода сестры я долго сидела неподвижно, вперив взгляд в малышку. Я не могла даже пошевелиться, словно меня парализовало. Сидела и смотрела на этого белокурого ангелочка, которая крепко спала в переноске и не знала, как быть дальше! Мысли путались, не давая мне нормально соображать. Я понимала, что нужно подняться и найти Дмитрия, понимала, что нужно ему все объяснить, рассказать то, что сама только что узнала. Но, тем не менее, я не могла даже сдвинуться с места! Словно примагнитившись к креслу, я сидела и смотрела на ребенка…
Не знаю, сколько я просидела в таком состоянии, но пришла в себя от детского плача. Не задумываясь, я подхватила малышку на руки и стала бережно укачивать на руках. Когда я заглянула в глаза малышки, то осознала, что не смогу ее отдать ни в дом малютки, ни куда бы то ни было еще.
Спустя час немного испуганный Дмитрий нашел меня в кабинете. Расстроенную, немного потерянную, с малышкой на руках.
Оказывается, он не выдержал столь долгого моего отсутствия и пошел на поиски. Персонал молчал, не говоря ему, куда я пропала (по моей же просьбе). Но он все равно меня нашел! А когда увидел меня с малышкой, то сначала растерялся, но потом пришел в себя, и… как же он негодовал по поводу того, что я не сообщила ему, что Маринка была тут. За следующий час я много интересного узнала и о Маринке, и о себе, глупой женщине! Он пытался донести до меня свои опасения. Твердя, что Маринка могла мне навредить, а я со спокойствием пошла с ней на встречу. Он возмущался, грозился меня отшлепать и… да много чего я успела наслушаться от него! В итоге, увидев, что его возмущения меня мало волнуют, тяжело вздохнул и сказал, что уже поздно и нам пора домой. Насчет малышки он тему не стал поднимать. Как позже он объяснил, взглянув на меня, он сразу понял, что с ребенком я не расстанусь, даже если бы он на этом настоял.
Вот так в нашей немаленькой семье появился еще один человечек. Конечно, поначалу не все было гладко и легко. Дима долго противился появлению этой девочки в нашем доме, но со временем смирился и принял — таки ее в семью. Точно не знаю, что именно послужило основой его решению, но сейчас он любит ее ничуть не меньше, чем Ваню с Аней.
— У нас есть еще полчаса в запасе, ужин почти готов, Дима обещал нас позвать, когда накроют стол, — проговорила Анжелика, вырывая меня из воспоминаний.
Ужин — это хорошо, после ужина дети всегда ложатся отдыхать. Только тогда в доме наступает долгожданная тишина, и мы все можем выдохнуть свободно, до утра. Вот только сначала нужно умудриться как — то вытащить на сушу этих маленьких черепашек и заставить их поужинать. А это еще то задание!
За непринужденной беседой мы и не заметили, как пролетело время. Дима пришел, когда солнце уже клонилось к горизонту, а наши черепашки все никак не собирались покидать пляж. Анжелика было направилась к ним уговаривать идти на ужин, но Дима ее остановил. Он быстрым шагом направился к детям, и спустя пару минут те с диким визгом ринулись в сторону дома. Анжелика, причитая об их поведении, направилась следом. Я же осталась дожидаться сына, который явно не спешил возвращаться. Дима стоял у самой кромки воды, засунув руки в карманы шорт, и смотрел вдаль. Нахмурившись, я тихо подошла к нему и стала рядом.