Walentina – Ты мой! Счастье вопреки (страница 20)

— Знаешь, что бы там сегодня ни произошло…

— Это никак не отразится ни на нас, ни на наших отношениях, знаю, — перебила я.

Дмитрий улыбнулся благодарно и, обняв меня, прошептал:

— Спасибо!

— Мы семья, Дим, по — другому никак! — проговорила я. — А теперь пошли, не будем заставлять их ждать, — сказала я и выбралась из машины.

Когда мы прошли в зал суда, действующих лиц еще не было (то есть Маринки и так называемой моей семьи), зато нас уже дожидался целый штаб адвокатов. Об этом Дмитрий с Матвеем позаботились заранее.

Кстати, этот товарищ тоже был тут! Он поприветствовал нас и немного виновато мне улыбнулся. Наверное, он чувствовал вину за то, что ему пришлось все умалчивать по этому поводу. Ведь он узнал об этом письме сразу же вслед за Дмитрием, и именно он настоял на том, чтобы Дмитрий все рассказал мне. Это мне вчера поведал сам Дмитрий, пока мы были в дороге.

Пройдя к столу ответчика, Дмитрий присоединился к адвокатам. Перед этим он не забыл меня поцеловать в уголок губ и шепнуть, что все будет хорошо.

А я заняла место в зале недалеко от стола, за которым сидел муж. Сразу же рядом со мной присел Матвей.

— Привет, — шепнул он мне.

— Привет!

— Как ты? — спросил он.

— Лучше всех! Разве не видно? — спросила я ехидно.

— Не переживай, все будет хорошо! Наши люди за всем пристально следят, вам не о чем волноваться, — поддержал он меня.

— Ага, не о чем! Кроме того, что эта малышка может оказаться его дочерью, нам больше не о чем переживать! — съязвила я.

Обычно я не такая и просто так не «рычу» на близких мне людей.

— Прости! — извинилась я перед Матвеем. — Я просто нервничаю.

— Ничего, я тебя понимаю! — ответил он миролюбиво.

Я бросила в сторону Дмитрия взгляд, он что — то обсуждал с адвокатами. Полностью погрузившись в обсуждение, он не обращал ни на кого внимания. Я постаралась успокоиться и взять себя в руки. Не хватало еще показать всем тут присутствующим, что я боюсь! Поэтому я отвлеклась от всего происходящего разговором с Матвеем.

Глава 16

Марина появилась в зале суда с присущим ей шиком — блеском и в сопровождении матери. Отца почему — то рядом не было, что показалось мне странным, и отчего — то в душе появилось волнение за него. Да, он поступил с нами подло, за такое прощать не стоит. Но он все же отец, и сердце за него переживает.

— Матвей? — тихо позвала я друга.

— Да?

— Ты не знаешь, почему отца нет? — задала я ему вопрос.

Не то, чтобы я его хотела видеть, просто хочется знать, что с ним все нормально.

— Не знаю, — ответил он. — Но, если тебе будет спокойней, с ним все нормально. — сказал он.

— Спасибо, — прошептала я, и бросила свой взгляд на сестру.

Маринка же обвела всех присутствующих презрительным взглядом. Остановив его на мне, она скривилась. Но стоило ей перевести взгляд на Дмитрия, как она вмиг стала "обиженной всеми невинной овечкой".

Впрочем, Дмитрий даже не посмотрел на нее. Он вообще не отвлекался от разговора с адвокатами!

Нацепив на лицо маску скорби, Марина прошла к столу, где сидел влиятельный и деловой мужчина. Как только она присела рядом с ним, они начали шептаться, бросая при этом взгляды в мою сторону. И эти их взгляды заставляли меня нервничать еще больше.

Вдруг я почувствовала, как мою руку сжала сильная мужская рука. Отведя глаза от сестры, я посмотрела на Матвея.

— Не переживай, перестань нервничать, они ничего тебе не сделают, — шепнул он. — Дмитрий этого не допустит, — улыбнувшись, подмигнул мне Матвей.

Инна Сергеевна и вовсе ни на кого не смотрела, она подошла к Марине, которая все еще что — то обсуждала с тем мужчиной, и, что вполне в ее стиле, стала что — то требовать. Ее быстро в чем — то заверили и, удовлетворившись ответом, она присела на один из стульев в зале.

Через мгновение появился секретарь и объявил:

— Встать, суд идет!

Все, как и положено, поднялись.

Пока в зал входил и устраивался на своем месте судья, Дмитрий не сводил с меня взгляда. Я ему немного нервно, но в то же время нежно улыбнулась и получила такую же улыбку в ответ.

— Можете садиться, — прозвучал безэмоциональный голос судьи. — Слушается исковое дело о…

— Ваша честь? — перебил судью мужчина, что сидел возле Марины.

— Да? — немного раздраженно взглянув поверх очков на адвоката, спросил судья.

— Дело закрытое и моя клиентка требует, чтобы все лишние покинули зал суда, — деловито произнес он.

Маринка мне победно улыбнулась, а у меня сердце забилась во много раз сильней.

«Неужели меня сейчас просто выпроводят за дверь?» — промелькнула в голове паническая мысль.

Я бросила растерянный взгляд на мужа, но он мне лишь успокаивающе улыбнулся. Ничего не понимая, я посмотрела на Матвея, однако он только пожал плечами. Судья на некоторое время уткнулся в бумаги, что — то там изучая. Затем он вновь обратил свое внимание на присутствующих в зале.

— Судя по заявленным бумагам, посторонних в зале не наблюдается, — сказал он четко.

Видимо, Маринку такой ответ не устроил, и она возмущенно воскликнула:

— Тогда что эта… — она ткнула в меня пальцем, я не удержалась и скривилась от ее выходки. — Что она тут делает? — спросила она.

— Истец, попрошу вас вести себя в зале суда подобающе! — сказал судья. — А также проявить немного уважения к супруге ответчика.

— ЧТО?! — воскликнула от услышанного Марина.

Она стояла, нелепо хлопая глазами, открывая и закрывая рот в немом вопросе. В таком же состоянии находилась ее мать.

Но судье, видимо, было не до этого. Наверняка ему хотелось побыстрей закончить этот процесс и вернуться домой, к своей семье.

— Что ж, продолжим слушание! — заявил он как ни в чем не бывало и стал зачитывать дело.

Весь процесс заседания я сидела как на иголках, нервно кусая губы и пряча от Дмитрия взгляд. Я не хотела, чтобы он видел, как я переживаю. Еще эти косые, полные злобы взгляды Маринки, которые раздражали меня не меньше, чем то, что судья как назло тянул время! Нет, он — то ни в чем не виноват, он просто выполнял свою работу. Хотя заседание суда и правда затянулось. А Марина из этой ситуации сделала целую трагедию. Она пригласила в свидетели немыслимое количество людей, которые все как один твердили, что Марина и Дмитрий любили друг друга, планировали свадьбу, ребеночка, а тут появилась эта гадина (то есть я) и, такая — сякая, увела его у сестры! Послушав их, я и сама почти поверила в эту сказку! Вот и судья кивал головой, делая себе какие — то пометки.

Когда свидетели закончились, Маринка предоставила целый архив фотографий. Начала она еще с тех фотографий, где они с Дмитрием были совсем юными. Где он влюбленными глазами смотрел на мою сестру, улыбаясь ей нежно. От вида этих фотографий мое сердце сжалось от боли. Я прекрасно понимала, что это было очень давно, в прошлом, но от этого мне не становилось легче. Еще несколько фотографий мелькнуло, где они были в юности, а потом парочка с юбилея отца. Следом пошли уже фото, где Марина с большим и аккуратным животом, а после — с десяток фото дочери Марины.

И тут — то мое сердце екнуло.

Смотря на эту маленькую крошку, я вспомнила свою Анюту, свое маленькое чудо. И поняла: что бы ни творила Маринка, это маленькое создание не при чем! Светлые завитушки вкупе со светлыми глазками и пухленькими щечками делали эту малышку похожей на маленького купидончика.

Во мне вскипела на сестру такая злость, что я чуть не вскочила со своего места! Я бы с большим удовольствием надавала оплеух своей сестрице. Не знаю, что именно заставило меня усидеть на месте — взгляд Дмитрия или рука Матвея на плече, но я была им обоим благодарна.

Когда судья выслушал всех свидетелей со стороны Марины и все их доказательства закончились, то за дело взялись адвокаты Дмитрия. Все, что устроила тут сестрица, они порвали в пух и прах. Свидетелей заменили документы, доказывающие, что Дмитрий уже находился в браке, когда Маринка забеременела и родила.

Тут, конечно, даже я удивленно посмотрела на Дмитрия. Но рядом сидящий Матвей шепнул мне на ушко:

— Так надо было!

На фото Маринки они ответили теми же фотографиями. Только они не забыли показать и свадьбу сестрицы, и нескольких кавалеров, с которыми она развлекалась как до беременности, так и после.

Адвокаты много чего говорили, показывали, утверждали и доказывали. С каждым новым доказательством или примером — сестрица то бледнела, то краснела, как, впрочем, и ее мама.

Но главное заключалось не во всех этих доводах и доказательствах. Решающим фактором стал белый конверт, который принесли судье в самом конце заседания. Тут — то и сдали мои нервы. Я просто уткнулась в плечо Матвею, боясь услышать результат.

Мне казалось, что пока судья открывал и разворачивал конверт, время в этот самый момент замедлилось, оно как будто превратилось в тягучее желе. Мне так хотелось крикнуть, чтобы он делал это быстрей, но я лишь сильней сжала руку друга и зажмурилась.

— Итак! — произнес судья. — У меня в руках результаты ДНК — теста, сделанного с целью подтверждения либо опровержения отцовства Туманова Дмитрия Михайловича над Серовой Елизаветой Дмитриевной. На основании исследования было установлено, что Туманов Дмитрий Михайлович с вероятностью 96,7 % является отцом Серовой Елизаветы Дмитриевны, — провозгласил он.