Walentina – Хранительница 2. Месть волчицы (страница 36)

— Снова гонишь? — усмехнувшись, спросил он.

И я ощутила его горечь, словно свою. Когда Михалыч рассказывал мне о чувствах и эмоциях, что оборотень может ощущать, как свои, я даже представить не могла, что это настолько сильно. Волнение, переживание, страх, злость и желание… порой его эмоции настолько тесно переплетались с моими, что я терялась, пытаясь распознать, где чьи. Теперь слова старика о том, что оборотня очень трудно обмануть, мне стали понятны. Как же сейчас обидно, что в прошлом я не обладала этим качеством. Возможно, будь оно у меня тогда, и я сделала бы намного меньше глупых ошибок.

— Нет, даю право выбора.

— А может, есть третий вариант событий? — спросил он в шутку, пытаясь разрядить накалившуюся атмосферу между нами.

— Нет, — ответила, качая отрицательно головой.

— А как же Макс? — поинтересовался неожиданно Глеб, сбивая меня с толку.

Я тут пытаюсь выяснить, что за отношения между нами сейчас, и что нас ожидает в будущем, а он приплетает сюда Макса!

Хотя Глеб, конечно, прав, но пока я не хочу думать о Максе.

— Да забудь ты уже о нем! — не выдержав, разозленно воскликнула, еще и ногой топнула от раздражения.

— А ты забыла?

— Пытаюсь, — все же ответила спустя недолгое молчание.

— И как, удачно? — внезапно раздался вопрос Макса, заставляя вздрогнуть, как от удара.

Я же чувствовала что-то неладное! Понимала, должно что-то произойти, но не прислушалась к этому ощущению.

Возможно, я просто забыла какого это, снова чувствовать… силу?!

Не веря до последнего в пришедшую на ум мысль, я вытянула руку вперед, представляя, как на ладони разрастается голубой шар. На мгновение я даже прикрыла глаза, вспоминая давно забытое чувство, когда приятное тепло растекается под кожей, скапливаясь в груди, после чего вырываясь волной или небольшим, но сильным всплеском, образуя шар. Это было так давно, что кажется, все случившееся было не со мной.

— Я, кажется, задал тебе вопрос! — возмутился Макс, делая шаг по направлению ко мне, вот только Глеб не позволил ему прибиться ближе, чем на шаг. — Какого хрена?! — взревел тот, кидаясь на него.

— Придурок! — воскликнул Глеб, отталкивая его в сторону. — Нашел время выяснять отношения!

— Кто бы говорил?! — оскалился тот ему в ответ.

— Заткнитесь оба! — не выдержав, зло закричала я, заметив, как мелькнул в ладони голубоватый огонек и тут же потух. — Ну вот! — раздраженно бросила, понимая, что ничего не выходит.

Но все же я была права, сила снова возвращается, только неизвестно: будет ли она прежней или нет и надолго на этот раз.

— Что это было? — спросил Глеб. — Неужели?..

— Да! — отмахнулась от него, делая несколько шагов в сторону, не желая больше стоять на месте и терять время на разговоры, но тут же остановилась, не понимая, куда идти.

В обличии волчицы это сделать было гораздо легче. Не знаю, как у нее (или у меня?) так быстро получается понять, где находится то или иное место, но это умение не помешало бы мне и в человеческом облике.

— О чем вы? — спросил Макс.

— У Карины снова просыпается сила, — ответил Глеб.

— Что это значит? — поинтересовался Макс настороженно.

— То и значит, — пробурчала, опередив Глеба.

Терпеть не могу, когда при мне обсуждают меня же!

— У нее до этого момента сила спала, — негромко ответил ему Глеб.

Возможно, он надеялся, что я не услышу (а это было бы так, не обретя, я вторую ипостась), но Глеб ошибся, и его слова не прошли мимо меня.

— Она не спала, ее не было! — раздраженно поправила его, поворачиваясь к обоим. — Что, предпочтете остаться здесь и обсудить мою силу, или все же отправимся спасать моего сына?! — не выдержав, воскликнула, вынудив их вздрогнуть.

— Как раз решил вас догнать, чтобы сообщить, что самолет готов взлететь, — сказал Макс, хмыкнув на последок.

— Самолет?

— Да, Карина, самолет, — сказал он. — В отличие от тебя я умею думать и прекрасно понимаю, что своим ходом ты до Беглых толков доберешься за сутки, а на нем за пару часов долетишь, — пристыдил меня Макс, после чего добавил: — Иногда все же стоит доверять кому-то еще, а не надеяться только на себя.

Сначала я испытала стыд, когда он сказал про то, что на самолете быстрее, что мне порой стоит думать головой. Но после слов о доверии я разозлилась. Вот честное слово!

Он и правда думает, что я могу доверять ему?

— И? Как мы доберемся до самолета? — поинтересовалась у него.

Конечно, можно было и продолжить дискуссию о том, кто и как может доверять, но я не желала вновь об этом разговаривать.

— Нам придется вернуться к машинам, а после заехать в город, — сказал, скривившись, Глеб.

— Что? — спросила, повернувшись. — Возвращаться? Но на это уйдет много времени, может, сразу отправимся к самолету?

— Карина, даже то, что аэропорт находится за территорией города, люди не поймут, если ты выйдешь к ним… кхм… обнаженной, — сказал Глеб, а после, подавшись немного вперед, наклоняясь к самому ушку, продолжил: — Мне, конечно, нравится, но я не хочу, чтобы другие видели тебя в подобном виде.

От его жаркого шепота по телу прошла волна возбуждения. Чувство желания обладать едва не сбило меня с ног. Трудно было понять, чьи именно это эмоции, мои или Глеба, пока не посмотрела на Макса. Вздрогнув, я обняла себя за плечи, пытаясь спрятаться от его пристального взгляда. Видеть, как медленно меняется его взгляд, как страсть берет вверх над злостью, и осознать, что чувство желания, едва не сбившее меня с ног, принадлежит ему. Ему и Глебу.

Ощущать его желание и в то же время чувствовать позади Глеба, зная, что и он жаждет того же…

Судорожно вздохнув, я прикрыла глаза, окунулась в эти ощущения, погружаясь в водоворот чувства, представив лишь на мгновение: каково это, когда два разных и в то же время желанных мной мужчины будут рядом… ласкать и дарить не с чем несравнимые ранее чувства. Испугавшись новых ощущений и странных мыслей, резко распахнула глаза, мотнув головой, прогоняя страшную картину прочь.

— Значит, возвращаемся, — тихо сказала внезапно осипшим голосом.

Еще не до конца отойдя от прожитого эмоционального потрясения, немного заторможенно осмотревшись, пошла в ту сторону, где предположительно находилось заброшенное здание. Вот только я не учла одну вещь, босиком далеко навряд ли удастся уйти. Ибо уже на втором шаге я, ойкнув, отдернула ногу от земли, наступив на что-то острое. Конечно, было не столько больно, как не неожиданно. Почти в эту же секунду, земля ушла из-под ног, и я оказалась на руках Глеба.

— Аккуратней, — прошептал он прямо мне в губы, обжигая их дыханием.

Казалось, только что утихшие эмоции вновь дрогнули, пробуждаясь, рисуя в воображении очень неприличные картины.

— Извини, я не привыкла ходить босиком, — для чего-то прошептала в ответ, смотря ему в глаза.

Лишь на мгновение мне показалось, что время остановилось, и что, кроме нас, двоих, здесь больше никого нет. Захотелось сократить это незначительное расстояние и впиться ему в губы в жарком поцелуе. Хотелось забыться в эмоциях, чувствах и ласке, хоть ненадолго, но все же… Вот только недовольный рык, раздавшийся где-то в стороне развеял это мгновение, возвращая в ужасную реальность.

— Ничего, научишься, — сказал Глеб, не обратив никакого внимания на Макса и быстро поцеловав, развернулся в противоположную сторону.

— А?.. — протянула, не понимая, зачем он это сделал, но Глеб понял меня без слов.

— Нам туда, — сказал и кивнул прямо перед собой, где в темноте виднелась обнаженная спина Макса. При каждом его движении мышцы перекатывались под кожей, завораживая и не позволяя отвести взгляд от такой красоты.

— Только не прожги в нем дыру, он нам еще живым нужен, — прошептал вдруг Глеб на ушко, вынудив смутиться и уткнуться ему в плечо.

Глава 26

— И как давно у тебя нет силы? — поинтересовался Макс, как только выдался шанс остаться наедине.

Все время, пока мы добирались до здания, а после и до аэропорта я всеми силами старалась сторониться его, держалась ближе к Глебу. Я знала, что стоит нам только остаться одним, как разговор на неприятную тему вновь будет поднят, а мне этого, ох, как не хотелось. Но стоило Глебу отлучиться всего на минуту, и я почувствовала себя неловко рядом с Максом, а ему это только и нужно было.

— После рождения сына, — ответила негромко, так и не посмотрев на него.

Мне казалось, что картина за иллюминатором намного привлекательней. По крайней мере, я пыталась убедить себя в этом, лишь бы не смотреть на него. Отчего-то мне казалось что стоит только на него взглянуть и мое разыгравшиеся ранее воображение вновь начнет подкидывать развратные картинки с участием Макса в главной роли.

— Интересно, — хмыкнул он.

А мне вот это совсем неинтересно! Я запуталась и еще не до конца поняла, как себя с ним вести. Постараться все забыть и начать сначала? Об этом и думать не хочется. Но и игнорировать постоянно его, у меня не выйдет. Макс — отец моего ребенка, и когда мы найдем сына, избегать его у меня не получится. Ради малыша мне все же придется с ним общаться, а значит, лучше уже сейчас решить все разногласия. И если у нас не получится начать все сначала, мы должны хотя бы стать друзьями.

— Значит, ты решила, что нам вместе больше не быть? — спросил он, и краем глаза я заметила, как он поднялся.

Понимая, что Макс решил присесть рядом, я с некой опаской посмотрела на него.