Walentina – Хранительница 2. Месть волчицы (страница 22)

Услышав это я вздрогнула, как от удара. Я прекрасно знала, что Глеб отказался от стаи. Он не был намерен возвращаться туда не под каким предлогом. Его просили вернуться, предлагали любые условия, но он не желал для себя судьбы альфы. Он никогда мне не говорил, что ему с нами спокойно и хорошо, но его глаза… они не могли лгать. Он предпочел жить с нами, отказавшись от иных благ.

— Только не говори… — я не договорила, прекрасно понимая, что он все равно скажет именно то, о чем я подумала.

— Да, Карина, теперь я — альфа.

— Только не говори, что ты пошел на это из-за нас? — взволнованно поинтересовалась у него, подавшись вперед, желая увидеть его лицо.

В свете от фар это было трудно сделать, но мне все же удалось разглядеть на его лице печальную улыбку.

— Не буду.

— Поверить не могу, — выдохнула, откидываясь на сиденье, запрокидывая голову и закрывая глаза, чувствуя вину.

— Почему? — спросил он с горечью. — Неужели ты еще не поняла, что ради вас я готов пойти на все?

Открыв глаза, я посмотрела прямо перед собой, а заметив пристальный взгляд Глеба в зеркале заднего вида, тут же отвела их в сторону. Меньше всего мне хотелось сейчас говорить об этом, но, тем не менее, от этого разговора убегать вечно не получится.

— Я осознала это уже давно, но… — начала я неуверенно, пытаясь подобрать слова, чтобы не сделать ему больно.

— Не нужно, — хмыкнул он. — Поговорим об этом, когда вернем Максимку.

— Спасибо, — это единственное что я могла сказать ему. Хотя это так катастрофически мало по сравнению с тем, что он сделал для нас.

— Мои ищейки отправились на поиски Максимки в то время, пока я пытался отыскать тебя, — продолжил рассказывать Глеб, словно между нами не было этого странного разговора. — Твои следы я потерял возле реки. Знал, что шанса выжить без сил у тебя практически не было, но не переставал искать, прочесывая близлежащие деревни и стаи. Но я даже и предположить не мог, что ты отправишься к Михалычу!

— Это единственное, что пришло мне на ум, — скривившись, проговорила, перебив его.

— Сейчас я это понимаю, но тогда…

— Прости, но я не знала, где тебя искать, — проговорила, вновь ощущая чувство вины.

— В общем, ищейки нашли, куда увезли Максимку, но как только им удалось подобраться совсем близко, похитителям удалось уйти, — произнес Глеб, по-новому начиная злиться. — Когда ты мне позвонила в первый раз, я был недалеко от города, поскольку именно здесь держали Максимку. Поначалу я считал, что это происки Макса. Думал, что ему как-то удалось узнать что мальчишка его сын. Но, как удалось выяснить, это не так.

Я никак не могла понять его эмоции, когда он это говорил. Они зашкаливали, вынуждали путаться, а порой заводили в тупик. Как, например, сейчас. Я пыталась понять, он радуется тому, что Макс не признал сына и отказался от меня или же зол из-за этого. Возможно, у меня это не получалось, поскольку внутри бурлили похожие эмоции?

— К этой теме мы еще вернемся, — произнесла, желая узнать поподробнее о том, почему Макс считал, что Максимка — сын Глеба. — Что с Максимкой? Им… твоим ищейкам удалось выяснить где он?

— Почти, — коротко бросил он.

Я почувствовала, как сердце сжалось от плохого предчувствия.

— Что значит «почти»? — нахмурившись, поинтересовалась у него, подаваясь вперед.

— Мы знаем, в каком они городе остановились, но еще не знаем, где именно, — ответил Глеб. — Нужно еще немного времени на поиски.

— Но у нас нет времени! — воскликнула я, переживая за сына.

Прошло столько дней, а я до сих пор не знаю, где мой мальчик. Я прекрасно понимаю, что Глеб тут не при чем, что он делает все, что может, но нервы больше не выдерживали. Хотелось, чтобы мой мальчик оказался рядом, я так по нему скучаю.

— Мы найдем его, — сказал он и, протянув руку, прикоснулся к моей, сжимая ее, пытаясь поддержать. — Вот увидишь, наш мальчик скоро будет с нами.

Глава 16

— Что это за место? — поинтересовалась я у Глеба, когда машина въехала на территорию небольшого частного дома.

— Один из многих домов, принадлежащих стае, — ответил он, заглушая двигатель. — Такие дома есть у каждой стаи. Их сотни, а то и тысячи по всему миру. Приезжая в страну, город или деревню оборотень может остановиться в подобном месте на некоторое время. Так сказать, этот дом — перевалочный пункт, — хмыкнул Глеб, выбираясь из машины.

— И надолго мы здесь? — спросила, следуя за ним.

Меньше всего мне хотелось сейчас находиться в подобном месте. Но поскольку иного выбора у нас нет, хочется хотя бы знать: надолго ли мы здесь?

— Думаю, на пару дней, — ответил он через некоторое время раздумий. — Ищейки обыскивают город и как только что-то найдут, сообщат нам.

Про то, что ищейки в данный момент ищут Максимку по всему городу, он уже говорил мне, пока мы добирались до соседнего города. Но про то, что нам нужно будет просто сидеть и ждать, не пойми чего и не пойми где, я слышу впервые. Даже несмотря на то, что мы пробыли в дороге несколько часов, он ни разу не обмолвился насчет этого!

— То есть мы будем просто сидеть и ждать? — возмутилась я, не желая бездействовать, когда мой сын невесть у кого находится.

— А что ты предлагаешь? — спросил он, вскинув бровь. — Ходить по улицам, заглядывать в каждый дом, квартиру, чердак или подвал, в надежде отыскать сына? — теряя терпение, поинтересовался он. — Ты понятия не имеешь, где прячут Максимку. Я, кстати, тоже.

Больше не говоря ни слова, он направился к дому, словно эта тема ему больше неинтересна. Вот только… я не готова была закрывать ее. Я прекрасно понимала, что он прав, что я не знаю, где находится сын и где его искать, но…

— По крайней мере, я не буду сидеть без дела и ждать, пока непонятно кто ищет моего сына! И ищет ли вообще? — упрямо заявила я, намереваясь потребовать у него ключи, чтобы взять машину и отправиться на поиски моего мальчика.

Но после моего заявления Глеб повел себя странно. Остановившись, он медленно развернулся и подошел ко мне.

Я чувствовала, что он едва сдерживается, чтобы не… что? Не накричать? Или не ударить? Я так и не смогла понять его эмоции, которые просто зашкаливали. Они сбивали с ног, вынуждая затаить дыхание, непрерывно следя за ним.

Он медленно наклонился, сокращая между нами расстояние настолько, что еще чуть-чуть, и его губы коснутся моих. Пристально смотря в глаза, он едва слышно проговорил, обжигая губы горячим дыханием:

— Я поставил им условия: стая находит Максимку, я становлюсь альфой. И поверь мне, они землю грызть будут, чтобы отыскать его.

С каждым его словом мое дыхание сбивалось, а мысли путались. Я слушала его, но при этом не слышала. Все мое внимание было приковано к его губам, к его сбитому дыханию и усталому, но в то же время сердитому голосу.

Выпрямившись, он вновь направился к входной двери, так и не дождавшись от меня ответной реакции. Точнее она была, но не такой, как ожидал Глеб. Я тоже не ожидала от себя подобного!

Не помню, чтобы за эти годы Глеб вел себя подобным образом. Он никогда не говорил со мной в таком тоне. Старался не спорить, иногда я даже не замечала его присутствия в доме. Он играл с сыном, порой уезжал на несколько дней, а по возвращению вновь посвящал время Максимке. Если мы и разговаривали с ним, то только по делу. И, возможно, именно поэтому я не обращала на него внимания, как на мужчину. Но сейчас…

Передо мной пару минут стоял не просто Глеб, которого я успела изучить за столь долгое время от и до, а альфа. Его сила подавляла во мне бунт, вынуждала прислушаться к здравому смыслу, и она будоражила неизвестные ранее к нему чувства.

В тот момент, когда он шептал мне в губы эти слова, я отчетливо ощутила морозный запах. Он обволакивал, вынуждал вернуться в Беглые толки, в ту ночь, когда мы беззаботно разговаривали, лежа на кровати в той самой землянке, когда между нами едва не случилась близость. Возможно, если бы нам тогда не помешали, то все сложилось бы иначе, и Максимка был бы сыном Глеба. Если бы это случилось, то…

— К тому же, тебе не помешало бы отдохнуть, впрочем, как и мне, — проговорил Глеб, вырывая меня из странных мыслей. — Силы нам еще понадобятся.

Я не стала больше с Глебом спорить. Просто молча прошла в дом вслед за ним, находясь под впечатлением от эмоций, чувств и… желания?

— Располагайся, спальня наверху твоя. Ванна там, — сказал Глеб, показывая на едва заметную дверь в конце коридора. — Кухня тут, — указал он на очередную дверь. — Гостиная, — следующая дверь удостоилась его внимания. — Я лягу здесь, — сказал он и направился в гостиную, оставляя меня одну в коридоре.

Хотелось последовать за ним и расспросить подробнее про то, что ему известно о Максимке. А также было много вопросов про Макса и о том, что случилось между ними. А, возможно, я просто не хотела с ним расставаться. Боялась вновь остаться одной, ведь тогда в голову полезут плохие мысли. А еще хотелось понять, что со мной происходит, и разобраться в собственных чувствах. Понять, почему меня так тянет к нему… Но я прекрасно понимала, что Глеб устал и ему нужен отдых. К тому же, был ранен, и я даже не знаю, как он вообще продержался так долго.

— Глеб, — позвала я его, направляясь в гостиную, когда вспомнила про его раны.

Нужно помочь ему обработать их. Я настолько погрязла в своих мыслях и переживаниях, позабыв о том, что Глеб живой, что он ранен и ему нужен отдых.