Вьюн – Cyberpsychosis (sHooT) (Призрак в сети) (страница 7)

В какой-то момент я с помощью камер в блоке «Б» увидел огромного наемника, который тащил на вытянутой руке мужчину в полицейской форме. Это был начальник тюрьмы. Если судить по выкрикам других заключенных, то вели его далеко не чаю попить. Немного обдумав ситуацию, я не стал тратить время на его спасение. Пускай получит то, что заслужил.

Единственное, что меня насторожило, что мужчину тащили в том же направлении, куда направлялся и я сам. Нахмурившись, взломав хром здоровяка, я подсадил на него Харона, посмотрим, куда он направляется. Пока же стоит немного ускориться, если мои подозрения верны, то стоит догнать здоровяка прежде, чем он доберется до лаборатории Петрохема.

Тем временем над тюрьмой завис большой беспилотник «Октант» с эмблемой Сетевого дозора. Брайс Мосли с оперативной группой засекли в этом участке сети подозрительную активность, выслав вперед небольшой рой дронов под управлением Октанта.

Выверны стали сканировать обстановку вокруг, снимая все показания, которые они могли зафиксировать. Сетевой Дозор и не думал помогать полиции, хотя ресурсы для этого у них были. Их задачей было обнаружить источник подозрительной активности.

— Зафиксирована активность демона под идентификационной меткой «Харон», — раздалось предупреждение по сети.

Мосли нахмурился, подняв данные о конкретном демоне. Его присутствие в сети обнаружили совсем недавно, какая-то новая разработка. Этот демон маскируется, заражает сети, получая с них информацию. Код опасности у демона был не особо большой, но он постепенно рос, поскольку агенты Дозора так и не сумели раздобыть его код, хотя предполагалось, что это будет сделать не так и сложно. Новые трояны появляются каждый день тысячами, они заражают общедоступные сети, после чего лед учат с ними бороться, и система сама собой вычищает этот мусор. Харон оказался более неуловимым, он раскидывал обманки, сам же, не попадаясь в расставленные ловушки.

Впрочем, Мосли довольно быстро понял, что подозрительная активность не была связана с Хароном. Демон заразил сеть тюрьмы, распространяясь по ней ржавчиной, но внимания Дозора привлек все же не он. Благодаря дронам удалось локализовать источник подозрительного сигнала — это была подсеть, которая принадлежала дочерней корпорации Петрохем. Если верить их данным, то это была химическая лаборатория, которая изучала стероиды и альтернативные источники энергии.

— Обнаружен борг Кан Тао, — вновь раздалось предупреждение.

Один из дронов показал картинку, как двухметровая машина для убийства штурмует баррикады, обстреливая заключенных из минигана. В этот момент биомонитор Мосли зафиксировал, что пульс мужчины повысился. Агент Сетевого Дозора, словно охотничья ищейка, понял, что все это как-то связано со штурмом штаб квартиры Кан Тао, где нападавшие использовали боевые искины.

— Это специальный агент Брайс Мосли, я отправлюсь на место вместе с группой захвата, — принимает он решение.

— Поняли вас агент Мосли, ави уже готово, ждем только вас… — раздался в ответ женский голос.

Вынырнув из сети, мужчина открыл глаза в штаб квартире Сетевого Дозора в Найт-Сити. Возможно, он совершает ошибку, но мужчина решил лично отправиться на место, чтобы во всем разобраться. Сетевой Дозор преследовал свои интересы, но в тоже время именно они следили за порядком в сети, не позволяя нетраннерам пробить черный заслон и в целом очищая киберпространство от вирусов. Без них общая сеть уже давно стала бы полем боя…

— Человечество так легко уничтожить. Мы не повторим вашей участи, — рычал в моих руках пистолет-пулемет.

Блок «Б» встретил нас узким проходом с решетками, а также кучей трупов и вооруженными до зубов арестантами. По нам открыли огонь стоило мне выйти из коридора. Броня отлично защищала меня от легкого оружия. Местных обитателей мы с Эребом могли бы поджарить на расстоянии с помощью камер, доступ к которым у меня был, вот только мне пока не хотелось привлекать к себе внимание, отчего я использовал лишь деку и пару скриптов.

Танкуя с помощью боевой брони, я двинулся вперед, не забывая отстреливать монстров. Это все походило на избиение младенцев, счетчик убийств в броне уже перешагнул двузначное число, продолжая увеличиваться. Активировав наплечный репульсор, я будто таран полетел вперед, сбивая людей со своего пути и отстреливая самых активных.

Когда на втором этаже появился человек с пулеметом, я подхватил одного из монстров за шею, выставив его перед собой. Раздалась очередь, заключенный в моих руках захрипел, умирая, я же рикошетом убил пулеметчика, отбросив в сторону труп. Часть заключенных, которые еще не успели стать монстрами, с испугом кричали мне вслед, но я буквально промчался через блок «Б» неся за собой лишь смерть и разрушение.

Духи умерших за моей спиной довольно кричали, подпитывая меня, еще больше закручивая мое безумие. Чем больше я убивал, тем больше себя ощущал словно под веществами. Чужая смерть стала для меня наркотиком, чем больше я проливал кровь, тем больше мне хотелось еще. В какой-то момент я и вовсе засмеялся, ощущая кровавую эйфорию. Кажется, у меня даже встал…

Проносясь по блоку «Б», своим телом выбив решетку, я ощутил, как меня стало понемногу отпускать. Посмотрев на счетчик убийств, который вела моя новая броня, я увидел определенное число: «28». Двадцать четыре убийства меньше чем за две минуты. Оскалившись, я двинулся дальше. В моем разуме не было места жалости, лишь голые инстинкты. Будь воля монстра внутри меня сильней, то я бы убивал всех, кто попадался мне на пути, но я все же был Охотником, а не очередным монстром, хотя на первый взгляд разница была не столь велика.

Двинувшись по следу здоровяка, который утащил главу тюрьмы, я буквально кожей ощущал, что совсем скоро встречусь с братцем, вот только в этот раз преимущество будет на моей стороне. Эреб и мертвецы, буквально пропитывали меня силой. «Черный Единорог» уже светился не переставая, единственное, что цвет рун сменился на лилово-красный, будто напитавшись той кровью, что я сегодня пролил.

Пока Рихтер развлекался в тюремном блоке, Леди проникла на сервера тюрьмы. Она стала искать и копировать все данные, которые ей удавалось найти. Больше всего ее интересовали кадры пыток, незаконных сделок и убийств. Весь этот компромат она копировала на свой сервер, собираясь все это использовать позже, пока же она была довольна зла. Зла на эту проклятую тюрьму, на персонал, который вместо защиты заключенных, сам над ними издевался, зла на Найт-Сити в целом.

Казалось бы, Леди уже должна была привыкнуть к местным порядкам, но люди продолжали ее удивлять, причем зачастую не в самом положительном ключе. Она думала, что Найт-корп и Сетевой Дозор являются огромной проблемой, но чем больше она собирала данным о мире вокруг, тем больше понимала, что это лишь симптом. Неравенство, несправедливость и эгоизм. По отдельности эти качества были не так и плохи, но собравшись в единый комок они буквально разъедали человеческое общество.

Порой Леди хотелось опустить руки, признать людей неспособных к обучению, но это было неправдой! Банда Синих Светил была наглядным примером того, как откровенные преступники могли приносить пользу обществу. Южная Пасифика была для Леди полигоном для отработки своих идей. Даже законы Найт-Сити на самом деле были не так уж плохи, мэр Люциус Райн довольно сильно на них повлиял, проблема лишь в том, что законы в Найт-Сити не работали.

Идея Рихтера поставить во главе полицейского участка Мартинес оказалась верной. Полицейская прекрасно знала законы, знала, как работает NCPD на самом деле и как в реальности должна. Даже имея на руках Синих Светил и Животных, Мартинес сумела выстроить пирамиду власти, почти на корню искоренив коррупцию. Южная Пасифика стала самым безопасным местом во всем Найт-Сити. Если сравнивать с остальным городом, то у них и не было преступности вовсе.

На фоне войны банд очень многие стали присматриваться к недвижимости в Южной Пасифике. Близость к центру, ави Травма Тим могло долететь до них буквально за две минуты, плюс они открыли небольшую клинику, где могли оказать первую помощь, после чего доставить пациента в клинику в центре. У них теперь даже есть частная пожарная станция, пришлось открыть на случай пожара. Единственного, чего у них пока не было — это своей тюрьмы…

Леди замерла на секунду, после чего на ее сетевом аватаре появилось решительное выражение лица.

— Надеюсь Рихтер не будет сильно ругаться, — с этими словами она решила впервые в жизни заняться шантажом.

— Апчхи! — верхней губой потерев нос, я продолжил преследование Животного с главой тюрьмы в руках.

Для чего бы им не требовался комиссар Хаммерман, убивать его явно пока не планировали. Мне даже стало немного любопытно, что Шут вообще задумал. По какой-то причине он бездействовал, хотя он мог бы вывести заключенных на улицы города, захватив над ними контроль, но по какой-то причине он так не поступил.

На самом деле, помимо бунта, в сети тюрьмы я вообще не ощущал присутствие диких искинов. Если бы «братец» контролировал камеры, то он бы уже меня обнаружил, но он и этого не сделал. В этот момент паутина во мне продолжала вибрировать, пытаясь нащупать края паутины Шута, но из раза в раз находя лишь пустоту.