Вячеслав Васильев – Все в сад! (страница 47)

Тренировка закончилась быстро — уже через полчаса рука у парня больше просто не поднималась, и он был отправлен обратно на отдых.

А вот Маша наоборот была поднята с лежанки. Пока Витя занимался вышеперечисленными непривычными и новыми для себя делами, день потихоньку катился к вечеру, и пора уже было готовить ужин. В общем, жизнь потихоньку возвращалась в привычную колею.

Ну, пока не совсем привычную, так как что такое провести целый день на одном месте, никуда не спеша, молодёжь уже начала забывать.

Зато уже со следующего утра всё стало, как обычно. Подъём, сборы, и очередной переход. В полдень короткий привал — поход походом, а обед по расписанию, и снова в путь. Очередная ночная стоянка, и так далее, день за днём, неделя за неделей. К концу второй недели Маша научилась хоть как-то хоть что-то готовить, и Нар уже не стоял неотлучно у неё над душой, пока она соображала обед или ужин. Но и сильно далеко не отходил, очевидно, считая, что отпускать ученицу в «самостоятельное кулинарное плаванье» ещё рановато.

У второго ученика гнома — Вити, успехи были похуже. Но он уже мог какое-то, пусть пока и не долгое, время держать меч на вытянутой руке, и даже начал разучивать прямой колющий удар. Оказалось, между прочим, что не такое уж это простое дело. Тем более, что Нар сказал: именно этот меч для уколов подходит не очень. Но сейчас Вите уж лучше учиться колоть, ибо так, как он замахивается для рубящего удара, его успеют убить раза три ещё до конца замаха.

Местность, по которой Пушок вёл отряд к цели, была, так сказать, разнообразной, но безлюдной. Второй факт никого пока особо не напрягал. Кроме Маши. Её кроссовки уже давно бы расползлись по швам, если бы не проводимые девушкой почти ежедневно ремонтно-восстановительные работы. Нар ворчал, что у него скоро кончатся нитки. Маша виновато разводила руками. Теперь-то она понимала, что надо было послушать бывалого гнома и купить сапоги ещё в Малых Сотках, но, к сожалению, отмотать время назад, чтобы исправить ошибки, нельзя. Поэтому приходилось мучаться и ждать, когда же наконец на пути попадётся населённый пункт, где можно купить нормальную обувь.

Но ни городов, ни деревень, ни даже завалящих одиночных избушек, как на зло, не попадалось. И в конце-концов ситуация с Машиной обувью стала просто катастрофической. Лопнули подошвы. Причём обе в один день.

Тут уж проблема девушки стала проблемой всего отряда. Ибо босиком она идти не могла, а в имеющейся, гм, «обуви» топать было хуже, чем босиком. Вопрос стал ребром: или идти дальше без Маши, или искать какой-то выход. Как Маша и предполагала, на блиц-совете по этому вопросу вариант нести её дальше на руках даже не рассматривался. Гном предложил пожертвовать одним из кожаных мешков, чтобы сшить временные «эрзац-сапоги», в которых несчастная какое-то время сможет двигаться дальше. Маша представила эстетические качества своей будущей обувки и пришла в ужас.

Именно этот момент избрал хитрый эльф, чтобы снова подкатиться к девушке на предмет её маникюрного набора. Он присел рядом и равнодушным тоном сообщил, что в его «пространственном кармане» случайно завалялась пара женских сапожек как раз Машиного размера. Но они ему дороги, как память, и просто так он их отдать не может. Только поменять на маникюрный набор.

В Маша моментально проснулась жадность, которая тут же задавила размышления о неэстетичном виде предлагаемой гномом обуви. Гордо вздёрнув подбородок, девушка сообщила остроухому, что с удовольствием пока походит и в «заменителях сапог», А чейндж может быть только такой, как она предлагала изначально — её разрешение пользоваться инструментами в обмен на амулет защиты и исцеления шестого уровня эльфа.

После десяти минут ожесточённого спора Элдуисар добавил к сапогам амулет защиты и исцеления третьего уровня. И оставалась непреклонной, пока эльф со вздохом не прибавил к своему предложению ещё и амулет ближней мыслесвязи.

После расспросов, в ходе которых девушка выяснила, что амулет позволяет одному человеку мысленно общаться с другим на расстоянии до ста шагов, сделка была заключена.

Эльф торжественным жестом извлёк из воздуха элегантные женские сапожки, при виде которых Маша чуть не подпрыгнула от радости, и амулеты. Вот только последних почему-то было три, а не два.

— А это что, бонус? — с интересом спросила девушка.

— Кто? Где? — быстро огляделся по сторонам Элдуисар.

— Ну… Бонус — это… Мы же договаривались про два амулета, а ты достал три. Вот я и подумала, что третий в награду за то, что я взяла первые два.

Эльф переглянулся с гномом. Пару секунд оба сдерживались, а потом одновременно захохотали.

— Ну ты даёшь, девка! — в промежутках между раскатами хохота выдавил из себя гном, вытирая тыльной стороной ладони выступившие на глазах слёзы. — Где ты видела, чтобы при торговой сделке тебе давали что-то просто так, за красивые глаза? Если слышишь такие обещания, сразу разворачивайся и уходи! Или цена третьего товара включена в цену первых двух, причём обычно не один раз, или тебе втюхивают такое, что лучше и бесплатно не брать!

— Это ты видела, — показал остроухий девушке амулет защиты и исцеления. Остроухий честно пытался удержаться от смеха, но пока выходило не очень. — Это, — предъявил он устройство, напомнившее Маше слуховой аппарат её дедушки, — амулет связи. Вешается на ухо. Точнее, за ухо. Когда повесишь, будет выглядеть, как серьга. А это, — показал он на третий амулет — невзрачный плоский отполированный камешек сантиметров пяти в диаметре, подвешенный на кожаном шнурке, — Амулет Договора.

— А зачем он нужен? — задала Маша очевидный вопрос, видя, что эльф не собирается дальше ничего объяснять.

Уже практически переставший к этом времени смеяться Элдуисар глубоко вздохнул.

— Мы с тобой заключаем сделку, — принялся он объяснять очевидные для местных жителей, но не для землян вещи. — Значит, нужно её закрепить. Смотри, это работает так. Я кладу амулет на ладонь, перечисляю, что передаю тебе и на каких условиях, а потом заявляю наказание для себя, если не выполню условий соглашения. Допустим, это будет головная боль. Ты кладёшь свою ладонь сверху, и произносишь то же самое, что и я, но от своего имени. Наказание за нарушение сделки можешь придумать сама, но обычно его выбирают паритетным. То есть — какое у меня, такое и у тебя.

— Ты мне не доверяешь?! — взвилась Маша, когда до неё дошёл смысл предлагаемой операции.

— Не то чтобы не доверяю… — пожал плечами эльф. Но подобные сделки принято оформлять таким вот образом. Традиции надо соблюдать. Да и, чего тебе бояться, если ты не собираешься нарушать своего слова? Камень ведь карает только не соблюдающих договор…

Маша попыхтела немного, словно кипящий чайник, но в конце концов всё же признала правоту ушастого.

— Ладно, давай… — согласилась она. — Говори.

Эльф протянул вперёд правую руку с лежащим на ней амулетом и чётко произнёс: — Обязуюсь передать Маше из рода хумансов амулет защиты и исцеления третьего уровня, а также амулет ближней связи в обмен на беспрепятственное предоставление мне по моей просьбе набора инструментов для ухода за ногтями. Наказание в случае невыполнения обязательства — головная боль, — после чего кивнул Маше «давай, мол».

Девушка положила руку на камень. Ну и, одновременно, на ладонь красавчика — эльфа. По её телу пробежала дрожь. Впервые она касалась предмета своих мечтаний (эльфа, а не камня), вот так… Романтично… Рука в руке… Девушка уже представила, как вот так, рука в руке они и пойдут дальше по жизни…

Из грёз её вывело покашливание гнома. Маша с сожалением вспомнила, для чего она вот так стоит, и, вздохнув, произнесла:

— Обязуюсь предоставлять Элдуисару… Хм… Из рода Голубых Эльфов… по его просьбе… мой маникюрный набор. В обмен на амулет защиты и исцеления третьего уровня, а также амулет ближней связи. Наказание в случае невыполнения обязательства — головная боль.

Как только она произнесла эти слова, камень и прикасающиеся к нему ладони охватило жемчужно— розовое сияние. Продержавшись пару секунд, оно исчезло.

— Сделка заключена, — сухо сообщил эльф, пряча камень за пазуху. После чего протянул девушке амулеты. — Они твои. Носи. А мне дай-ка вон ту пилочку для ногтей.

Маша протянула остроухому указанный ценный инструмент из своего набора, надела на шею один амулет, нацепила на ухо другой…

И ничего не произошло. Ну, ладно, с «защитой и исцелением» понятно. Сейчас не от чего защищать и нечего исцелять. А связь?

«Раз, раз, раз, проверка связи… Элдуисар!» — попыталась мысленно позвать девушка. А в ответ — тишина… — «Элдуисар!». — Ничего… «Элдуисар, алло! Отвечай!» — и снова — ничего.

— Амулет связи не работает! — наконец заявила она.

И услышала рождавшиеся прямо в голове слова: «Почему же не работает? Работает! Только он односторонний. Я с тобой могу общаться, а ты со мной — нет. Извини, забыл сказать!»

Маша опешила. Такого коварства от остроухого она не ожидала.

— Он меня обманул! — заорала взбешенная девушка, обращаясь к наблюдавшим за сценкой Нару и Вите. — Отдай обратно пилочку! — снова обернулась она к Дивному.

И тут же схватилась за голову.

— Болит? — участливо поинтересовался эльф, безмятежно орудуя Машиной пилочкой. — Вот видишь, что бывает, когда нарушаешь условия договора.