Вячеслав Васильев – Все в сад! (страница 40)

Внезапно Маша, до того стоявшая у другого наличника довольно широкого окна, оказалась совсем рядом и чмокнула Витю в щёку.

Витя удивлённо уставился на девушку, забыв о происходящем на дворе.

— Это за то, что ты меня тогда собой прикрыл, — пояснила смущённая и слегка покрасневшая (в «ночном видении» это выглядело, как «позеленевшая») Маша, уже отскочившая обратно на свою позицию.

— Я тебя не для того прикрывал, чтобы ты меня целовала, — ошарашенный Витя брякнул первое, что пришло в голову.

— А для чего? — заинтересовалась девушка.

— А не скажу! — выкрутился парень. Честно говоря, он и сам толком не понимал, зачем полез «совершать подвиг». Так было надо. Должны мужчины защищать женщин.

Очевидно, эта установка была «прошита» где-то глубоко в его мозгах, и в нужный момент выплыла…

Поцелуй Маши, кроме того, что вызвал кратковременный шок у парня от неожиданности, затронул что-то ещё то ли в его организме, то ли в его душе… Витя почувствовал, что его заполняет какая-то бурлящая энергия, что она сочится наружу прямо сквозь его кожу.

Снаружи это выглядело, как окутавшее его голубое сияние. Причём оно было голубым даже в «зелёном» ночном зрении.

— Ну вот, теперь у нас два голубых, — прокомментировала Маша, к которой вернулась её язвительность. При этом девушка на всякий случай отодвинулась подальше. — Голубой Эльф из рода Голубых эльфов, и Голубой Витя… Из какого ты там рода?…

На пальцах Витиной правой руки сформировался голубой огонёк и качнулся в сторону острячки.

— Эй-эй! Я пошутила! — отступила Маша ещё на один шаг.

Парень криво усмехнулся, и, отбросив лук, повернулся к окну. По какому-то наитию он знал, что надо делать. Вытянуть руки перед собой… Представить, что энергия вытягивается через пальцы и скручивается в шар…

Маша и Элдуисар (последний на всякий случай взял Витю на прицел своего лука) с опаской наблюдали, как перед Витей завис ярко-голубой шарик размером с грейпфрут. Машу при взгляде на него почему-то пробивала дрожь, но оторвать взгляд она не могла. Шарик покачался-покачался на месте, и, повинуясь мысленной команде своего создателя, полетел к цели. Цель в лице трёх бандитов на противоположной стороне двора тоже была неподвижна. Очевидно, люди были заворожены так же, как и девушка.

И шарик бы без проблем угодил в них… Если бы не порыв ветра, сбивший его с пути, завертевший… В общем, «голубой шар» угодил в тушку заколотого кабана.

— Эхх! — Витя расстроено стукнул кулаком по оконной раме. Результаты магической стрельбы оказались такими же, как и результаты стрельбы немагической. То есть никакими.

— Ой! — рядом вскрикнула Маша.

— Витя поднял взгляд и увидел, что тушка кабана окуталась голубым сиянием. Потом сияние погасло. Кабан дёрнулся… Раз… Другой… И медленно поднялся на ноги. Хрюкнул, ударил о землю копытом, и открыл свои глазки, загоревшиеся нехорошим синим светом. После чего задрал морду вверх и немигающим взглядом уставился в окно, из которого за ним наблюдали один эльф и два человека. Побледневшая Маша ещё раз ойкнула и отскочила подальше. Витя почесал в затылке и сделал то, что первым пришло ему в голову: ткнул пальцем в сторону бандитов и скомандовал:

— Гаврюша, фас!

Хряк повернул голову в сторону, куда был направлен указующий перст Хозяина, внимательно оглядел уже начавших приходить в себя бандюков, снова повернулся к окну на крыше трактира, и, к удивлению Маши, в это время снова осторожно выглянувшей наружу (интересно же!), кивнул. «Понял», мол.

После чего резко развернулся на сто восемьдесят градусов, и, выбросив из-под копыт немаленький фонтан земли, устремился к цели. Был бы он на колёсном ходу, а не на своих четверых, резина при старте точно бы задымилась.

— Эхх! — оконная рама в очередной раз пострадала от Витиного кулака. — Ушли гады!

Бандиты тоже проявили чудеса скоростного передвижения и успели не просто скрыться за дверью, да ещё и, судя по глухому стуку, запереть её. Парень их понимал: когда на тебя несётся кабаняра с пылающими мёртвым синим светом глазами, и не так ускоришься… Но то, что разбойникам удалось уйти от справедливой кары, было обидно.

Однако Хрюкающая Машина Смерти, похоже, не разделяла Витиного пессимизма. Кабанчик при виде закрытой двери и не думал тормозить. Наоборот, он разгонялся!

Расстояние стремительно сокращалось… Три… Два… Один… Удар! Во все стороны полетели щепки. Возможно, Вите это показалось, но он ощутил, что перекрытие под ногами вздрогнуло. Парень моргнул…

Двери, за которой укрылись бандиты, не было! То есть она не была снесена с петель. Её просто не было! Вместе с частью стены вокруг. Только разбросанные в радиусе метров пятидесяти щепки.

— Ого! — даже невозмутимый эльф не удержался от изумления.

В сарае, в котором скрылся зомбихряк, послышались истошные крики, полные боли и ужаса. Впечатлительная Маша представила, что там сейчас происходит, и ей стало нехорошо.

Между тем крики в сарае быстро утихли. Витя не конкретизировал при отдаче команды «фас», что он имел в виду, и зомби «по умолчанию» работал на уничтожение. Максимально быстро и эффективно.

Через пару минут, когда с обратной стороны сарая, там, где была вторая дверь, раздался грохот, и по продолжающим раздаваться то тут, то там крикам стало ясно, что создание молодого, но подающего надежды некроманта решило не ограничиваться тремя несчастными жертвами, а заняться полной зачисткой деревни, Витя вспомнил, что он не только не указал, что делать с противником, но кроме того, ещё и никак не ограничил количество жертв и разрушений. Теперь нехорошо стало и ему.

В это время на чердаке снова появился Нар, и коротко бросил:

— Пора!

— Что «пора?» — удивилась Маша.

— Сваливать отсюда пора, — доходчиво объяснил гном.

— Как? — теперь удивился Витя.

— Быстро! — нетерпеливо топнул ногой коротышка.

В разговор вступил эльф.

— План меняется. Выходим на эту сторону, — он кивнул на окно, у которого стояли Маша и Витя. За окном в очередной раз что-то грохнуло, и кто-то заорал благим матом.

— А что это там происходит? — заинтересовался Нар.

— Позже объясню… — уклонился от ответа остроухий и обратился к землянам: — Так! Теперь слушайте меня! Вылазим через окно на крышу и осторожно двигаем влево по водостоку. Там под стеной — стог сена. Прыгаем в него и делаем ноги.

— А почему через дверь нельзя? — задала логичный вопрос Маша.

— Потому что нельзя! — рассердился гном. — А ну в окно, быстрее!

Витя, пожав плечами, схватился за раму и рывком выскочил на крышу. Оказаться внизу, где буйствовал разбушевавшийся кабанчик, хотелось не очень, но он для себя уже усвоил, что если коротышка или ушастый говорят «Прыгай!» — надо прыгать.

— Тебя подсадить? — поинтересовался гном у замешкавшейся Маши.

— А Пушок? — вспомнила девушка о своём питомце. — Пушок! Ко мне!

С лестницы на чердак влетел и метнулся к девушке белый пушистый вихрь.

— Пушок!.. Ну Пушок!.. Так! Заканчивай меня облизывать! — Маша принялась уворачиваться от, как умеющего, выражающего радость пса. — Ну хороший… Хороший… Собачка… Слушай, надо вылезти вот в это окошко и…

Белый Оборотень плюхнулся на хвост, всем своим видом выражая недоумение. Почему он — собака… Собака, а не кошка! Должен лазить по крышам?!

— Так надо… — продолжала уговоры девушка. Видя, что одними словами делу не поможешь, она схватила пса за ошейник и потащила к окну.

Поглядев-поглядев на это представление, Элдуисар глубоко вздохнул, безнадёжно махнул рукой, и полез в окно.

— Быстрее! — поторопил Машу Нар.

Но быстрее не получалось, и, пока девушка с псом таки выбрались на крышу, Витя уже дополз по ней до места, откуда надо было прыгать вниз.

Однако прыгать он не торопился.

— А что, если в стоге вилы? — задал он находящемуся рядом эльфу беспокоящий его вопрос.

Тот в ответ молча схватил не ожидавшего такого обращения парня за шкирку, и сбросил вниз.

Витя успел только возмутиться. На испуг времени не осталось. Однако после мягкого приземления в пахучее сено, в котором вил, к счастью, не оказалось, выказывать возмущение и не хотелось, и было некогда. Надо было побыстрее отбежать подальше, пока на голову в буквальном смысле не свалилась остальная компания. Скатившись со стога, парень отбежал в сторонку, и, поскольку лук оставил на чердаке, потянул из заспинных ножен свой меч, в очередной раз чуть не отхватив себе пол-уха.

Почти моментально рядом бесшумно материализовался Элдуисар, который тут же принялся настороженно водить головой туда-сюда, расслаблено держа в руках лук с наложенной на тетиву стрелой. Витя уже знал, что эта расслабленность обманчива, и любой враг, который на неё купится, сильно пожалеет.

Между тем сверху послышались уговоры девушки, пыхтение и жалобный скулёж. К точке десантирования приближались Маша с Пушком. Вот, судя по звукам, они наконец добрались до участка крыши над стогом сена…

Раздался возмущённый девичий крик. Судя по всему, коротышка поступил с Машей так же, как незадолго до того остроухий с Витей.

Вот только падала она не одна, а в обнимку с явно недовольным вынужденным полётом псом.

Миг — и со стога скатились два клубка: один небольшой и пушистый, и второй — побольше и малость всклокоченный.

– «Я упала с сеновала, тормозила головой», — не удержавшись, прокомментировал Витя оригинальную композицию, образовавшуюся на этой самой голове.