Вячеслав Умрихин – Дисбаланс. Обретение (страница 11)

Солнечный зайчик, проскользнувший в окно, блеснул на экране смарта. Сделав еще глоток чая, я рассеянно уставился в окно. Лучше бы поспать, чем голову ломать над планами. Допив чай залпом, я отправился в постель.

Утром я, как всегда, встал в начале седьмого. Сделав все утренние дела, занялся тренировкой. Вот уж диво: раньше я ненавидел деда за то, что он каждое утро заставлял меня заниматься. Думал, вот стану взрослым, и сразу забью на эти тренировки, буду спать до обеда. А нет, организм сам решил за меня, требует нагрузок.

Закончив с зарядкой, пошел готовить завтрак и заодно проводить ревизию продуктов. Результат так себе: крупы и консервов хватит на месяц-другой, а вот овощей почти ноль.

Позавтракав, решил покопаться в возможностях смарта. Потыкав в приложения, понял, что связь тут отличная, и есть доступ к интернету. Раньше таких возможностей, не было. Дед ограничивал меня в благах цивилизации: телевизор работал лишь несколько часов в сутки, а доступ в интернет был полностью закрыт.

Множество вопросов тут же возникло, требуя ответов. Первым делом я принялся искать любую информацию о гербе со змеями, но результат оказался разочаровывающим. Сведений было много, однако большая их часть концентрировалась в статьях блогеров и не имела реальной ценности.

Из этого потока информации стало ясно несколько вещей: во-первых, сочетание чаши и змеи традиционно связано с медициной и исцелением; во-вторых, в мире существуют сотни родов, гильдий, кланов и организаций, использующих эти символы в различных интерпретациях. И, в-третьих, в нашей империи я не обнаружил ни одного рода с подобным гербом.

Получается, мне приснился выдуманный знак? Но почему тогда жрец перед смертью утверждал, что я могу его исцелить? Вопросов становилось все больше, а ответы словно испарялись. Вот бы мне откровенно поговорить с каким-нибудь жрецом, эх, мечты, мечты...

От нерадостных мыслей меня отвлекло движение, замеченное периферийным зрением. Окно дома выходило прямо на тропу через болото, по которой я сюда пришел, и сейчас по ней двигался медведь, тщательно принюхиваясь. Да не может такого быть! Ни одно животное не полезет в болото по своей воле. Наблюдая за ним, я быстро понял: он выслеживает меня. Не торопясь, одевшись и взяв самострел с кинжалом, я направился на улицу. Медведю оставалось около десятка метров до острова.

Увидев меня, он замер, принюхиваясь, а затем сорвался в мою сторону, не издав ни звука. Попятившись, вскинув самострел, я начал стрелять в надвигающуюся угрозу, стараясь попасть в уязвимые места. Когда расстояние сократилось до нескольких метров, я кувыркнулся в сторону, уходя с линии атаки. Вставая на ноги и разворачиваясь к медведю, я метнул в него кинжал. Бросок получился неудачным: лезвие вошло в плечо, лишь разозлив мишку. Оставшись безоружным, я замер, а медведь, встав на задние лапы, яростно заревел.

Несмотря на патовую ситуацию, надо мной преобладало спокойствие. Перед внутренним взором появились руны; не задумываясь, я прокусил губу, мысленно напитывая силой руны — видимых спецэффектов не было. В этот момент медведь прыгнул в мою сторону; уклоняясь, я начал заваливаться в сторону, но ему удалось зацепить меня за руку когтями. Земли мы достигли одновременно.

Откатившись, я быстро подскочил на ноги, медведь лежал неподвижно. Не приближаясь к нему, я стал осматривать полученную рану — она оказалась неглубокой, достаточно обработать и наложить повязку. Прокушенная губа начала болеть, от применения магии появилась небольшая слабость и захотелось есть.

Осторожно подойдя к трофею, я пристально стал его осматривать; меня удивило, что самострел не смог нанести серьезного урона. Так и есть: медведь стал мутировать. Хорошо видимых изменений еще не произошло, но при ближайшем рассмотрении виден зеленоватый оттенок шерсти, да и на ощупь шкура стала более твердой. Взявшись за рукоять кинжала, я стал прикидывать, откуда лучше отрезать мяса для стейков.

С каждым кусочком жареного мяса в голове роились мысли о магии и моей связи с ней. Воспоминания, что открылись мне, дали многое: теперь я не только знаю магические руны, но и умею ими пользоваться. Более того, приоткрылась завеса моей прошлой жизни. Оказалось, я – прямой потомок магистра, некогда возглавлявшего Первый Орден. Жил я в центральном мире, где возвышается главный храм Старших хранителей, управляющих нашей ветвью миров. Все члены Ордена были истинными начертателями. Это стало возможным благодаря договору между всеми Старшими хранителями и основателем Ордена.

Новые знания подсказывают: хранители поделились с основателем крупицами своей силы, а взамен он поклялся, что Орден будет блюсти баланс в подвластных им мирах. Подтверждением тому служит странный амулет, видимый мне магическим зрением – тринадцать частиц божественной силы, отданных по доброй воле. Этот единственный в своем роде артефакт всегда передавался от магистра к магистру Ордена. Его истинные возможности и то, как он оказался у меня, пока остаются загадкой. Возможно, новые видения прольют на это свет.

Теперь предстоит понять, что делать дальше. Судя по обрывкам воспоминаний, Орден пал во время войны богов, а значит, наставника мне не найти. Осваивать начертательную магию самостоятельно будет непросто.

Дожевав последний кусок мяса, я решительно поднялся. Нужно разделать добычу и отправиться на разведку. Слишком уж странно вел себя медведь, целенаправленно идя по моему следу.

Пройдя по медвежьим следам и параллельно исследуя лес, я увидел картину, которая мне совсем не понравилась. На пути к деревне появились следы сильных измененных зверей. Они что-то или кого-то искали, и их перемещения по лесу были крайне нехарактерны.

Шум в зарослях шиповника предупредил о приближении чего-то крупного. Не раздумывая, я начал карабкаться на ближайшее дерево. Забравшись метров на шесть в высоту, я затаился и стал наблюдать. Из зарослей, словно бульдозер, вышел кудрявый кабан, ростом в полтора метра в холке. За ним следовала рысь ярко-рыжего окраса. Приблизившись к дереву, они стали тщательно обнюхивать территорию и осматриваться. Покрутившись рядом еще несколько минут, они вместе двинулись дальше. Все это время я почти не дышал, застыв на ветке. Хорошо, что я использовал настойку для сокрытия запаха перед разведкой, иначе эта встреча могла стать для меня фатальной, и никакая магия не помогла бы.

— И что это было? — прошептал я, обращаясь в пустоту.

Спустившись, я быстро направился к своему острову. Здесь слишком опасно. Нужно переждать какое-то время в безопасности и попытаться разобраться в новоприобретенных знаниях. Хотелось бы еще увидеть свой источник магии и узнать его объем. У магов ведь должен быть источник, или как он правильно называется? Вой, раздавшийся позади, заставил меня ускориться.

***

В просторном, богато украшенном кабинете витал аромат свежесваренного кофе и дорогого табака. Перед столом из красного дерева стоял невысокий мужчина средних лет, чье лицо было лишено выразительности, но серые глаза обладали цепким, проницательным взглядом.

— Ваше Императорское Величество, — проговорил мужчина, — проведя первичные розыскные мероприятия, удалось установить, что...

— Гриша, говори нормальным языком и давай без этих идиотских обращений, — перебил говорившего император, отпив из литровой кружки. — И перестань таращиться на мою кружку. Из-за вас приходится кофе литрами пить.

Мужчина, отведя взгляд от простой белой кружки с изображением мультяшного царя и надписью «Я тут главный», продолжил говорить:

— Святослав Ярославович, если коротко, то получается, что во время ритуала четырех претендентов произошел магический выброс, в результате чего жрец мертв. Параллельно этому на деревню напали изменённые звери и неизвестный мужчина. Есть подозрение, что за нападением стоит приручитель зверей.

— Негусто, совсем негусто... — постукивая по столешнице пальцем, спросил император. — Что говорят молодые инициированные?

— Во всем винят парня, который проходил с ними ритуал, и его старика, которого убил неизвестный нападавший.

— И чего замолчал? — приподнял бровь император. — Мне из тебя силой нужно тянуть подробности?

— Никак нет! — вытянулся по струнке Григорий. — О старике с внуком информации почти нет. Появились в деревне лет десять назад, более точно никто сказать не смог. Жили они замкнуто, много времени проводили на охоте. Старика зовут Петр Петрович Темнов, а парня Роман Владимирович Филатченков — он в этом году получил аттестат об окончании девяти классов общей школы. На момент прибытия моих людей парень исчез в неизвестном направлении.

От глаз мужчины не скрылась реакция императора на прозвучавшие имена. Император порывисто поднялся из-за стола, подойдя к распахнутому окну, замер, сцепил руки за спиной и посмотрел на раскинувшийся город под окном. В кабинете воцарилась тишина, которую Григорий не решался нарушить.

— Что-то еще? — продолжая смотреть в окно, спросил император все тем же спокойным голосом.

— В деревне появился отряд карающих, который ищет пропавшего парня.

— Значит, жрецы... — задумчиво тихо проговорил император. — А ведь Филарет клятвенно меня заверял...

От императора повеяло мощью, перед которой хотелось встать на колени; Григорий напрягся, стараясь стоять ровно.