Вячеслав Соколов – Прокачаться до сотки 5 (страница 40)

Зато гвардейский пёс со всем усердием, не просто там поскакал, но и покружился, и вприсядку попытался, в общем, выдал от души. Хоть сейчас устраивай просмотр в «Гвардейский, краснознамённый ансамбль песни и пляски». И харкнул, не вынимая факела, так, что тот, крутясь, улетел метра на три.

Идёт анализ. Ожидайте.

Десять секунд проходят.

Анализ завершён.

Пусть плюнет волк клыкастый, слюною сквозь клыки, но упадёт запор, лишь, если волк станцует с огнём вокруг воды.

Выполнено.

— Отлично, — потираю руки.

— Кажется, теперь моя очередь? — вперёд выступает Руслана.

— Похоже на то, — вздыхаю.

В руках девушки появляется кнут и лезвие вплетённое в кончик рассекает плоть. Кровь капает на камень.

Кровь плода любви, человека и бога, откроет запор, что мешает пройти.

Идёт анализ. Ожидайте.

Секунды тикают.

Выполнено. Свободно пять мест.

Слышится щелчок, шипение и в скале открывается проход, перекрытый мерцающей пеленой.

— Значит, не все погибли, — НКВДшники радостно трясут друг друга.

— Значит, я иду, командир? — выступает вперёд Агыр.

— Значит, идёшь, — вздыхаю. — И того, получается. Я, Пух, Руслана, Агыр и-и-и… — в задумчивости закатываю глаза.

— Я! — тут же вскидывает руку Вовка. Прям первоклассник на уроке, что сделал домашку.

— Почему это ты? — возмущается Листик. — А вдруг надо будет что-то взорвать?

— В пещерах? Отличная мысль, — фыркает Лаки. — Ясно же, что идти лучше мне.

— Я лучше стреляю, — вносит умную мысль Хан.

Дело в том, что за этой суматохой, забыл упомянуть, что Форин и Молот не оставили нас с пустыми руками. Не считая помповика, что Молот успел мне презентовать ранее, соорудили дробовик. Точнее обрез.

Вот что звездюлина святая делает. Собрались с мыслью и соорудили. Я так понял, что раскурочили свои старые заготовки, с более крупным калибром и спаяли двухстволку. Но так как времени, изобретать новый механизм подачи не было, пошли по проторённому пути.

Делали же ранее боеприпасы для фузеи Марика, вот и тут расстарались. Правда, зарядов всего двадцать штук успели сварганить. Но двадцать патронов с серебряной картечью, это знаете ли… Двадцать смертельных, для вампиров, выстрелов.

— Сложный выбор, — зачем-то смотрю на выставленные перед собой ладони. — Но конкретно в этой ситуации, я выбираю Лаки.

— Моя делать, завидова-а-ать, — Вовка огорчённо сутулится, опускает руки до колен и, изображая вселенскую скорбь, с подвыванием, бредёт жаловаться на жизнь Альфе.

— Егор, попробуйте всё-таки Лаки или Агыра впустить первыми, — внезапно просит Леофаста. — Может, Руслане не обязательно туда идти.

— Мама! — возмущённо вскрикивает девушка.

— Прости, доча, но это опасно.

— Я не маленькая.

— Я не спорю. Но эти люди бойцы, а у тебя нет никакого опыта.

— Я не согласна, — цвет глаз меняется.

— Хватит! — вскидываю руку. — Агыр, проверь.

— Есть! — орк подходит к пелене и упирается в неё. — Не пускает.

— Вот и весь спор, — сплёвываю, а затем щёлкаю языком. С небес камнем падает Босяк.

— Я здесь, брат.

— Готов к эксперименту?

— Всегда готов.

Перемещаю маленького коршуна в пространственный карман. Есть надежда, что замок его не заметит и не засчитает. Конечно, он его мог и так не посчитать, всё-таки не человек, но лучше подстраховаться.

— Так, огнестрел весь мне. Лаки, пойдёшь пятым, на случай если Босяка посчитают. Серёга, как видишь, я своё слово держу, и риск беру на себя.

— Так может не стоит рисковать?

— И остаться без связи? Нет уж, увольте.

— Связи? — округляет глаза. — У вас есть связь?

— Увидишь, — подмигиваю. — Ну, я пошёл.

Спокойно преодолеваю перекрывающее проход поле. Обернувшись вижу столпившийся у входа народ. Так, вроде всё в порядке.

— Что там?

— Всё отлично. Одно место! — показывает большой палец Лаки.

— Отлично! — вызываю из пространственного кармана Босяка. — Ты как, брат?

— Кря-кря…

— В смысле кря-кря! — выпучиваю глаза от происходящего.

— Ха-ха-ха… — мелкий шалопай, заливаясь смехом валится с моего плеча, но перед самым полом расправляет крылья. — Я уточка, кря-кря… Ха-ха-ха…

Капец. Что за жизнь? Кругом одни клоуны.

Глава восемнадцатая

Не люблю, я все эти пещеры и подземные лабиринты. Еще с Земли. Не очень приятные воспоминания, как не крути. Правда есть некоторые отличия.

Все эти катакомбы созданы для того чтоб в них можно было гонять монстриков. Широкие, с высокими потолками. Но с другой стороны, а чего жаловаться? Есть пространство для маневра. И со светом, опять же, нет проблем. Но в отличие от того, что было на Земле, здесь свет дают кристаллы, понатыканные тут и там. Короче, жить можно. Не день, естественно, но видно все вполне прилично. Даже без ночного зрения.

Но зато всяких развилок и поворотов столько, что заблудиться нефиг делать. Хорошо хоть, что у нас есть примерный путь, куда двигаться. Серега предоставил карту.

Оно понятно, что Учителя там нет, но откуда-то надо начинать поиски, не шляться же в надежде на случайную встречу с тем, кто проводит нас куда надо.

Вот так, уже второй день и шляемся. Вампиров пока не встречали, зато всяких разных монстриков, это хлебай полной ложкой. То скорпион, какой выскочит, то помесь медведя с носорогом, то вообще гусеница многоножка. Радует что не многоручка. О! И пауки. Вот этой гадости тут столько, что хоть цех по производству паутины строй.

Но все это мелочи на самом деле. Я с «Васильком», да Арыг с топором, это уже оказалось страшная сила. Лаки, опять же, с двумя мифриловыми мечами еще та мясорубка. Да-да. Одолжил ему один из своих ножей.

Про Пуха вообще молчу. Он тут самая опасная живность. Что же касательно Русланы, то девушка оказалась небесполезной: почти не лезла под руку, выполняла команды, не ныла и в бою приятно удивила. Умудрилась своим кнутом пробить панцирь скорпиона. А там, я вам скажу, весьма серьезная броня.

Но тут удивлять нечему. Все-таки кнут опасная вещица. Вплетенное лезвие на конце в момент удара достигает таких скоростей, что страшно подумать. Если кто плохо учился в школе, то щелчок кнутовищем, это преодоление звукового барьера.

В общем, не девушка, а мечта слюнявого малолетки. Высокая блондинка, стройная, с выдающимися достоинствами. А они очень даже выдающиеся. Но есть нюанс.

Великий Станиславский, наверняка бы, вывесил плакат прямо поперек ворот, предупреждая особей мужского пола. «Не верю»! Сказал бы он. И был бы прав. Любой внимательный мужчина, особенно если за него пытаются выйти замуж, наверняка бы приметил и прикушенную губу и недовольное шипение. А самое главное, для слепых влюбленных дурачков, меняющийся все время, цвет глаз.

Да-да. Блондинку жутко бесят приказы. И не важно, по какой причине они отданы. Ради ее безопасности, например. А зачем бы еще я мог скомандовать не лезть вперед, а потом наорать на нее, когда она взяла и вылезла перед Лаки. Вот не терпелось ей, продемонстрировать свое умение, махать кнутом.